Ана Эм – Истина (страница 7)

Хм.

Досадно, но жить можно. Хвала богам, хотя бы туалет нормальный. И плевать, что его видно с самого порога.

– Погоди. – раздается за спиной голос Валери.

Я опускаюсь на одну из кроватей, ту, что ближе к ванной. Матрас жестковат, но и так сойдет.

– Ты украла деньги из ковенской казны?

Я перестаю ощупывать простыни и поднимаю глаза. Долго же до нее доходит. Откидываюсь назад, упираясь руками в кровать.

– Чисто технически, это твои деньги, так как теперь ты у нас глава. Так что, я просто позаимствовала деньги у сестры. Да и к тому же, ими все равно никто не пользовался.

Чистое предположение. Интересно, знает ли что-то Валери?

Сестра стискивает кулаки, швыряет ключ на стол и опускает на стул прямо напротив меня. Ну, началось. Закидываю ногу на ногу, располагаясь поудобней.

– Какая разница, пользовались ими или нет? – вспыхивает она. – Они принадлежат ковену. Не нам.

Склоняю голову набок, покачивая ногой.

– Напомню тебе, что ты только что украла чью-то одежду. Не тебе читать мне мораль.

– Это всего лишь кусок ткани. – она поддается вперед и упирается локтями в колени. – А за эти монеты мне нужно будет отчитываться перед всем ковеном. Ведется строгий учет всего, что принадлежит ведьмам. Мы здесь нелегально, без приглашения. Ты знаешь, что это могут расценить, как вторжение? Объявление гребанной войны.

О, мне прекрасно это известно. Как и то, что если личность Валери раскроется, Америда ни за что не встанет на нашу сторону в войне с демонами. Между феями и ведьмами установлено негласное соглашение. Ковен не трогает Эларис. Эларис не лезет к ковену. И тем не менее мы здесь.

– Не пойму, на что именно ты злишься? – пожимаю плечами. – Все уже произошло.

Сестра шумно вздыхает, опустив голову. Алые пряди падают вперед, закрывая лицо. Что ей так не нравится? В конце концов я организовала нам ночлег. Могла бы и спасибо сказать, вместо того, чтобы отчитывать.

– Ты могла хотя бы спросить меня, прежде чем воровать. – тихо произносит она и снова поднимает на меня свои изумрудные глаза. – Неужели это так трудно?

– Ну, не знаю. А насколько трудно открыться мне и впустить в свою голову?

Она открывает рот и тут же закрывает.

– Связь могла бы пригодиться нам здесь. – продолжаю. – Ты же продолжаешь упрямиться. Вот только не пойму, почему? Ты мне не доверяешь?

Чистое предположение, но сестра замирает. Так, словно я раскрыла ее грязный секретик. Ауч. Это оказалось неприятней, чем я думала. Одно дело догадываться, но совсем другое, знать. Знать, что один из двух членов твоей оставшейся семьи не считает тебя достойной ее доверия.

Выпрямившись, я усмехаюсь.

– Забавно. Ведь это у меня есть все основания тебе не доверять.

Именно она оставила меня, Камиллу, отца. Всех нас. На целые шесть лет. Именно она предала целый ковен, который теперь так яростно защищает. Отвечать перед ними? Да в жопу их всех. Как насчет того, чтобы ответить передо мной?

Между нами воцаряется давящее неуютное молчание. Валери первой отводит взгляд и откидывается на спинку своего стула. Я уже думаю, что разговор на этом закончен, как она вдруг произносит тихо, почти шепотом:

– Тебе было шестнадцать. Ты постоянно сбегала из дома. Пропадала на вечеринках у Бэлфоров. Пропускала школу и не раз впутывалась в серьезные передряги. Ту Эвиву я помню. Ту Эвиву я знаю. Но ты сейчас…

Она снова смотрит мне в глаза, и я стараюсь изо всех сил сохранить равнодушное лицо. Особенно, когда слышу:

– Ты манипулируешь, втайне строишь какие-то планы, скрываешь свои истинные намерения и практически каждый раз ставишь себя выше других. Эту Эвиву я не знаю.

Я качаю головой, сложив руки на коленке.

– А ты нисколько не изменилась. – на губах играет легкая улыбка, но в горле застревает ком. – По-твоему, я высокомерна? Сама в зеркало то давно смотрелась?

Она морщится так, словно я оскорбила ее до глубины души.

– Может, я и манипулирую, строю планы, ставлю себя выше других, но по крайней мере, я не пытаюсь казаться лучше, чем я есть на самом деле.

На этих словах я поднимаюсь на ноги и ухожу в ванную. Хотелось бы громко хлопнуть дверью и избавить себя от ее присутствия. Вот только долбанные стебли нисколько не скрывают то, как я с каменным выражением лица поднимаю юбку своего платья и опускаюсь на каменный унитаз. Тишину теперь нарушает лишь звук моего опорожняющегося мочевого пузыря. Вот же, гадство.

3

Валери не произнесла ни слова. Ни когда я спустя несколько часов объявила о том, что нам нужно идти. Ни когда я повела нас через весь город ко дворцу Америды. Последнее не составило труда, так как ближе к обеду десятки, если не сотни фей высыпались на улицы и шли в одном и том же направлении.

Они все были разных возрастов, и по всей видимости, из разных слоев населения. Ткань на платьях многих была в разы дороже наших. Да и пока мы шли, у меня сложилось четкое ощущение, что некоторые улицы выглядят намного лучше, чище и богаче. Здания стали выше. Их отделка теперь была не только из дерева, но и камня. Появились украшенные серебром балконы и белые черепичные крыши. Кроны громадных деревьев все еще мелькали то тут, то там, но теперь они скорее служили украшением и дополнительными местами для отдыха. На ветвях некоторых я заметила широкие площадки с удобными диванчиками.

Я поняла, что мы совсем близко ко дворцу, когда в окнах зданий вокруг начали появляться искусные витражи с золотыми вкраплениями, а на мимо проходящих феях начали мелькать дорогие украшения. У кого-то они были вплетены в волосы, у кого-то висели на шеях, руках и даже щиколотках. Я выросла в семье, которая никогда не испытывала недостатка в деньгах. Да что уж там, мы живем в огромном поместье не с одной, а сразу с тремя башнями. Это практически дворец по человеческим меркам. Но даже мне здесь стало неуютно. Особенно учитывая тот факт, что кроме кольца переноса на мне больше не было ни единого украшения. Я чувствовала себя голой.

Но с другой стороны, это даже хорошо. Мы с Валери отлично вписываемся в толпу тех, кто в данный момент выстраивается в длиннющую очередь на подступах ко дворцу. Богатые феи смотрят на нас точно так же, как и на остальных выбивающихся из общей роскоши бедолаг – с пренебрежением и неприкрытым отвращением.

Такое сильное неравенство вызывает любопытство. В наших книгах нет ни слова о внутреннем устройстве Элариса. Только то, что всем здесь заправляют женщины. Они же и наследуют магию. Это заметно даже внешне. Если бы не яркие оттенки волос и глаз, фейцы мужчины в легкую сошли бы за обычных людей. Их кожа не светится так, как у фей, не переливается, словно покрытая блестящим маслом.

Мы с Валери подходим к пестрой веренице из местных жителей и встаем в очередь. Вдалеке перед нашими глазами вырастает величественный дворец царицы Элариса. У меня даже рот приоткрывается от этой невероятной красоты. Сооружение возвышается над городом. Сделанное полностью из белой древесины, стекла и кажется, белоснежного известняка, оно сверкает на солнце. Где-то прямо из стен дворца выбиваются широкие ветви, где-то вверх ползут лозы диковинных растений. Отчего-то я не сомневаюсь, что основой дворца на самом деле является гигантское белое дерево.

И даже сейчас Валери молчит. Просто стоит без единой эмоции на лице и окидывает все вокруг непроницаемым взглядом. Как будто уже сотни раз видела и дворец, и фей. Неужели ей совсем не интересно, зачем мы встали в эту очередь?

Скрещиваю руки на груди, вздохнув.

– Ты как-то притихла. – и честно говоря, это молчание начинает меня порядком подбешивать. – Что, больше никаких вопросов?

Валери переводит на меня свои изумрудные глаза, заблаговременно оценив расстояние до ближайших фей.

– А ты разве ответишь, если спрошу?

Я пожимаю плечами.

– Может, и отвечу. Я не столь высокомерна, как ты думаешь.

Вал едва заметно фыркает и отворачивается, уставившись в спину феи перед нами. Очередь медленно продвигается, и мы тоже делаем несколько шагов вперед.

– У меня есть предположение. – вдруг говорит Валери, понизив голос.

Мои брови взлетают вверх.

– Да неужели? Я вся внимание.

Сестра бросает быстрый взгляд нам за спину и склоняется ближе ко мне, шепча на ухо:

– Тебе нужно во дворец. Думаю, это как-то связано с артефактом. – выпрямившись, безразлично пожимает плечами.

Я пораженная до глубины души этой железной логикой, медленно хлопаю в ладоши.

– Браво. – киваю с одобрением. – Не хочешь вступить в мой клуб самых умных? Пока там, правда, только я. Но чисто по-сестрински могу выделить тебе местечко. Что скажешь?

Валери раздраженно вздыхает, закатив глаза, и на моих губах растягивается довольная улыбка. Это куда лучше холодного отчуждения, в котором она меня мариновала последние несколько часов.

Спустя несколько минут мы делаем еще пару шагов вперед, но кажется, будто не двигаемся вовсе. Бросаю взгляд на эту длиннющую очередь и ругаюсь себе под нос.

– Мы так весь день здесь простоим.

– Вы еще близко стоите. – вдруг раздается веселый голос за спиной, и я едва не вздрагиваю.

Мы с Вал оборачиваемся. Молодая фея, не старше меня, с волнистыми розовыми волосами одаривает нас милой улыбкой.

– Иногда приходится стоять сутки, а то и больше. Пока царица не устанет. – поясняет фея. – А некоторым и вовсе так и не удается попасть во дворец. Я Антония, кстати.