Ана Ховская – Потерянная душа. Том 2 (страница 5)

– Марк,– тоже склонилась в жесте я и вместе с Киэрой вошла в шаттл.

– Ты подружилась с Маэртом?– спросила Киэра, когда отплыли от делового корпуса.

– Наверное, мы подружились еще на Земле,– ответила задумчиво, улыбаясь своему настроению.

– Он необычный мужчина,– поделилась Киэра.

– Что ты имеешь в виду?

– В нем намешано столько культур. Ведь он большую часть времени отсутствует на Тэсании. В постоянном поиске Тэс, в изучении новых языков и рас. Это не может не накладывать отпечаток на его личность. С ним интересно общаться.

Я заметила в лице девушки явный интерес к этому мужчине, и что-то беспокойное заворочалось в груди. Неужели я банально ревновала?

– Ты уже беседовала с ним?– спросила непринужденным тоном.

– Мы несколько раз ужинали с ним, Нэйей и Райэлом.

– Да, Марк умеет интриговать,– согласилась, вспоминая свои эмоции при нашем первом ужине и знакомстве в целом.

– Марк? Это его земное имя?

Я кивнула и мечтательно улыбнулась.

Глава 46. Немного об отношениях

– Есть пожелания, куда отправиться на полуденный обед?– спросил Марк, откровенно любуясь мной.

Я слегка поддернула белые брючины вверх, села в кресло шаттла и перекинула ногу на ногу. Выглядела я, как модель: волосы собраны в высокий хвост, простая голубая блуза без застежек с широкими рукавами собрана ниже талии тонкой лентой и белоснежные расклешенные брюки в пол со стрелками. Белые сандалии с голубыми камнями на носке делали мои ножки невесомыми. После сна настроение было приподнятое и отражалось в каждом движении, несмотря на легкий дискомфорт в животе.

– Мои желания не совпадают с реальностью,– иронично ответила, вкладывая в эти слова все свои печали и заботы.

– Не заставляй меня быть твоей жилеткой,– с теплой улыбкой ответил Марк, садясь напротив и затеняя окна шаттла.

Я посмотрела на него в упор и улыбнулась. Он прекрасно ориентировался в человеческой женской психологии. Об этом говорило все: взгляды, жесты, слова, юмор. Я уже чувствовала, что здесь появился еще один мужчина, который столь же привлекателен для меня, как и Грэйн. Но Марк намного понятнее и привычнее и практически не вызывал недоумения своей реакцией на меня. Я не сомневалась, что нравлюсь ему, потому что он, хоть и молчал, но показывал это в обход общепринятых правил. И неважно, что я делала вид, будто не замечаю этого.

– Ты и на Земле отличался,– заметила, спокойно рассматривая Марка,– но и здесь не как все.

– Это комплимент?– он кокетливо склонил голову набок.

– Это комплимент,– подтвердила с мягкой улыбкой.– Отвези меня в тихое, уютное место, где не будет лишних ушей и глаз.

– Желание дамы – закон,– поиграв бровью, ответил Марк и выстроил маршрут на панели управления.

– Не тэсанийской дамы,– усмехнулась я.

– Что за мысли у тебя?

– Да нет, просто…– я на миг заколебалась, но все же решилась сказать:– Когда Ниэса сказала, что Райэл видит истинных Тэс практически только при их появлении, я так разнервничалась, что могу ею не оказаться.

– Что еще тебя беспокоит?

– Кое-кто очень сомневается, что я Тэса, и своими сомнениями выводит меня из равновесия,– пожаловалась без утайки.

– И кто же это?

– Твое руководство,– с неприязнью скривила губы.

– Он прямо об этом тебе сказал?– догадавшись, о ком идет речь, спросил Марк, и на его лице появилась непонятная эмоция: смесь беспокойства и разочарования, но примешивалось и что-то еще.

Я несколько секунд рассматривала его, недоумевая, что именно он испытывает, а потом неуверенно пожала плечами:

– Ну… в общем, нет. Так прямо он об этом не сказал, но ведь необязательно говорить, достаточно регулярно намекать тем или иным способом. И тем более он явно демонстрирует свое нетерпение. Прямо расист какой-то.

Марк неожиданно громко рассмеялся, даже вздрогнула от резкого звука и растерянно заморгала.

– А ты не хочешь прямо его об этом спросить?

«Духу не хватит,– тут же возникла удушающая мысль.– Не хочу ворошить улей. Только все более или менее успокоилось внутри, начала понемногу смиряться. Не хочу омрачать отмеренные дни здесь страхом и сомнениями. И не не хочу услышать неопределенный, замысловатый, а еще хуже – полный уверенности, ответ».

– Может быть,– неопределенно ответила и отвернулась к окну.

Шаттл ехал недолго, но довольно быстро, из чего сделала вывод, что мы достаточно далеко от центра города в одной из его частей, где мне еще не приходилось бывать. Дорога медленно поднималась в гору, уклон был совсем небольшой. Но внутри шаттла не ощутила силу притяжения и не шелохнулась, когда тот вновь выровнялся.

Мы поднялись на открытую широкую площадку, окруженую сочными зелеными зарослями, а над диванными островками висели куполообразные белые палантины. Наш островок стоял на самом краю площадки, и с его открытой стороны можно было наблюдать несколько улиц, находящихся у подножия. Я чувствовала себя на средиземноморском курорте, только люди здесь отличались незагорелой кожей и отсутствием брюнетов, шатенов или рыжих.

– Очень мило!– похвалила я, садясь за стол и осматриваясь вокруг на предмет «лишних ушей и глаз».

Марк удовлетворенно кивнул и сел напротив. Нетрудно было догадаться, почему он не выбрал место рядом.

Заказ был принят виртуальным официантом. Не заботясь о количестве и своих физических возможностях, я согласилась на все блюда, что назвал Марк, сравнивая их с земными аналогами. Здесь можно было остаться до следующего утра.

– Ну, здравствуй, Марк,– наконец произнесла, после нескольких минут молчания, когда мы просто рассматривали друг друга.

– Здравствуй, Кира,– улыбнулся он, расслабленно кладя локоть на спинку дивана.

Он был почти так же хорош, как и Грэйн. В отличной физической форме, держался уверенно и легко. Только у Грэйна красота была такой естественной и легкой, а Марк был больше похож на лицо с обложки эротического журнала: брутальный самец – обольститель. Но в Эйруке многие выглядели соблазнительно, поэтому сомневаться в моральных качествах каждого второго было бы неуместно.

– Ты тоже оскорбишься, если спрошу, сколько тебе лет?– усмехнулась, непроизвольно накручивая на указательный палец прядь волос из хвоста.

– Только упомяну, что об этом не стоит спрашивать тэсанийцев,– шутливо посерьезнел Марк.– Мне сто одиннадцать лет.

– Боже, какой ты старый!– рассмеялась, закрывая рот ладонью, но тут же осеклась и смущенно взглянула на мужчину.

Он смотрел на меня, строго прищурив глаза, но в их глубине плясали искорки веселья. Или нет? Я замерла на секунду и виновато сжала губы.

– Прости…

– Если бы я был на Земле, то наш союз вполне мог бы вызвать глубокое недоумение,– рассмеялся Марк моему испугу.

– Брак,– фыркнула я, шутливо бросая в него салфеткой, и расслабленно откинулась на спинку дивана. Слава богу, это был мой Марк, а не их Маэрт.

– Брак. Странно,– ловя салфетку налету, задумчиво произнес он.– Почему союз у вас называется словом, обозначающим нечто испорченное?

– Это не всегда так. Тем более что брак – это производное от слова брать. Уж не знаю, кто и зачем произвел одно слово из другого. Нелепое слово,– согласилась в конце концов.– Союз звучит приятнее… Итак, о чем еще не следует спрашивать тэсанийцев? Мужчин, женщин?

– О статусе, о возрасте, о наличии отношений, о деталях отношений, обсуждать отношения других… Поучать жизни…

– Это я уже слышала. Как странно,– покачала головой и задумчиво подняла глаза к белому куполу над нашим уединенным островком.– А как же разговор по душам? Это ведь естественная потребность, полагаю, всех разумных существ во вселенной. Ты пожил среди нас и разве не понял этого?

– Откровенный?

– Да, дружеский.

– Тэсанийцы очень хорошо разделяют разум и эмоции. Они умеют переводить эмоции в рациональное русло, тем самым исключая перегрузку нервной системы,– напомнил Марк то, что уже слышала от кого-то, а затем весело подмигнул и улыбнулся:– Они сами себе антидепрессанты.

– Ты как будто отделяешь себя от них,– принимая во внимание его юмор, заметила я.

– Я многогранен.

– Киэра сказала, что ты необычный.

– Необычный?– заинтересованно выпрямился он.

– Да, человек на стыке разных культур и менталитетов. Ты еще не потерялся во вселенной?– прищурилась иронично.

– Нет,– со всей серьезностью заявил тот.– Я всегда помню, где мой дом.

– И я… помню,– вдруг сделалось очень тоскливо на душе. Я опустила глаза, подавляя жалость к самой себе, и с облегчением вздохнула, когда прибыл контейнер с блюдами:– О, наш сайбусовый официант!