Амира Ангелос – Юная жена. Твоя в расплату (страница 25)
— Спасибо… — я совершенно растеряна, не понимаю ничего из ее слов. Что значит примерку сюда? Мне весь магазин привезут на дом? Сумасшествие…
— У Баграта день рождения. Правда, он не афиширует, терпеть не может эту дату, — вздыхает Карина, а я снова проглатываю замечание, что понятия не имею кто такой Баграт! Хотя, судя по всему, должна знать. Догадываюсь, что это какой-то родственник Дамира. Они видимо близки. Надо будет расспросить об этом, жалею, что не сделала этого раньше, но… рядом с Тураевым мои мозги неизменно плавятся и я не знаю как это изменить.
— Тогда нам, наверное, надо купить подарок, — произношу растерянно.
— Нет, — мотает головой Карина. — Я же объяснила, что он терпеть не может подобную суету. Не представляешь, чего мне стоило договориться чтобы устроить вечеринку. На которой гости не будут говорить о цели праздника, притворяться притвориться что все происходящее не имеет к нему отношения, — смеется Карина.
— Хорошо, как скажете…
— Вы пока позагорайте, поплавайте в бассейне, девочки. Завтрак будет через двадцать минут, платья привезут через час-полтора, — добавляет деловито.
— Хорошо… спасибо, — отвечаю растерянно, не поспевая за скоростью этой женщины. От того, что она упомянула бассейн, еще и краснеть густо начинаю! Нет, вот точно совершенно не тянет меня плавать этим утром! Все еще свежи воспоминания о том, чем это закончилось вчера… Да и купальника у меня нет.
— Вот это командир, — фыркает Саша, когда Карина наконец выходит из комнаты.
— И не говори, — улыбаюсь смущенно.
— Хорошо, что хоть недолго одни побудем. Кстати, где твой муж? Я не помешала? Хотела тебе просто написать, а тут эта Карина позвонила, позвала меня. Сказала, что тебе нужна компания.
— Прости пожалуйста за это, — мне становится ужасно неловко.
— Да нет, что ты, не страшно.
— Ты мой гид, а не нянька, — произношу извиняющимся тоном.
— Это неважно, я и нянькой могу поработать за такие деньги, — хихикает Саша и тут же осекается. — Ой, слушай, зря я это сказала! Извини, дело же не в деньгах совсем! Мне казалось, мы подружились. Я рада поддержать тебя во всём. Я очень благодарна судьбе что мы встретились, что я попала на Санторини. Здесь так потрясающе красиво! Я вчера немного прогулялась одна, честное слово, Стефания, я плакала! От невероятной красоты этого места и счастья, что я здесь. Не стала тебя звать, решила, что тебе, наверное, надо побыть со своим красавцем мужем… Поверь, даже если ты совсем меня не будешь никуда звать, я буду наслаждаться видами, морем и солнцем. Но имей в виду, что достаточно одного слова и я к твоим услугам.
— Спасибо…
— Ты кстати не ответила про мужа, — Саша улыбается лукаво.
— Он уехал по делам, — у меня не получается спрятать напряжение в голосе.
— Ясно… Я не буду лезть, правда. Не буду больше спрашивать.
— Если бы я могла объяснить, — вздыхаю. — Все безумно запутанно…
— Просто знай, что у тебя есть плечо рядом.
— Спасибо, — обнимаю девушку, чувствуя горячую благодарность за ее поддержку.
— Так мы идем плавать? — спрашивает Саша после вкусного, очень красиво сервированного в столовой, завтрака.
Дамир до сих пор не появился, и с каждым часом его длительного отсутствия, чувствую, как все сильнее натягиваются нервы. Возможно вода помогла бы мне…
— Только не смейся… у меня нет купальника, — улыбаюсь смущенно. — Я так поспешно собиралась в Афинах, что забыла его в гостинице.
— Так надо было сказать Карине… Тебе вечерние платья привезут, могли бы и купальники зацепить.
— Забыла, — пожимаю плечами.
На самом деле, я просто не хочу ничего принимать от незнакомой женщины. Да и от Тураева тоже! Обойдусь без купальника. Можно на крайний случай поплавать поздно вечером… голой.
Удивляюсь своим развратным мыслям… Сделай я так, Дамир вряд ли ограничится прикосновениями…
Проблема в том, что я не хочу, чтобы ограничивался. Я схожу с ума по нему… Хочу его.
Только слишком огромна пропасть между нами.
Я ни за что не стану делить его с другой женщиной…
Слышу шум во дворе, снова вспыхивает надежда, что это вернулся Дамир… Но это всего лишь Карина, за ней идут двое мужчин и женщина, несут на руках чехлы, в которых, по всей видимости, те самые платья.
Меньше всего мне хочется сейчас снова общаться с Кариной и участвовать в этой примерке. Александра, видимо, чувствует то же самое, вскакивает со своего места:
— Не буду мешать, пойду к себе. Надо родителям позвонить, друзьям фотоотчет отправить. Увидимся завтра, Стефания, — чмокнув меня в щеку Саша уносится прежде чем успеваю что-то возразить.
Только в этот момент мне приходит в голову, что у нее наверняка тоже нет вечернего платья… Но никому нет до этого дела. Сашу никто не приглашал на вечеринку в честь Баграта. Мне становится очень обидно за подругу, хотя сама наоборот, ужасно не хочу туда идти.
— Я так понимаю, Саша не приглашена? — спрашиваю Карину холодно.
— Давай не будем заниматься ерундой, мне совершенно не до этого, Стефания, — раздраженно отвечает хозяйка особняка. — Угодить всем — это утопия, и знаешь, я ни грамма вины не чувствую за то что не нянчусь еще и с твоим гидом, нанятым Дамиром. Знаешь, что я думаю? Дамир слишком возится с тобой! Выполняет капризы, терпит твои прибабахи. Но так не будет вечно. Это пока ты свежий фрукт, девочка. Когда он пресытится твоим вкусом, твои истерики перестанут казаться ему пикантными.
— С чего вы взяли…
— Достаточно об этом. Примерь это, — Карина сует мне в руки платье. — Жду здесь, чтобы оценить по достоинству сей шедевр.
Ухожу в спальню. Карина права, раз мы обе не в восторге от происходящего, надо закончить побыстрее. Так что, не теряя времени, надеваю наряд.
Платье очень красивое, но максимально вызывающее. Насыщенного бордового цвета, с достаточно глубоким декольте и вставками из кружев.
Интересно, я бы понравилась Дамиру в таком?
Стоит промелькнуть этой мысли, поднимаю глаза и вижу входящего в комнату мужа. Вздрагиваю. Вот уж точно выбрал самый неподходящий момент для возвращения!
Я не хочу переодеваться при нем!
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю нервно.
— О, дорогой, ты как раз вовремя! — восклицает Карина, вошедшая следом. Дамир успел только шаг ко мне сделать, но остановился. Карина обнимает его, он наклоняет голову, и она целует его в щеку. — Поможешь нам выбрать? — продолжает щебетать хозяйка особняка. — Твоя жена прямо топ модель, на ней все сидит идеально, хотя заказывали без мерок, на глаз. Оглядывает меня снисходительно-довольным взглядом.
— Хорошо, — кивает Тураев и начинает расстегивать рубашку. — Это платье мне не нравится.
Краснею от его слов. Он не сказал плохо про меня, только про вещь, что на мне надета, но все равно чувствую обиду.
— Вот, тогда эти два. Черное и белое, — Карина совершенно невозмутимо вешает на ручку шкафа два других платья, которые заносит одна из девушек.
— Ты выйдешь? Я тоже хочу переодеться, — выгибает бровь Тураев.
— Да… конечно. Подожду…
— Не стоит. Спасибо за помощь, дальше мы сами.
Дамир выглядит усталым, но несмотря на это не отказывается принять участие в примерке.
Это довольно сильно удивляет меня. С каждой секундой начинаю нервничать сильнее. Мне совсем не хочется демонстрировать ему наряды!
— Чем плохо это платье? — произношу раздраженно, снова оглядывая себя в зеркале, после того как остаемся наедине.
— Ты в нем похожа на шлюху, — хрипло произносит Тураев. Подходит сзади, прижимает меня к себе, обняв ладонью за шею. Другая рука стискивает грудь, сжимает ее властно, проникает в вырез декольте.
— Не надо… — в ягодицы вжимается горячая твердая плоть.
Мой муж определенно сильно возбужден… И он не ночевал дома. Неизвестно где был… но там его не удовлетворили.
— Я хочу тебя, Стефания. Сними платье, — приказывает хрипло.
— Я не шлюха! — вырываюсь из объятий, отскакиваю в сторону. — Думаешь, я позволю так с собой обращаться? После того как ты… Не ночевал дома!
— Мне пришлось уехать по важному делу, Стефания, — произносит устало. — Никаких женщин в этом не замешано. Зачем? Я хочу тебя. На данный момент — только тебя.
От этих слов, от тембра голоса, низкого, с особыми глубокими нотками, по телу прокатываются волны. Первая — холодная, нервная волна неконтролируемого озноба. Вторая наоборот, обжигающе горячая.
Дамир говорит просто, без пафоса, без горячности в голосе, словно ему все равно, поверю или нет. Почему-то именно поэтому — верю.
— Так нервничаешь, что твой пульс можно даже услышать, — произносит Тураев, сжав мое запястье. Снова нависая надо мной. подавляя своими размерами. — Выглядишь очень нервной. Злишься? Ревнуешь?
— Разумеется нет! С чего бы?