Ана Эм – Четвертое королевство (страница 33)

– Идем со мной. – махнул Аморе старик и направился прямо к двери, что вела на нижние палубы. – С этого момента будешь помогать мне.

Принцесса нахмурила свои светлые брови, но все же последовала за пиратом. Странно, но этот старик почему-то вызывал у нее доверие. Безумие какое-то.

Прежде чем скрыться на лестнице, что вела вниз, Амора остановилась и обернулась на Тео. Его теплые глаза тут же нашли ее. Остальные пираты уже начали расходиться, но Рид все еще наблюдал за ней своим острым взглядом. Из них двоих, Тео был единственным, кто обращался с ней по-доброму. Просил, а не приказывал, и не пытался самоутвердиться за ее счет. И если уж говорить откровенно, для Аморы это было в новинку. Доброта. В подводном мире теплое отношение было редкостью. А когда ты принцесса и подавно. Каждая русалка только и ждала момента, чтобы вонзить кинжал в спину. Фина прямое тому доказательство.

Аморе не была знакома доброта, а потому она не умела проявлять ее в ответ. Однако не смотря на это, она не сумела сдержать порыв. Подняв левую руку, она приложила ладонь к своему сердцу и кивнула Тео с едва различимой улыбкой. Единственный жест благодарности, на который она сейчас была способна. Пират удивился. Его брови тут же поползли вверх, и даже Рид не сумел скрыть эмоций. Амора не была уверена в том, как относиться к тому, что от нее скорее ждали нападения нежели благодарности. Ее взгляд скользнул выше. На капитанский мостик. Фигура в черном пристально наблюдала, и принцесса задумалась на мгновение, как долго Дэмиан там стоял?

17

Тяжелый табачный дым забивался в легкие, лип ко влажной коже и пропитывал волосы. За последние несколько часов Гива возненавидела его, однако виду не показывала. Ее лицо оставалось непроницаемым весь вечер. Словно покорная служанка она наблюдала за тем, как мужчины и женщины самых разных возрастов пускали слюни на Дэю, стараясь выбить себе место за ее круглым столом. Звонкий смех хранительницы разносился по всему двору, привлекая к себе все больше людей с улицы. Они тянулись к ней точно завороженные, и Гива не сомневалась, что русалка использовала голос, дабы заманить в свои сети побольше жителей острова. Они играли с ней в карты за столом, покупали ей выпивку, еду, пытались поцеловать и даже признавались в любви, а заодно рассказывали все, что та хотела знать. К сожалению, никто из них не видел никого необычного на острове. Ни слова об Аморе, что было и хорошо, и плохо одновременно.

У входа раздался громкий мужской смех, и Гива подняла взгляд. Во двор вошли пятеро мужчин. Пираты. Первые за сегодняшний вечер, и судя по тому, как островитяне буквально испарялись с их пути, опасные. Но возможно именно у них была необходимая русалкам информация.

– Черный глаз. – со страхом в голосе прошептала женщина за столом, а затем и вовсе поднялась с места, оставив свое золото, и ретировалась вглубь двора.

Гива с Дэей переглянулись.

– Кто это? – легкомысленно спросила Дэя у мужчины за столом, чье лицо стало бледнее.

Он подался вперед и опустил голос до шепота:

– Один из одиннадцати пиратских баронов. Его корабль второй по скорости после «Девы Марии».

– Значит, – задумчиво произнесла русалка в ответ, подсластив свой голос даром. – Этот Черный глаз второй после Короля пиратов?

Мужчина кивнул, нервно сглотнув. Его морщинистый лоб покрылся потом.

– Да, и ему это совсем не нравится.

Гива снова подняла взгляд к мужчинам у входа, стараясь определить, кто из них Черный глаз. Все были одеты примерно одинаково – в рубашках и кожаных штанах. На поясах висело оружие. У кого-то на голове была бандана, у кого-то на шее висела золотая цепочка. Все как один излучали темную ауру, предвещающую беду и много много крови. Однако один из них все же выделялся. Его челюсть была покрыта темной густой бородой, в ухе висела сережка, а когда он повернул голову в сторону Дэи, Гива увидела огромный шрам, что пересекал половину жесткого лица. Из-за него левый глаз был совсем изуродован и имел сероватый оттенок, который сильно разнился с глубоким черным цветом правого глаза.

– Так вот почему Черный глаз. – прошептала Дэя с усмешкой в голосе. – Как оригинально.

Гива напряглась, когда пират, не сводя глаз с Дэи, направился в сторону их стола. Остальные пираты последовали за ним без колебаний.

– Пошли к черту. – рявкнул пират всем, кто сидел за столом, и опустился на место прямо рядом с Дэей. Остальные пираты заняли четыре освободившихся стула.

– Это было грубо. – протянула Дэя, задействовав голос, и пират усмехнулся, откинувшись на спинку.

– Да неужели?

Дэя наградила его соблазнительной улыбкой и начала собирать карты, чтобы начать новую игру.

– Хорошо, что я люблю грубиянов.

Остальные пираты все как один растянулись в широченных довольных улыбках, ловя каждое слово, слетавшее с губ русалки, и Гива не могла не завидовать тому уровню искусства, которым владела Дэя, когда использовала свой голос. Она балансировала на грани, лишь едва подслащивая магией свое собственное обаяние. Иначе завороженные могли понять, что что-то не так. Особенно если обладали сильным разумом.

Гива почувствовала на себе тяжелый взгляд и подняла глаза. Черный глаз смотрел на нее с нескрываемой похотью, от чего Гива внутренне содрогнулась. Чувство в его взгляде было первобытным, животным, и она даже не сомневалась в том, что если бы осталась с ним один на один, он лишился бы своего сердца.

– Она не продается. – пролепетала Дэя, раздавая карты.

Полуголая девушка принесла очередной поднос с напитками. Пират с цепочкой перехватил ее за запястье и одним резким движением усадил себе на колени. Она вздрогнула, но тут же размякла в его объятиях, нацепив фальшивую улыбку, и позволив ему оголить ее грудь.

– Все в этом мире продается. – ответил Черный глаз и схватил Гиву за запястье. Принцесса не дернулась, лишь вопросительно взглянула на Дэю. Между ними завязался молчаливый диалог, и обе пришли к одному и тому же выводу.

– Или же забирается силой. – с вызовом в голосе прорычал пират.

– Сила не потребуется. – вдруг раздался певучий голос Гивы, и все внимание мужчины резко переключилось на принцессу. На светлую нежную кожу ее шеи, что хотелось исследовать языком, на кроваво-алые волосы, в которые хотелось запустить руки, и соблазнительные изгибы тела, которые скрывались под невзрачной серой тканью ее платья.

Напряжение растеклось в воздухе, смешиваясь с резким запахом табака, и Гива поняла, что привлекла внимание не одного пирата. Сразу все мужичины за столом обратили к ней свои жадные взоры, но она сосредоточилась лишь на одном звере и добровольно опустилась ему на колени, положив одну руку на его широкую грудь.

Возможно, мужчины здесь и считали себя всемогущими хищниками, но по-настоящему опасными были хищницы. Те, что скрывались за красотой, похотью и желанием в глазах.

Гива чувствовала эту силу в своих венах. Чувствовала покалывание на кончиках пальцах и мимолетный порыв пронзить грудную клетку этого животного под ней, дабы заявить свою власть над ним и поглотить его жизненную силу. Это был природный инстинкт, который русалкам пришлось подавлять столетиями, чтобы сохранить свое существование в секрете. Отныне лишь те, кто охранял специальные зоны в морях, могли нападать на корабли и вырывать сердца. Их было немного, но они были элитой среди военной мощи Оринфа. Гива лично наблюдала за ними и знала, на что способны даже десять таких воительниц.

Самой принцессе была неведома жестокость, с которой те убивали, и до этого самого момента у нее никогда даже не возникало тяги к убийству. Однако что-то в этом пирате заставляло все ее внутренние инстинкты обостриться. От него несло кровью, металлом и смертью. Он доминировал, и Гиве захотелось стереть эту самодовольную ухмылку с его лица. Сильные руки грубо обхватили ее за талию и бедра, но она не дрогнула, только улыбнулась, хлопая ресницами так, как это делала Дэя весь вечер. Пират был удовлетворен своей так называемой добычей и вернул внимание к столу. Гива перехватила взгляд хранительницы, и та понимающие ухмыльнулась, начав игру.

Карты разлетелись к каждому игроку, ставки в виде золота были сброшены в центр стола. За весь вечер Гива увидела достаточно, чтобы понять – Дэя намеренно проигрывала партию в пользу Черного глаза. Снова и снова. Но благодаря этому пират заметно расслабился. Языки остальных постепенно развязывались под действием алкоголя и шлюх. Теперь русалки знали, что Черный глаз прибыл с командой на остров сегодня. В разговоре то и дело просачивалась какая-то бухта, но Гива не придавала этой информации особого значения. Ей было важно узнать что-то о своей сестре, а эти пираты пока что казались совсем бесполезными.

– Вы не местные. – вдруг выпалил Черный глаз, откидываясь на спинку своего стула и увлекая за собой Гиву. Его рука уже давно забралась принцессе под юбку и теперь грубо сжимала внутреннюю сторону ее бедра.

Дэя в ответ лишь слегка улыбнулась, бросив на Гиву мимолетный взгляд. Обеим были хорошо известны правила подобной беседы. То были основы дипломатии, которым обучали принцесс с рождения.

Нельзя выдавать важные сведения, но и лгать нужно так, чтобы у собеседника не оставалось никаких сомнений.