Ана Ховская – Потерянная душа (страница 14)

«Он сбежал?!»– растерянно вскрикнуло сознание, беспомощно хватаясь за остатки энергии Райэла.

Когда он вышел в двери, неожиданно стало холодно, словно в комнату ворвался северный ветер. Я увидела лишь его спину и как захлопнулась автоматическая дверь, отрезав меня от него. Поежилась от озноба и невольно оглянулась на окна за спиной. Но здесь не могло быть зимы, и откуда было бы взяться ледяному ветру? Это я ощутила глубокое одиночество без горячих и властных рук до сих пор неведомого мне мужчины.

Я отрицательно покачала головой: не могла поверить в то, что произошло. На дрожащих ногах подошла к дивану и упала на него, как мешок. Немного остыв от возбуждения и приведя мысли в порядок, я еще раз прошлась внутренним взором по своим ощущениям.

«Что это было?! Он поцеловал меня?! Но я ведь даже не нравлюсь ему?! А я-то хороша: не могла оттолкнуть его! Размякла, как школьница! Но ведь все это просто от злости… Я не могу считать свою реакцию за что-то серьезное к этому мужчине. Это была всего лишь минутная слабость. У меня давно не было мужчины, эти странные сны… и он ошеломил меня… Да, именно так!»

Я закрыла глаза, и передо мной снова возник образ Райэла и явственные ощущения поцелуя. Я непроизвольно коснулась губ и поняла, что дрожат пальцы, а губы припухли.

Что-то настолько мощное всколыхнулось внутри, что связь с реальностью потерялась, а тело будто зависло в невесомости. Прислушалась. Медленно облизнулась. Его запах и вкус все еще были на моих губах. От него пахло молоком с едва заметной ноткой корицы. И я хотела продолжения… А самым волнующим открытием явилось то, что всё это не было сном. Ведь я впервые ощутила его запах и вкус, чего не было в моих снах. И вкус был настолько притягательным, что я не могла оттолкнуть Райэла.

Но больше всего меня пугало то, что я хотела продолжения!

Я перевернулась и зарылась лицом в подушку, крепко сжимая ее за бока. Сны, реальность – все перепуталось! Я не могла разобраться в собственных ощущениях.

«Это сон! Это сон!– уговаривала себя я.– Но я впервые чувствовала его запах и вкус. И что бы я ни видела во сне раньше, такие мощные ощущения были впервые. Он пах молоком и корицей, а губы были настолько вкусными, что не могла остановиться и впитывала в себя всё, что давал поцелуй».

После того, что произошло, я не смогла выйти из жилища на встречу с Грэйном: охватили жуткий стыд и смятение. А ведь хотела построить серьезные отношения с ним! Пойти с ним в жилище! Но теперь мысли и ощущения смешались, и я вновь чувствовала себя в подвешенном состоянии.

Я знала, что Райэл больше не появится в моем жилище без разрешения и не станет сканировать по ночам, но этой ночью он снился мне вновь. Мы не занимались сексом, не говорили, но его лицо – глаза – стояли передо мной.

Наутро я проснулась со стойким ощущением, что не спала всю ночь, будто сон был некрепким – дремой, какое-то чувство пустоты и дискомфорта было в теле, особенно в области груди. В глазах пекло, словно в них насыпали песка.

Простыня сбилась подо мной. Я извертелась, измучилась и не выспалась. Я уснула и проснулась с мыслью о Райэле. Даже показалось, что он только что был здесь, так явственно ощутила его запах. Но осмотрев беспокойным взглядом пространство вокруг, осознала, что это лишь игра воображения. А Шаола подтвердила, что никто не проникал в жилище.

Тело изнывало от желания по мужчине. По конкретному мужчине. Не знаю, что было не так с его характером, как он относился ко мне и что вообще думал на мой счет, сейчас было не до этого. Я просто безумно желала физически находиться в его объятиях, испытывать на себе его пристально-изучающий взгляд и упиваться его властью надо мной. Никогда в жизни не хотела, чтобы какой-либо мужчина обладал такой властью. Но о Райэле думать иначе не могла. С каждым вдохом легкие обжигало от воспоминаний о случившемся. Сердце замирало на мгновение, как только закрывала глаза и память услужливо прокручивала необузданный порыв Райэла и момент соприкосновения наших губ… А затем его напряженно-растерянный взгляд… Словно закольцованная, перед глазами крутилась сцена поцелуя и объятий. Всё случилось будто секунду назад.

Мысли были отравлены им и упрямо не хотели переключаться на что-либо другое. Я все еще ощущала его запах на губах, чувствовала его властный напор – фантомные прикосновения. Голова ничего не соображала. Я не могла найти оправданий ни ему, ни себе. Даже показалось, что температура тела повысилась, словно я заболела – вирус по имени Райэл проник в мою кровь.

Я приподнялась, посмотрела на утро в окнах и снова упала головой на подушку. С каждой минутой становилось все хуже: не хватало воздуха, не хватало ощущения внутренней свободы, и трясло, как в лихорадке.

«Да что же это такое?!»– злясь на себя, стукнула я кулаками по матрасу и, отшвырнув одеяло, резко вскочила с постели.

Руки были влажными, и лоб тоже. Мне требовался холодный душ! И лоботомия!

Жутко хотелось вырвать это странное беснующееся в моем теле физическое ощущение зависимости и вздохнуть свободно. Я надеялась, ванна поможет.

Спустилась в гигиеническую комнату, совершенно не обращая внимания на Шаолу, отчего та удивленно тряхнула кисточками на ушах и замерла в немом вопросе.

Я принимала ванну, и горячие губы Райэла не выходили из головы. Растерянно обтерла тело полотенцем и заметила совершенно глупое выражение лица в зеркале. Я твердо решила привести мысли в порядок, начав расчесывать волосы, но тут же сознание уплыло к чувственным пальцам мужчины, которые страстно впивались в мой затылок сквозь волосы, удерживая от стремления отстраниться.

Чувствовала ли я когда-нибудь такое всепоглощающее наваждение во время и после поцелуя хоть с одним земным мужчиной? Похоже, что вообще с трудом могла кого-либо вспомнить из них, будто это были детсадовские поцелуйчики в песочнице, а не серьезные отношения, когда-то разбившие сердце. Нет, я не могла их вспомнить, все заглушил собой один поцелуй этого несносного снежного мерзавца.

Я надеялась, что прохладная вода отрезвит мысли. Но, казалось, все больше пьянела от сознания, что еще предстоит встретиться с объектом моих мучений. Я смотрела на входную дверь и боялась представить, что меня ожидает, когда выйду за нее. А сделать это придется.

Не ожидала, что поцелуй тэсанийца окажется таким незабываемым. Едва касалась краешком сознания воспоминаний о вчерашнем вечере, как мгновенно вспыхивали горячие искры внутри живота, и губы начинало покалывать от безумного желания поцелуя, будто впервые вкусила запретный плод, и тот, как и предписано, был невероятно сладок. Я старалась забыть обо всем, выбросить из головы, как-то очернить Райэла в своих мыслях, ведь он причинил столько неприятностей: вел себя как тиран и хладнокровный захватчик. Но ничего не могла поделать: желание его глаз, губ, рук – сводило с ума.

Мне нужно было скорее занять себя чем-нибудь, только бы не быть одной, иначе снова поглощало это безумное желание понять: что, черт возьми, произошло!..

Из жилища я вышла только ко второму завтраку в ближайший ресторан и то, только потому что меня настойчиво пригласили Киэра и Нэйя, а после нужно было повторить курс обучения тэсанийской письменности с Вэлном.

По дороге в ресторан все думала, что же теперь скажу Грэйну. Не в первый раз я не являлась на встречу и оставляла его сообщения и звонки без ответа. Сама терпеть не могла необязательных людей. Но здесь все было по-другому. Однако это не могло служить оправданием.

В ресторане нас ждали Вэлн и Гиэ.

– Кира, ты бледная. Как ты себя чувствуешь?– обводя меня беспокойным взглядом, поинтересовался Гиэ.

Я криво улыбнулась, не было сил придумывать причины, и повернула ближайшее кресло к себе, чтобы присесть. Но только склонилась в сторону кресла, как поразил голос, будто прошив насквозь молнией. Его-то я уж точно не ожидала услышать прямо с утра.

– Приветствую. Извините за опоздание,– вежливо произнес руководитель Департамента биоэнергетики.

Сердце оборвалось и упало куда-то на дно живота. Ноги онемели, и я тяжело опустилась в кресло, но промахнулась и, едва не упав, села на его подлокотник. Нэйя вовремя подставила руку и удержала меня.

– Да ты и на ногах не держишься,– пошутила Киэра.– Неужели вечером выпила цветочно-ягодного нектара?

По-моему, бледность тут же прошла: щеки горели огнем.

– Лучше не злоупотребляй им,– заботливо сказала Нэйя, присаживаясь по правую руку от меня.

– Да, вкус у него потрясающий. Но берегись!– засмеялся Вэлн.

Я села в кресло и едва держала лицо перед всеми: мышцы сковало будто судорогой. Ни улыбнуться, ни сказать что-то в ответ на шутки, даже поднять глаз не могла. А о приветствии и вообще забыла.

Как назло, Райэл присел за другой конец овального стола слева от меня. Я сглотнула и посмотрела прямо перед собой. Киэра весело улыбалась мне, но в глазах был вопрос, мол, «Что такое с тобой?» А рядом с ней Вэлн тоже поглядывал на меня с недоумением. Я повернула голову направо и посмотрела на профиль Нэйи. Гиэ, сидящий напротив Райэла, ободряюще улыбнулся мне и сказал:

– Мы решили устроить последний совместный завтрак Киры – землянки и группы адаптации. Теперь ты почти самостоятельный гражданин. Несколько формальностей, и ты шагнешь в тэсанийскую жизнь без нашего непрерывного сопровождения.