Ана Эм – Просто дыши (страница 24)
Много лет назад я зарекся не искать причины людским поступкам. Пообещал себе делать то, что хочется, не думая о том, зачем мне это. Но сейчас я снова чувствую эту тягу узнать. Чувствую, как погружаюсь на глубину, ныряю с головой в самую бездну.
Я сделал это, потому что Селин смотрела?
Я сделал это, чтобы Эва не увидела, как над ней насмехаются?
Я сделал это, чтобы показать всем, что она не одна?
Я сделал это, потому что захотел?
Что из этого правда?
Черт, это даже не поцелуй. Лишь легкое касание губ. Но когда я отстраняюсь, то вижу, что Эва со мной не согласна. Подавшись вперед, я шепчу у ее уха:
– Ты моя невеста, помнишь? По крайней мере, пока мы не поговорим.
Она не отвечает, но и не отталкивает меня.
Думаю, это хороший знак.
Отступаю назад, не сводя с нее глаз, и нажимаю на кнопку лифта. Тот снова открывается за моей спиной. Я захожу в него ровно в тот момент, когда Дана появляется рядом с Эвой. Они кивают друг другу, и подруга проскальзывает ко мне.
Ищу на лице Эвы хотя бы что-то. Улыбку. Кивок. Согласие. Хоть что-то. Ничего из этого я не получаю, но ее взгляд…он вдруг царапает что-то глубоко внутри меня. Вдоль позвоночника проносится разряд. Я уже испытывал нечто подобное совсем недавно. Когда смотрел на картины Эден.
Створки лифта закрываются, разрывая этот странный зрительный контакт между нами.
Зря я ее поцеловал.
9
Когда я выхожу из здания, Элиот и правда ждет меня. Небрежно прислонившись к своей синей машине, он нежится в лучах закатного солнца. Черт, как же хочется нарисовать его. Это бесит, потому что я злюсь. Злилась весь день. А увидев его, теперь злюсь еще больше.
Заметив меня, Элиот широко улыбается. Так легко и беззаботно.
Стиснув кулаки пересекаю улицу и встаю прямо перед ним. Хочется врезать ему, но я сдерживаюсь.
– У тебя нет права использовать меня. – голос повышается сам собой, и он тут же вскидывает руки, выпрямившись.
– Знаю, прости.
– Ты не можешь целовать меня, когда тебе вздумается. – тычу в него пальцем. – Я не твоя игрушка, ясно?
– Ясно. – серьезно кивает он. – Прости.
Внимательно изучаю его лицо на наличие вранья и выдыхаю с облегчением, потому что там только искренность. Он правда сожалеет. Хорошо.
Элиот оборачивается и лезет одной рукой в салон машины через окно. Затем выпрямляется. В его руках насколько бумажных стаканчиков из кофейни на подставке.
– Не знал, что ты пьешь. – пожимает плечами, бросая на меня совершенно невинный взгляд. – Ну, кроме апельсинового сока.
Изо всех сил подавляю улыбку, сжав губы как можно плотнее.
– Зачем это все? – спрашиваю, воинственно сложив руки на груди.
– Это извинения.
Получается, он заранее знал, что я могу разозлиться.
– Не пойму, зачем делать то, за что потом нужно извиняться?
Он пожимает плечами:
– Лучше извиняться, чем жалеть о том, чего не сделал.
Жалеть.
О том, чего не сделал.
С какой стати ему жалеть о том, что он меня не поцеловал?
Черт. Зачем я вообще анализирую его? Я же уже решила держаться от него подальше. И тем не менее…
– Что там? – киваю на стаканчики, и он тут же расплывается в довольной улыбке, указывая на каждый стаканчик по очереди.
– Здесь зеленый чай с мятой, черный с бергамотом, этот вроде с фруктами, а этот с ягодами.
Опустим тот момент, что он запомнил, что я не пью кофе.
Молча беру тот, что с мятой.
– Ты хотел поговорить. – вспоминаю я, делая глоток чая. – Говори.
Его брови взлетают вверх.
– Что, прям здесь? Может, поедем куда-нибудь?
Он это серьезно? Как будто мне мало того, что пережила за весь день. Пусть Клод и разрешил мне работать в его кабинете, а не в общем, все эти косые взгляды буквально высосали из меня всю энергию. Как я поняла, половина из них возненавидела меня из-за Клода, а вторая половина из-за Элиота. Еще вчера в моей жизни вообще не было мужчин, а теперь сразу двое. И оба каким-то чудом умудряются осложнить мне жизнь одним только своим присутствием.
– Я хочу домой. – просто сообщаю ему.
– Хорошо. – не возражает он. – Домой, так домой. К тебе или ко мне?
От меня не ускользнули саркастичные нотки в его голосе, но хватило одного только моего взгляда, чтобы он не продолжал и молча открыл мне дверь.
Я залезаю в машину и выдыхаю, наслаждаясь мгновением тишины. Элиот хватает себе стаканчик из подставки, а остальное выбрасывает в урну неподалеку. Какое расточительство. И тем не менее его забота приятна. Не смотря на то, что это всего лишь извинения. Плюс, думаю, ему еще от меня что-то нужно.
Может, Клод был прав.
Может, Элиот и правда такой, каким кажется.
Мудак, которому нет дела до окружающих.
Нет. Я видела те снимки на его доске. Тому, кто сделал их,
Элиот садится за руль, и я сообщаю ему адрес цветочного. Мы трогаемся с места. Тишина заполняет все пространство между нами, но как и раньше, она не кажется мне гнетущей. Мне не хочется разрушить ее, нет желания оборвать. Поэтому я просто сижу и пью свой чай, разглядывая улицы вокруг. Мне не так часто удается выбраться из дома. Ладно, я чаще вообще не выхожу. Разве только в парк, чтобы выгулять Молли. Иногда еще Рори или тетя вытаскивают меня на короткую прогулку. Но на этом все.
Это приятно. Наблюдать за всем с безопасного расстояния. Из машины, которая проносится так быстро, что ее никто и не замечает. Меня не замечают. Никто, кроме Элиота. Снова и снова чувствую на себе его взгляд. Знаю, он хочет убедить меня согласиться на игру в жениха и невесту. Без понятия зачем, но не хочу усложнять свою жизнь еще больше. Хотя с другой стороны я четко осознаю, что рядом с Элиотом мне было проще, легче. Там, на совещании.
– То, что ты мне рассказал о Селин, Клода и об остальных правда? – вдруг спрашиваю, повернув к нему голову.
– Да. – без колебаний отвечает он.
– Значит, вы с Риной…
– Нет. – улыбается одним уголком губ. – Ей нужно было пережить развод и доказать себе, что еще не все потеряно. А я…просто под руку попался.
Ума не приложу, как кто-то может вот так
– Получается, она тобой воспользовалась?
Он усмехается.
– Мной не так просто воспользоваться.
Мне нужно увидеть его глаза, но он упрямо смотрит только перед собой. Это странно, учитывая, что пока я молчала, он все время поглядывал на меня.
– Потому что ты и сам умело используешь людей.