Ана Ховская – Легенда о половинках. Часть 2 (страница 30)

Возможно, нужно было не избегать Его, а действовать наоборот: быть дружелюбной и не комплексовать перед ним. Клин клином вышибают. «Я трачу больше сил, чтобы избежать всего, что связано с ним, а что, если позволить ему быть рядом, как и всем остальным мужчинам? Ну чем он отличается от них? Красивее? Интереснее? Безупречнее? Да, да, да… Но это же не баг какой-то, с которым не сладить. Я просто буду играть! Да… талантливо, отчаянно и дерзко. Каждый день понемногу, и справлюсь! Ведь справлялась же раньше?! И сейчас будет все по-моему! Я смогу, я сумею… Да, сначала будет бездарно и нелепо, но потом – легче и увереннее!»

Осмыслив всю нелепость сегодняшнего поведения, какого-то истерического, параноического, София приняла решение во что бы то ни стало избавиться от своей слабости к этому мужчине, выработать устойчивость и безразличие к его уловкам. Она не должна была убегать. Это было ее новым испытанием.

***

Ночь была жаркой и страстной. После любовных ласк Кевин перевернулся на другой бок и уснул. Жанна долго бессонно вертелась на своей половине кровати, ожидая, когда Хоуэлл засопит, что будет подтверждением его крепкого сна.

Наконец она дождалась своего часа и, как бабочка, бесшумно выпорхнула из спальни. Она спустилась в подвал, в щитовую и отключила электроэнергию в доме. Жанна прекрасно знала, что по всему дому ведется скрытое видеонаблюдение в качестве страховки личной безопасности Кевина. Фурье заперла дверь кабинета, подключила к компьютеру блок автономного питания, достала свой драгоценный диск и в очередной раз выполнила операцию по переводу наличности в банк Ле Груф, затем вернула все на свои места и вернулась в спальню.

На пороге Жанна остановилась, взглянула на спящего Кевина, поморщилась и решила, что ничто не обязывает ее оставаться с ним на всю ночь. Босая на носочках она прошла в ванную, поправила макияж и прическу, оделась и, насмешливо цокнув на Хоуэлла, вышла вон.

Ночной Хьюстон резко повысил настроение Жанны, нежели вид голого сопящего мужчины, от любвеобильности которого ей хотелось выть. Она беззаботно мчалась в своем красном «кабриолете» по городу меж сверкающих вывесок, ярких фонарей, гудящих машин под музыку группы Roxettе, довольная своими проделками. Жанну успокаивал ритм ночной жизни, и она колесила вокруг самых оживленных улиц, впитывая в себя энергию города. Однако долго кататься ей не пришлось: в баке закончился бензин. Красная лампочка на панели мигала без остановки, а бортовой компьютер пищал не умолкая.

Фурье выехала из центра и направилась к ближайшей заправочной станции. К ее удовольствию, там не оказалось ни одного автомобиля. Жанна притормозила у первого автомата, сунула кредитную карту заправщику и вышла из машины, чтобы купить сигареты.

Парнишка, обслуживающий «кабриолет», любующимся взглядом проводил эффектную женщину до мини-маркета и досадно причмокнул губами, что он не какой-нибудь миллиардер, чтобы быть с такой красоткой.

Кроме безупречно-красивой внешности, Жанна, как и всегда, носила стильные и сногсшибательные наряды: тонкая трикотажная кофточка с вырезом лодочкой и рукавами в три четверти непринужденно спадала с плеч, юбка-карандаш длиной до середины колена, с небольшими шлицами по бокам и лакированные туфли на высоком каблуке необычайно стройнили ногу. От такой внешности слюнки бежали не только у молодых мужчин, но и у мужчин далеко за шестьдесят.

Жанна заплатила за сигареты, тут же раскрыла пачку и закурила. Тонкая длинная сигаретка в изящных пальчиках с длинным маникюром придала ей еще более соблазнительный вид. От этого заправщик совсем растерялся и нечаянно выдернул пистолет заправочного автомата и облил нижнюю часть «кабриолета».

– Эй, куда ты смотришь?!– разъяренно выкрикнула Жанна и угрожающе твердым шагом направилась к машине.

Заправщик испуганно вставил пистолет в отверстие бака.

– Куда это пялятся твои поросячьи глазки?– гневно выпалила она, вплотную приблизившись к парнишке.

Тот опустил голову и виновато промямлил:

– Не курите здесь, пожалуйста, мэм. Я сейчас протру вашу машину.

– Ты еще указывать мне будешь? Да я сейчас спалю тебя заживо вместе с этой станцией, если через минуту ты не исправишь свою ошибку,– сквозь зубы процедила Жанна и угрожающе подвела сигарету к луже бензина на асфальте.

Заправщик, видя серьезный настрой женщины, мигом сбегал за ведром с мыльной водой и тряпкой.

– Вот засранец!– выругалась Фурье и отошла, чтобы дать парню возможность протереть ее автомобиль.

Присев на скамью у мини-маркета, Жанна снова закурила, и, не сводя глаз с машины, строго добавила:

– И стекла заодно протри!

Пока парнишка старательно смывал бензин с правого крыла и колеса автомобиля, Фурье взглянула на часы и возмущенно отметила, что ей давно пора быть в постели. Три часа ночи не лучшее время для прогулок, тем более что утром ей нужно рано встать.

Через десять минут юный заправщик закончил работу и окликнул хозяйку. Жанна поднялась, опустила сбившуюся на бедрах юбку и, цокая каблуками по асфальту, пошла к автомобилю. Вытянув ладонь к парню, она сказала:

– Кредитку!

Заправщик немедля вернул кредитную карту и поспешил открыть дверцу «кабриолета», чтобы заслужить прощение.

– У тебя сегодня удачный день. Ты не умер,– с едким сарказмом бросила Фурье и приготовилась сесть в автомобиль.

Внезапный визг тормозов на другой стороне дороги отвлек внимание Жанны, и она непроизвольно оглянулась.

В десяти метрах от нее остановился черный «кадиллак», из окон которого высовывались в стельку пьяные мужчины, грохотал рэп, а сквозь него доносились ругань и хохот. Затем неожиданно распахнулась передняя дверца, вышел парень, еле держащийся на ногах, и дошел до багажника. Откинув крышку, он наклонился и выволок из него девушку в синяках, ссадинах, разодранных колготках и почти голую. Схватив девушку за волосы, он с такой силой отшвырнул ее на обочину, что та не удержалась на ногах и прокатилась кубарем несколько метров от дороги.

– Сматываемся, Чак!– заорала шайка из окон автомобиля.

И через несколько секунд «кадиллак» скрылся в ночи, оставив за собой плотный клуб пыли.

Жанна и заправщик были шокированы происходящей картиной. Парень нервно начал оглядываться по сторонам и трусливо попятился в свою кабинку. Фурье презрительно шикнула на него и с внутренним оцепенением отыскала взглядом лежащую на обочине девушку, затем глубоко вздохнула, выпрямилась, словно натянутая струна, и медленно выдохнула ртом, пытаясь подавить поднявшиеся из глубин памяти обрывки прошлого.

«Какое мне до этого дело?– хладнокровно заключила она, невольно отмечая признаки жизни у лежавшей перед ней бедняжки.– Поделом тебе, девочка! Ты сама виновата. Максимум, что я могу для тебя сделать, – это вызвать скорую помощь».

Жанна безжалостно отвернулась от дороги и села за руль. Захлопнув дверь, она достала из сумки телефон и набрала «911». Линия оказалась занята, автоинформатор просил подождать. Тогда Жанна завела машину и нажала на педаль газа. Бросив быстрый взгляд в сторону обочины, она включила музыку на максимум и со скоростью ветра умчалась прочь.

***

Утром Жанну разбудил не будильник, а грохот выпавшей из ее рук бутылки с виски. Она вскочила на колени и сонно огляделась вокруг. От тяжелого похмелья голова не держалась на плечах. Стрелки часов указывали на шесть утра. Жанна с укором метнула взгляд в сторону бутылки и, чтобы привести себя в чувства, взлохматила пальцами волосы. Размяв спину и плечи, Фурье накинула пеньюар на голое тело и, босая, пошла на кухню, чтобы сварить кофе и взбодриться.

Состояние недосыпа было самое отвратительное в ее самочувствии на сегодняшний день. Она вышла в гостиную, прошла к окну и нажала на пульт автоматического подъема штор. Потянувшись, словно кошка, на носочках женщина повернулась лицом к гостиной и вдруг вздрогнула от неожиданного возвращения памяти о событиях этой ночи.

На ее кожаном диване, завернутая в плед согнутая в три погибели лежала та самая девушка, которую выбросили из багажника «кадиллака» несколько пьяных парней. Жанна окончательно пришла в себя, вспомнив, что вчера, по непонятной для самой себя причине она вернулась к заправочной станции, к обочине и забрала девушку с собой. Та была жива и в сознании, но полностью обессилена, истощена и изуродована побоями. Сейчас, при свете дня, синяки и раны на ее лице выделялись ярким сине-бордовым цветом и припухлостями.

Жанна тихо подошла к дивану, осторожно приподняла плед и осмотрела все тело девушки. От роду той было лет семнадцать-восемнадцать и по состоянию кожи, ногтей и волос Жанна определила, что девушка была не с бульвара дешевых проституток, а, возможно, из вполне приличной семьи.

Фурье отошла назад и забралась с ногами в широкое кресло и обняла колени руками. Этой ночью она привезла девочку к себе, сразу дала ей выпить стакан виски, чтобы ослабить шок, искупала в горячей ванне, а затем уложила на диван в гостиной и сама отключилась от усталости и изрядной порции виски.

Жанна смотрела на спящую девушку и с ужасом видела в ней Мэри Синкли. Так же жалко и безобразно выглядела она в больнице, когда ее изнасиловали несколько парней. Она не собиралась проявлять жалость и великодушие по отношению к девчонке, но не могла справиться с желанием помочь ей. Потому что в тот страшный день, когда ее изнасиловали отец и брат, никто не мог помочь Мэри, хотя она отчаянно нуждалась в этом.