Ана Ховская – Потерянная душа (страница 57)

– Пригласил бы меня в свое жилище?– предположила я, усмехаясь безуспешности такого варианта.

– Следуя моему же совету, ты бы не согласилась,– вновь засмеялся он.– Сочла бы, что я проверяю тебя.

«Я бы оскорбилась тому, что он вообще посмел бы это сделать. Пусть только попробовал бы, я бы прилюдно «высекла» его своим острым языком!»

– Тогда что?– совсем осмелев, с напором спросила я.

– Мне нравится твое любопытство,– игриво усмехнулся он.

В ответ я взяла с блюдца синюю ягоду и бросила прямо в него. И тут же замерла с открытым ртом. Реакция Райэла была молниеносной: он поймал ягоду и, самодовольно улыбаясь, положил ее в рот. Я хмуро сжала губы и закатила глаза. Он откровенно потешался надо мной. Его тихий смех наполнил гостиную. Я с напускным безразличием махнула рукой и продолжила пить чай.

Райэл затих, положил в рот еще несколько синих ягод и все разглядывал, как я демонстративно равнодушно цежу напиток.

– Я бы не стал приглашать тебя в свое жилище,– задумчиво продолжил он.– Я бы пришел в твое и поцеловал тебя гораздо раньше, чем сделал это в первый раз…

Я чуть не подавилась глотком чая и шумно выдохнула, расплескав брызги вокруг себя.

–…Но уже не отпустил бы, а сделал то, чего мы оба хотели в тот момент… А мы этого хотели, точно так же, как и сейчас…

– Я больше не хочу это слушать!– возмутилась я и вытерла салфеткой подбородок и руки.

– Или, возможно, я разбудил бы тебя поцелуем,– томно продолжил он, явно издеваясь надо мной.

– Хватит!– воскликнула я и поднялась.

– Приятного аппетита, говорят земляне,– пряча улыбку за глотком чая, проговорил Райэл.

Я была зла, как сто чертей, особенно оттого, что он так непринужденно, не напрягаясь, продолжал выводить меня из себя и, похоже, это доставляло ему удовольствие. Но я злилась и на себя, потому что ему было, за что меня зацепить – я сама давала ему повод.

«Черт возьми, я флиртовала с ним!»

– Благодарю за чай,– сдержанно выговорила я, потому что поднимать бурю в стакане было нелепо.

Райэл поднялся вслед за мной, не отпуская взглядом.

– Доброй ночи, э-э-э… то есть… что там у вас говорится…

– Ты можешь не волноваться по этому поводу,– улыбнулся он, и в этой улыбке присутствовало разочарование моим уходом.

Я опустила голову, смутившись от его долгого внимательного взгляда, затем отвернулась, отметая все мысли о причинах его поведения и своих чувствах, сделала несколько шагов к выходу из гостиной. Но остановилась у дивана и вздохнула:

– Все это так необычно… Не могу поверить во все это… особенно когда просыпаюсь утром и воспоминания наваливаются разом…

– Чем больше ты сопротивляешься мне или себе, тем сложнее осознать происходящее,– тихо заметил Райэл.

Я повернула голову к дивану и спросила:

– Можно, я возьму подушку?

– Ты можешь взять их все,– беззвучно засмеялся хозяин жилища.

– Только одну,– стараясь быть серьезной, ответила я, но от его смеха защекотало в животе, словно бабочки устроили хоровод.

Я наклонилась, чтобы взять ближайшую подушку, но Райэл оказался рядом и взял ее быстрее меня.

– Я провожу тебя.

Я попыталась как-то возразить, но только пошамкала ртом и сдвинула брови. Похоже, я согласилась и на это.

Мы молча прошли по пустому холлу первого этажа, поднялись на третий и также молча прошли до дверей моей комнаты.

– Тебе не будет скучно одной?– шутливо спросил Райэл, останавливаясь у меня за спиной.

Я нервно сглотнула и, не поворачиваясь к мужчине, отрицательно покачала головой.

– Кира, я хотел бы увидеть твои глаза,– низким голосом произнес Райэл, и в его тоне уже не было усмешки.

Я сделала долгий неуверенный вдох, затем выдох, сердце, казалось, выпрыгнет из горла, и оглянулась. Смотреть прямо в лицо не решалась, перевела взгляд на подушку в его руках и всем своим видом показала, что внимаю ему. Хотя не знаю, что могла сейчас услышать от волнения и шума пульсирующей крови в ушах. Это было похоже на свидание, на котором перед прощанием мужчина должен поцеловать женщину.

Райэл молчал, нежно разглядывая меня. Это нагнетало еще большее напряжение. В желудке начало печь, и ладони стали влажными.

– Ты не представляешь, какую боль доставляешь мне,– проговорил он, как бы знакомя со своими чувствами, а не обвиняя.– Если ты хотела отомстить за мое неразумное и на редкость упрямое поведение в прошлом, когда я даже самому себе не мог признаться, что испытываю, то тебе удалось. Но сейчас я прошу тебя не причинять боль себе…

В горле совсем пересохло, я снова сглотнула, и стена воды снова оградила от него.

– Между нами всегда было это напряжение… с самого первого взгляда… Ты ведь это почувствовала? Мы уже тогда интуитивно знали, кем являемся друг для друга. И я не могу простить себе, что был так нечестен с самим собой и с тобой. Возможно, тогда наше объединение не было бы таким болезненным.

Дыхание замерло. Воздух не двигался ни в легкие, ни обратно. Щеки защипало от напряжения, но я боялась и подумать, что согласна с ним во всем, а еще больше – дать понять это ему, поэтому замерла всем своим существом. Но когда легкие отчаянно потребовали кислорода, я медленно коснулась ладонью живота и, закрыв глаза, чуть склонилась вперед, рывками вдыхая воздух.

– Кира?– взволнованно склонился надо мной Райэл.

Я тут же выбросила ладонь перед ним, чтобы он и не думал приближаться, и, отрицательно покачав головой, выхватила подушку из его руки и стремительно вбежала в комнату.

Бросив подушку на кровать, я поспешила в гигиеническую комнату. Мне отчаянно требовалась вода. Кожа пылала и зудела, словно меня облили кипящим маслом. Но поискав глазами источник воды и не обнаружив его, истерично засмеялась. А потом слезы хлынули из глаз, опалив щеки горячими ручейками. Я прижала ладонь к груди, а вторую к губам и силилась не зарыдать в голос: боль в теле была неимоверной. Что со мной происходило?! Меня будто ломало…

Не знаю, сколько прошло времени, пока я успокоилась и привела мысли в порядок. Снежный человек захватывал душу и разум, и от этого я не могла убежать. Но сегодня больше не хотелось думать о том, с чем борюсь. Я просто хотела отдохнуть от всего, что произошло за день.

Я вышла в спальню и убедилась, что дверь в комнату плотно закрыта, проведя по ней ладонью. Одинокая подушка лежала на кровати. Я грустно вздохнула, не раздеваясь, прилегла на самый край кровати и подобрала колени к груди. Предзакатные лучи Брэйнуса медленно ползли по покрывалу к изголовью кровати, перебираясь на стену. Я отрешенно следила за последней полоской света на покрывале, и вдруг взгляд наткнулся на полку у кровати с другой стороны, на которой стоял стакан с водой и блюдо с чем-то на вид знакомым. Осторожно поднявшись и переползая на другую сторону матраса, я увидела на блюдце любимые пирожные. Оглянулась на дверь: та по-прежнему оставалась закрытой. Я не вспомнила, что когда-либо приносила сюда пирожное, но от осенившей догадки мягко улыбнулась: Райэл снова проявил внимательность. А ведь я никогда не рассказывала ему, что иногда просыпаюсь ночью, только чтобы перекусить. Я поднесла блюдце с пирожным к носу и вдохнула: аромат был соблазнительный.

Уснула я с улыбкой и зеленым кремом на губах.

Открыв глаза и вспомнив всё, что произошло накануне, я сладко потянулась, раскидав руки и ноги в стороны. Сквозь ветки над куполом моей комнаты пробивались солнечные лучи. Небо было чистым. Зеленая чаща леса за стенами навивала умиротворение и чувство уюта. Мне нравилось утреннее настроение на новом месте, в новых обстоятельствах. Я не думала о деталях, а просто ощущала время и себя, как есть. В голове все немного улеглось по местам, но вчерашний день казался сумасшедшим.

В дверь тихо постучали. Я приподнялась на локтях и обнаружила, что все еще одета в синее платье. Скорчив веселую рожицу самой себе, я встала с постели, поправила платье на бедрах, слегка взбила волосы, пропустив пальцы сквозь тугие локоны, и проверила уголки глаз, а затем выпрямилась и открыла дверь.

– У тебя зеленый крем на губах,– тихо сказал Райэл, кивнул в жесте приветствия и улыбнулся самой обворожительной улыбкой, какую я только могла видеть на Тэсании.

Я рефлекторно облизнулась и сразу поймала его взгляд, жадно изучающий мои губы. Все замерло вокруг, осталось лишь громкое дыхание: его и мое. И взгляд: открытый, полный обожания и желания. Я опустила глаза на его приоткрытые губы и не успела выдохнуть, как он склонился и приник к моим губам. Такое тепло разлилось по телу, и слабость в руках и ногах, что, закрыв глаза, я не сдвинулась с места. А поцелуй стал до того горячим и нежным одновременно, что внутренности омыло расплавленным шелком.

«Боже, как же я этого хотела! Как жаждала его губ и запаха… И как он целуется… Только не бросай меня…»

Райэл протянул руки и прижал меня к себе так крепко, что весь воздух вышел из легких, но он был и не нужен, я дышала моим нэйадом. Я обхватила его шею руками и запустила пальцы в волосы на затылке. Райэл усилил поцелуй, все больше захватывая меня в свой сладкий плен, и я отдалась этому поцелую, впитывая в себя наслаждение и восторг, исходящий от моего мужчины.

Наконец Райэл оторвался от моих губ, и я задышала жадно и глубоко. В глазах стоял туман, не могла сфокусироваться на его лице, глазах.