Ан Тала – Аромат лимона (страница 1)
Аромат лимона
Часть I
Глава I
–
Шорох ворсистой ткани, пропитанной маслом камелии, по серебристой поверхности меча навевал дремоту. Юмэлия старательно натирала лезвие, любуясь изящной работой своего отца. Ветвистые рунические надписи рассекали широкую часть клинка изумрудными линиями, тускло сияющими в полумраке кузницы. Юмэлия любовно очертила маслянистыми пальцами эфес из зачарованного хрусталя с навершием из крупного круглого изумруда. Пламя камина причудливо отражалось от четких граней хрусталя, распадаясь на тысячи крошечных огоньков.
«Однажды и у меня получится создать нечто похожее, – Юмэлия тихонько вздохнула, возвращаясь к полировке. – Если бы только отец подпускал меня к работе почаще».
Из открытого окна в кузню долетал свежий аромат горных трав и сладковатый запах цветов лимонных деревьев. Юмэлия поморщилась и подняла голову от меча, чтобы окликнуть младшего брата и попросить его закрыть окно, и только сейчас заметила, что Юрдзанг спит. Мальчик мирно сопел в кресле у камина, сжав в ладошках простенький деревянный меч. Юмэлия улыбнулась. Всякий раз Юрдзанг тайком пробирался в отцовскую кузню вслед за ней, чтобы поглядеть на выкованные мечи для королевской гвардии. Отец не разрешал Юрдзангу баловаться в кузне, но Юмэлия не отличалась строгим нравом и редко запрещала брату что-либо. После исчезновения их матери Юмэлии пришлось заменить её как в быту, так и в воспитании, и она не хотела омрачать и без того безрадостную жизнь Юрдзанга нелепыми запретами.
Деревянная дверь кузни протяжно скрипнула. Юмэлия вздрогнула, но заметив отца, облегченно расслабила плечи. Сиолан, моложавый мужчина с едва заметными морщинками вокруг глаз цвета молодой листвы с усталым вздохом покачал головой. Инкрустированные сапфирами серьги на его заостренных ушах тихо звякнули.
– Я же говорил, что закончу сам. Уже глубокая ночь. Иди отдыхай, Юмэ.
Девушка гордо выставила меч перед собой. Свет камина скользнул огненным языком по лезвию, бросив отблеск на сияющее от радости веснушчатое лицо Юмэлии.
– Всё готово, отец. Этот меч был последним. Останется лишь обновить руны.
От кузнеца не укрылся лукавый блеск в глазах Юмэлии, таких же, как у него самого. Он понимал, что дочь не отвяжется, пока не добьётся своего, а потому покорно сдался.
– Ладно, так и быть. Но под моим присмотром.
Юмэлия вскочила со стула, держа меч, и бросилась к тяжелому шкафу из тёмного дуба, который молчаливым исполином стоял в углу кузницы.
– Спасибо! – вскрикнула она, открывая дверцу шкафа. С полок на неё смотрели десятки разноцветных баночек с пыльцой магических цветов из Священной Рощи. Эльфийка потянулась к баночке с ярко пылающим зеленым светом содержимым, как тут за её спиной раздался сонный голос Юрдзанга:
– Уже утро?
Мальчик потёр орехового цвета глаза и сладко зевнул. Отец удивленно вскинул брови и, напустив строгости в свой мягкий голос, поинтересовался:
– Маленький проказник, почему ты не в детской?
Юрдзанг резко проснулся и боязливо вжался в спинку кресла. Его заостренные уши, украшенные золотыми серёжками в виде колец, мелко подрагивали.
– Но, отец, я точно помню, что засыпал в детской. Это феи меня принесли сюда. Честное слово!
Юмэлия не удержалась и прыснула от смеха. Её брат во всех бедах винил крошечных обитателей эльфийского королевства Квелендиль.
– Ох уж эти феи, – смеялась Юмэлия, ставя на стол баночку с магической пылью. – И ведь в который раз.
– Вот именно! – довольно ухмыльнулся Юрдзанг.
Кузнец сдержал улыбку. Непокорность детей грела отцовское сердце, притупляла тревогу за их детство без матери. Как бы трудно им не было, все невзгоды они преодолевали вместе, втроём, совсем не вспоминая о той, кто оставила их, бросила на произвол судьбы.
– Отец, для защитной магии лучше использовать кисть из конского волоса или из волос петирского единорога? – Юмэлия задумчиво почесала заостренное ухо.
– Конечно же петирского единорога, – Сиолан сел на простой деревянный стул и с наставническим видом скрестил руки на широкой груди. – Пыльца алвонского фрукта капризна, она не приемлет ничего кроме волос магических зверей.
Юмэлия энергично кивнула и благоговейно открыла баночку с пыльцой. Юрдзанг на цыпочках приблизился к отцу и с любопытством выглянул из-за его спины. Юмэлия точным и аккуратным движением макнула кисть в пыльцу, она недовольно засияла, потревоженная вторжением.
– Агруакерия, лювения малон, – нараспев произнесла Юмэлия очерчивая на мече старые руны, нанесённые отцом. Тусклый зеленоватый свет обрел силу и ярко засиял, разгоняя тьму вокруг себя. Сиолан с неясной горечью смотрел на то, как усердно старается дочь. Юмэлия помрачнела и нахмурилась, доведя заклинание до конца.
– Как себя чувствуешь? – Сиолан с заботой вгляделся в побледневшее лицо дочери.
– Лучше, чем раньше, – Юмэлия утерла проступивший пот со лба. – Но хуже, чем хотелось бы.
– Магия не даётся просто так, – Сиолан поднялся со стула, взял баночку с пыльцой и покрутил её в длинных пальцах. – Если в тебе недостаточно сил, она черпает волшебство из твоего тела, вызывая усталость и болезни.
Юмэлия поджала губы, борясь с тошнотой. Она и сама прекрасно знала, что за магию необходимо платить, но готова была отдать всё, что потребуется, чтобы поскорее овладеть ею. Но годы шли, Юмэлии совсем недавно исполнилось восемнадцать, однако она заметно отставала в магических способностях от своих сверстников.
– Ладно, заговорщики, бегом спать, – Сиолан поймал за ворот болотного цвета рубахи Юрдзанга, который попытался незаметно юркнуть под стол, чтобы отец не прогнал его. – На рассвете ты должна быть в Священной Роще, магистр Лунтан не любит, когда опаздывают на его занятия.
Юмэлия недовольно цокнула, вложила меч в кожаные ножны и положила его в угол к десяткам других, ожидавших отправки в замок Алтерхэйла и к королю в столицу.
– Думала, ты забудешь. Можно я не пойду? Зачем мне эти уроки, если я буду работать в кузнице?
Но Сиолан был непреклонен.
– Историю своего народа должны знать все подданные королевства. И ты, Юмэ, не исключение.
– Ладно, – кисло согласилась она.
«Ну вот, опять лицезреть этого надменного принца целый день», – подумала Юмэлия, с тоской глядя на белые цветы лимонного дерева за окном.
***
С трудом разлепляя веки, Юмэлия осторожно спускалась по каменистой дорожке, ведущей в долину. Их кузница располагалась на горном уступе в тени многовековых кедров в отдалении от Алтерхэйла, процветающего эльфийского города в Тихих горах. До Священной Рощи от кузни путь лежал неблизкий, так что Юмэлии пришлось встать с первыми лучами солнца, чтобы поспеть к началу занятий.
Собрав утреннюю росу с шелковистого разнотравья, Юмэлия умыла лицо, пытаясь взбодриться, но вчерашнее использование рунической магии забрало у неё слишком много сил. Эльфийка устало плелась, постоянно спотыкаясь о подол темно-зеленого платья из крапивы, кляня судьбу за то, что та наделила её таким скудным запасом магии.
Юмэлия свернула к серебристому ручью, что извилистой лентой бежал с синеватых гор, обрамляющих Алтерхэйл, и невольно залюбовалась игрой солнечных бликов на поверхности ледяных вод. Эльфийка присела, чтобы зачерпнуть воды, как тут с желтых лепестков ириса, растущего по берегу, вспорхнула разбуженная внезапным вторжением фея. Её полупрозрачные крылышки цвета зари мелко задрожали, а прелестное личико исказилось от раздражения. Фея недовольно заворчала на текучем языке волшебного народца, бросила в Юмэлию сноп розоватых искр и скрылась за могучими стволами кедров.
– Пугаешь местных обитателей?
Юмэлия вскочила на ноги и обернулась. Испуг тут же слетел с её лица, когда эльфийка узнала Сагара, своего друга, с которым они с детства росли бок о бок. Бордовые рассветные всполохи, пробивающиеся сквозь сочную листву деревьев, ложились розовыми тенями на длинные светлые волосы Сагара, собранные в небрежный конский хвост. Синие глаза его, чуть раскосые, как и у всех речных эльфов, задорно сияли.
– Доброго рассвета тебе, Сагар, – Юмэлия почтительно склонила голову, скрывая румянец, расползающийся по её щекам нежными бутонами. До их свадьбы оставалась одна полная луна, и с каждым днём Юмэлия всё больше смущалась, находясь рядом с Сагаром. Эльфийка узнала о том, что выйдет замуж за него, семь лет назад, когда её отец стал королевским кузнецом, и их семья сделалась достойной для заключения родственного союза. Но чем ближе становился день бракосочетания, тем сильнее Юмэлия сомневалась в своих чувствах.
– Опять провела всю ночь за работой? – Сагар неслышно приблизился к Юмэлии и нежно взял лицо эльфийки в ладони, мягко очерчивая большими пальцами синяки под её светло-зелёными глазами. – Устало выглядишь.
От касаний Сагара щеки Юмэлии вспыхнули, и она отвела взгляд.
– Нужно было закончить с мечами для королевской гвардии. Скоро у среднего принца день совершеннолетия, надо успеть к торжеству.
Тонкие губы Сагара сжались в одну линию, он отнял руки от Юмэлии, не заметив облегчения, мимолётно проскочившего на её лице.
– Не верится, что мы одного возраста с Ароланом, – Сагар покачал головой, скрестив руки на груди, прикрытой кожаным жилетом на шнуровке.