Ана Ховская – Потерянная душа (страница 43)

– Я хочу тебя, моя нэйада,– низким голосом произнес Райэл, нисколько не смущаясь.

– О-очень прямо!– нервно усмехнулась я и, кажется, покраснела, а если бы поручень не был таким крепким, то уже прогнулся бы подо мной.

– Это прямо и без намеков,– усмехнулся в ответ Райэл и чуть склонил голову набок, пытаясь поймать мой взгляд.

– Вы сами учили меня деликатности!– упрекнула я.

– А ты меня – прямолинейности…

Я шумно выдохнула, уговаривая себя еще немного потерпеть его присутствие.

– У меня теперь нет причин скрывать свои чувства,– Райэл протянул руки и обхватил поручень с обеих сторон от меня.

Это сковало еще больше. Пульс участился. Мне хотелось расплакаться, устроить истерику, разодрать на нем одежду, упасть в обморок – и все это одновременно, не знаю даже, что сейчас принесло бы большее облегчение.

– Теперь?! А раньше вы издевались надо мной?!– возмутилась я.

– Нисколько…

– Знаете, вы единственное существо во вселенной, которое меня так бесит!– выплюнула я.

Некоторое время он безотрывно смотрел на меня, а затем огорченно усмехнулся:

– Это доказывает, что я существую…

Он напомнил наш же разговор о равнодушии, любви и ненависти. А я не знала, как реагировать.

– Очевидно, у вас горячка,– покачала головой я.

– Что бы это ни было, мы заражены этим оба,– склоняясь все ближе, произнес он.

– Райэл, что вы делаете?– беспомощно произнесла я, стараясь придать голосу серьезности.

– А как ты думаешь, моя нэйада? Мне трудно держать себя в руках рядом с тобой,– выдохнул Райэл, и я ощутила дурманящий запах молока и корицы.

Я отпрянула от мужчины, выгнув спину настолько, чтобы оказаться на приличном расстоянии от его лица, и возмущенно бросила:

– Прекратите называть меня нэйадой! И вообще, о каких чувствах вы говорите? Вы бесчувственный чурбан!

– Ты злишься на меня,– улыбнулся он, будто мои оскорбления были для него наслаждением.

– Немедленно отойдите!– потребовала я и сердито посмотрела ему в лицо.

Райэл отнял руки от поручня и показал ладони в примирительном жесте, но его самодовольная улыбка только распалила меня. Я фыркнула, как кошка, дернула плечами, будто сбрасывая с себя его пристальный взгляд, отодвинулась от поручня и боком обошла мужчину, встав в центре уединенной площадки, исключая возможность зажать меня в угол.

– Тебе пора называть меня на «ты». Иначе это выглядит странно,– заметил Райэл, невозмутимо обернулся и сцепил руки за спиной. А в его взгляде все еще плясали искры веселья. С чего такое ликование?!

– Всё это – выглядит странно!– недовольно развела руками я, указывая и на него в том числе.– Вы не хотите извиниться за свое поведение? Разве у вас так принято поступать? Что хочу, то и творю? Я не приглашала вас в свое жилище! Я не приглашала вас в свою жизнь! Я не собиралась становиться вашей нэйадой! И я не давала согласие на дружественное обращение, сиер Райэл!– я запнулась и поправилась.– Ах, простите, нэйад Райэл!

– Разве? А два дня назад, когда я спросил, ты ответила: «Как угодно»,– прищурившись, ответил он.

– Это не согласие!– отрицала я.

– Нет?!– изображая наигранное удивление, произнес он.– А что же тогда?

Райэл выпрямился и властной походкой с грацией хищника, гипнотизирующего жертву, подошел ко мне. Его испытывающий взгляд мучительно медленно прошел по моему лицу. Наверное, только растущее негодование помогло выдержать эту пытку.

– Я… я растерялась после вашего поступка,– занервничала я, но устояла под его внимательным взглядом,– и испугалась… Я не знала, на что вы способны в таком состоянии…

– Я должен просить прощения, что был не сдержан в твоем жилище ни в первый, ни во второй раз,– жадно разглядывая мои губы, произнес он.

Воспоминания о вкусе и запахе его губ прошлись по телу странной энергетической волной, от которой онемели пальцы на руках и колени чуть не подогнулись.

– По вам незаметно, что вы сожалеете о потере контроля,– тихо сказала я, пытаясь сжать пальцы в кулак, но не ощущала их.

Райэл усмехнулся с какой-то горечью и ответил, не отводя глаз от моих губ:

– Боюсь, что я и не сожалею…

Я удивленно заморгала, рассматривая его лицо в надежде увидеть хоть что-то говорящее, что в эту минуту он честен. Но разум подсказывал, что это была лишь неудовлетворенная похоть, а сейчас я была склонна верить только в разумные доводы.

–…никогда не был так рад отсутствию самоконтроля,– добавил он и вдруг посмотрел на меня чистым, искренним взглядом, от которого в груди зазвенело.

– Зачем вам это? Я чужая!– утопая в самых разных сомнениях, осипшим голосом проговорила я.

– Я хочу, чтобы ты дала согласие на обряд,– посерьезнев, твердо сказал он.

– Вы никогда не хотели связывать себя!

– Откуда ты это знаешь?– повел одной бровью он.

– Неважно,– смутилась я, отводя глаза в сторону.

– Заключить союз и связать себя единением – не одно и то же.

– Да, мне известно…

– Кира, нам не обойти это,– настаивал он, делая шаг ко мне.

Я отступила. После его слов что-то дрогнуло во мне, будто я стала маленькой беззащитной девочкой. Опять решительность уступила растерянности, и я прикрыла глаза рукой, потирая переносицу. На самом деле, просто боялась, что неожиданно хлынут слезы, и тогда весь наш разговор будет выглядеть нелепо. Мне нужно было сохранить лицо.

– Потому что так положено?– не поднимая головы, с обидой заметила я, разглядывая носки его белоснежных туфель и мысленно рисуя на полу красную черту, за которую они не должны были переступить.

– Потому что я больше не смогу быть ни с кем!– выдохнул Райэл без единого сомнения и откровенной жаждой моего согласия.

Это не было похоже на признание в любви, но отрицать его изменившееся отношение ко мне не могла. Я чувствовала, что он испытывает нечто сильное, но что именно, даже не хотела распознавать, медленно выкладывая кирпичную стену между нами.

– Как и ты,– завершил он.

– Но вы меня терпеть не можете?!– разозлилась я то ли на него, то ли на себя: настолько были противоречивыми чувства.

– Кира,– с каким-то смятением выдохнул Райэл и склонил голову так, чтобы быть ко мне ближе,– это не было тем, чем казалось…

Я машинально отступила назад. Его близость пугала. Мне было необходимо сопротивляться ему, чтобы оставаться самой собой и не позволить каким-то мифическим путам окутать мысли, тело и сделать безвольной рабой чуждых обычаев. Я не могла поддаться эмоциям и его ослепляющему обаянию и вновь разрушить себя изнутри. Уроков в жизни было достаточно. Все начинается одинаково: сносит голову, словами ничего не объяснить, гормоны зашкаливают. А в итоге – депрессия на полгода, агрессия к миру и очередной кусок сердца вдребезги. Я сама, только я сама должна принимать решение о том, кому позволить вторгнуться в мой мир и пройти на тот уровень, где все еще безопасно для моего сердца и для моего разума. И я была способна сделать это с Грэйном. Мне было бы легко! Но не с Райэлом! Любой шаг в его сторону и тем более с ним вел к непредсказуемым последствиям для моего незащищенного сердца. От него и так остался последний кусочек и тот грозил рассыпаться и развеяться на ветру, словно пепел.

– Кира?– с тревогой окликнул Райэл, будто чувствовал меня, несмотря на щит.– Это не выразить несколькими словами. Нам нужно о многом поговорить. Дай мне возможность открыть для тебя нашу связь…

Я отступила еще на шаг и подавленно подняла голову. Он все еще смотрел на меня с надеждой и ожиданием, в его глазах было столько чувств…

«Чем это могло казаться? Он презирал меня!»

– Скажите мне только одно: вы сделали это в одну из ночей?– едва выговорила свой вопрос я.

– Что сделал?– спросил он, и захотелось удавить его за эту недогадливость.

– Вы знаете, что!– возмутилась я.

– Пока ты не озвучишь это, я могу неверно истолковать вопрос.

– Занимались сексом со мной, черт вас дери!– вскипела я и ощутила, как горят щеки.

Выражение его лица изменилось. Пристальный взгляд медленно опустился на мои губы и словно обжег своей откровенностью. Я не стерпела и сжала их.

Глубокий вздох Райэла и красноречивая пауза сковали. Я судорожно сглотнула в ожидании подтверждения единственного логичного вывода.

– Не так, как должно для проявления связи нэйад,– тихо, но уверенно проговорил он.

– И что, черт возьми, это значит?!– нетерпеливо воскликнула я.