Ана Ховская – Потерянная душа (страница 50)
«Что он так нервничает? Страшится осуждения, если я не дам согласия на обряд? Я – великая нарушительница всевозможных традиций и правил этого мира – говорю ему «нет». Его самолюбие, должно быть, вскипело! Не такой уж он и бесчувственный, как казалось. Во-о-н, как его пробрало: желваки дергаются, губы напряженно сжаты. Была бы его воля, наверное, испепелил бы меня одним взглядом. Вот здесь их свобода и ограничивается… Слава богу…»
Тишину разрезал глубокий тяжелый выдох Райэла, который выдал его долгое напряжение. Я понимала, что слишком резка, но ничего не могла с собой поделать.
– Я хочу домой!– дрожащим голосом произнесла я и опустила голову, потому что безумно хотела расплакаться, но при Райэле не могла этого допустить.
Щит давно распался: я не могла на нем сосредоточиться, но почувствовала, как по спине пробежала теплая волна. Оглянулась и увидела Райэла рядом. Это не было похоже на сканирование, но было так же ощутимо, как прикосновение его горячих рук к обнаженной коже. Я хотела бы, чтобы он и впрямь прикоснулся ко мне. Так хотелось на миг прижаться к его мощной груди и замереть в ощущении безопасности, заботы и любви…
– Я прошу прощения, моя нэйада,– покорно склонив голову, жестом извинился Райэл.
Я вздрогнула от его голоса, фантазии вспыхнули огнем, оставив неприятный осадок, словно пепел после пожара, поежилась и обняла себя за плечи. Странное ощущение, будто я действительно этого хотела!
– Я слишком напряжен в последние дни. И мне нужно научиться контролировать себя рядом с тобой. Потому что во мне столько желания узнать тебя и стать ближе, что я испытываю крайне болезненные ощущения, когда ты отталкиваешь меня.
Я сделала шаг в сторону и отрицательно покачала головой: не нужны были такие откровения. Всё это неправда!
– Не называй меня так,– тихо проговорила я.
– Давай попробуем поговорить? Нам надо с чего-то начать…
– Я не умею высасывать слова из пальца…
Райэл улыбнулся моему выражению и подошел к окну, затем коснулся световой панели и створки разошлись. Оказалось, за окном открытая терраса и довольно большая. В центре стояли несколько кресел и низкий столик, а по периметру разбросаны большие круглые травянистого цвета подушки для сидения на полу.
– Не возражаешь, если я начну?– мягко предложил Райэл, протягивая руку в направлении террасы и предлагая выйти.
Я упрямо сжала губы и неохотно кивнула. Он вышел и становился у ограждения террасы, я последовала за ним, но не выбрала кресла и не встала рядом. Просто остановилась по центру и огляделась.
Одна сторона террасы обращена на величественные горы с захватывающими дух хребтами, поросшие густым лесом, и к этому краю не хотелось подходить: страх высоты все еще одолевал, другая – своим дном стояла на каменистой почве и смотрела в саму чащу с высокими густыми кронами, низко развесившими свои ветви – лапы, и ровной бархатной травой, которую вдруг захотелось ощутить босыми ногами.
Я отошла к чаще и оперлась рукой о прозрачное ограждение.
– Могу я попросить тебя?– повернулся Райэл.
Я не смогла выдержать его теплого взгляда и отвела глаза в сторону леса.
– Не уверена, что соглашусь на все…
– И все же я попрошу,– улыбнулся он и сделал несколько шагов в мою сторону.
«Лучше оставайся на месте: у меня от тебя температура повышается!»– мысленно взмолилась я, старательно изображая любование пейзажем.
– Посмотри на меня, Кира…
Сердце пропустило удар, я перестала дышать, но медленно взяла себя в руки и повернула голову к Райэлу. Он стоял в нескольких шагах и смотрел таким искушающим взглядом, что руки и ноги отнимались от желания поддаться на его зов и раствориться в нем.
– Я хочу прикоснуться к тебе… почувствовать тебя,– низким голосом произнес Райэл, и я даже не поняла, каким образом он оказался на расстоянии вытянутой руки.
Он протянул руку и едва не коснулся меня. Но я с такой скоростью отпрянула назад, что больно врезалась поясницей в перила ограждения. Еле сдержав лицо, чтобы не скривиться от боли, я прикусила щеку изнутри и сердито покачала головой.
– Я запрещаю вам касаться меня!
Взгляд Райэла переменился. Он высоко поднял голову и прищурился.
– Тебе было бы приятно. Мужчин Тэсании учат обращаться с женщинами…
«Зачем он мне это говорит?!»
– Да, я в курсе всех ваших похождений и предпочтений!
Райэл замер на секунду, а затем беззлобно усмехнулся:
– Кто же был так любезен проинформировать тебя?
Вмиг моя смелость растворилась под его испытывающим взглядом. Я обратилась лицом к горизонту, и в попытке придать себе непринужденности во внешнем виде и уверенности в голосе, закрыла глаза и глубоко вдохнула густой аромат леса и гор.
– Я не собирала слухи, просто наблюдательна. Вы изучали меня, а я вас всех,– выкрутилась я.
– Верно, ты любопытна,– вновь усмехнулся он и склонил голову так, чтобы поймать мой взгляд,– но твои выводы основаны на моем прошлом, а не на настоящем.
– Ой, да перестаньте!– вспыхнула я и снова осмелела.– Вы возитесь со мной лишь потому, что каким-то непостижимым образом я стала вашей нэйадой…
– Возятся дети в луже после дождя,– иронично заметил Райэл.– Мое отношение к тебе едва ли можно назвать вознёй…
– Не ко мне,– твердо возразила я и упрямо посмотрела в аквамариновые глаза,– а к той, что якобы поселилась в моем теле.
– Ты вновь возвращаешься к отрицанию своей сущности?
– Какая патетика!– фыркнула я и отошла от него.
На что Райэл просто усмехнулся, и его взгляд стал хитрым-хитрым.
Я сделала еще несколько шагов в сторону от него. Не было никаких сил оставаться с ним рядом: раздражали его сладкий запах, тепло тела, которое чувствовала, несмотря на прохладный воздух на террасе, его взгляд и то, что не могла скрыть свое влечение к нему… И каким-то образом, уверена, он знал это.
– Как вы могли так быстро изменить свое мнение на мой счет?– возмущенно дернула плечами я, но его спокойный и умиротворенный взгляд вновь смутил и заставил отвести глаза.
Он долго молчал, а затем вложил руки в карманы брюк и, непринужденно преследуя меня, ответил:
– Ничего не изменилось…
– Что?!– резко вскинула голову я и округлила глаза.
– Я все также чувствую притяжение и интерес, только теперь намного ярче, и теперь не хочется этого скрывать.
– Это какое-то наваждение, навеянное биохимической реакцией…
– Я не был бы так в этом уверен,– невозмутимо ответил Райэл.– И потом, ты не могла знать, что именно я думаю о тебе?
– Вы очень красноречиво это показывали. Такая холодность и снисхождение, что я едва ли не взрывалась.
– Соглашусь, что чувства к тебе были весьма противоречивы, но они не несли негативной окраски.
– Неужели?! А теперь что, вы – влюбленный идиот?!– слова так быстро сорвались с языка, что я не успела себя остановить.
Райэл сделал широкий шаг ко мне, а я растерянно отшатнулась в сторону и прижалась плечом к окну столовой. Он возвышался надо мной, и от него исходило опасное возбуждение, такой силы, что меня почти пригвоздило к стене энергетической волной. Я вызывающе вздернула подбородок ему навстречу и не смела моргнуть, следя за выражением его глаз. Дыхание заблудилось где-то в легких, и через несколько секунд молчаливой перепалки глазами я ощутила, что задыхаюсь, а лицо горит от напряжения.
– Это образное выражение, я не собиралась вас оскорблять,– чувствуя, как дрожит подбородок, проговорила я.
– Трудно соперничать с недоверием и подозрительностью,– с сожалением в голосе произнес Райэл.
С трудом глаза удалось опустить и вдохнуть полной грудью, когда Райэл отступил.
– Чего вы от меня ждете?– борясь со слабостью во всем теле, крикнула я.
– Как я могу ждать от тебя чего-либо? Я уже получил свой дар. Жаль, что не могу насладиться им в полной мере.
– У Дома свиданий всегда открыты двери!– снова не сдержала язык за зубами я и замерла от осознания значения своих слов. Зачем я его провоцировала?
– Это не принесет мне удовольствия,– сурово ответил Райэл, и его лицо потемнело, однако глаз не спрятал.
– Ах, как мне жаль!– язвительно заметила я и скрестила руки на груди.
«Ни стыда, ни совести! И почему меня это так волнует?! С какой стати?!»
– Тебе, Кира, требуется подумать обо всем и решить, на чьей ты стороне,– с терпением в голосе сказал Райэл и отошел ко входу в столовую.– Прогуляйся по лесу до обеда. Здесь безопасно. В лесу есть тропинки, не заблудишься.
Снежный человек вошел в жилище, и больше я его не чувствовала. Но последние слова были сказаны им таким тоном, будто я обидела его. И почему-то не получалось избавиться от этого ощущения и угрызений совести.
«Зачем я его злю, оскорбляю, не подпускаю ни на шаг, когда сама страдаю от всего этого?»– было главным вопросом, которым я задавалась на протяжении нескольких часов прогулки по лесу вниз по склону с другой стороны от отвесной скалы.