Амира Ангелос – Юная жена. Твоя в расплату (страница 12)

Подбегаю к двери, и не глядя в глазок распахиваю ее, кипя от возмущения.

— Привет, детка! — Валентина, соседка снизу, смотрит на меня с широкой улыбкой, распахивая объятия.

— Привет! Ты уже вернулась? — страх и паника сменяются облегчением. Мы крепко обнимаемся.

Мы подружились почти сразу как я поселилась над Валюшкой. Она сразу проявила общительность и радушие, помогла навести в новом жилище уют, всегда выручала. Валя — дизайнер, часто путешествует, работая удаленно. Всегда на позитиве, неунывающая, так что мы быстро сблизились, стали подругами.

— Ага, вернулась! И как всегда с приключениями. Ключ потеряла, представляешь? Бурный отдых был, два курортных романа успела пережить за три недели, — сообщает радостно, вкатывая чемодан через порог. — У тебя есть еда? Я жутко голодная.

— Сейчас что-нибудь соображу… Хорошо, что ты оставила мне запасной ключ, — достаю его из ящика комода в коридоре и протягиваю Вале. — Будешь яичницу?

— Мда, негусто, — Валентина ходит за мной по пятам, заглядывает вместе со мной в холодильник, где на полке жалобно притаилось всего одной яйцо. — Ты вообще ешь? Выглядишь изможденной. Зачем все эти диеты? Посмотри на меня! Я два XL, но при этом счастлива и не испытываю недостатка в ухажерах!

— Я не сижу на диете.

— Ты это постоянно говоришь. Ладно, закажу пиццу и роллы. Накормлю тебя как следует, а то скоро ноги волочить будешь, цыпленок.

— Лучше расскажи, как прошел отпуск, — смеюсь в ответ. Валя если даже критикует, то совершенно беззлобно, любя. Невозможно на нее обижаться.

— Да, с удовольствием. О, слушай, у меня еще с собой шампанское! Сейчас…

Валя бежит открывать чемодан, одновременно делая заказ в ресторане. Она всегда такая. Энергичная, неунывающая. Открытая книга. Делится всем, никогда ничего не скрывает… Ее кипучая энергия и жизнелюбие очень помогают мне. Словно раскрашивают красками серые будни. Вот и сейчас, несмотря на все что случилось со мной… становится капельку легче. Я отвлекаюсь на ее рассказы об отпуске. Удается ненадолго забыть о том что происходит со мной. Когда же это закончится? Или уже закончилось? Я совершила ошибку, приехала в пасть ко льву, хотя меня предупредили о последствиях. Дамиру по сути и предъявить нечего. Но где же папа?

Бутылка шампанского заставляет ненадолго растаять огромную глыбу льда образовавшуюся внутри. Сплю как убитая, с Валентиной мы расстаемся около часа ночи, и то она порывалась идти в магазин за «добавкой». Я с трудом проводила ее, помогла дотащить чемодан, потом даже толком не помню как вернулась и в постель залезла.

Меня будит навязчивая мелодия телефона. Когда понимаю, что это рингтон который у меня стоит на отца, кубарем скатываюсь с постели.

— Папа! Как ты? Я так волновалась! — выпаливаю с отчаянием.

— Все со мной хорошо, дочка. Прости, что пропал. Так было нужно.

— Но… где ты? Инесса с ума сходит, как и я!

— Ты ведь не наделала глупостей?

— О чем ты?

— Не ездила к ублюдку?

— Я не понимаю…

— Скоро приеду и объясню. Ничего не бойся, поняла? Я нашел выход!

Голос отца довольный, но что он придумал? Что за выход нашел? Мне становится не по себе. Я уже не знаю чего ожидать! Иногда мне кажется, что отца я вообще не знаю! Что если он придумал что-то… радикальное? Убить Дамира?

Почему мне становится ужасно страшно от этой мысли?

После того что он сделал со мной, я должна его ненавидеть люто!

*******

— Ваше латте с мятным сиропом, — улыбаюсь постоянной посетительнице.

— Я просила карамельный, — недовольно поджимает губы.

— Правда? Ой, простите.

— Ладно, сойдет, — женщина забирает напиток.

Никак не получается сосредоточиться, я сегодня ужасно рассеянная. Вчерашние посиделки с шампанским до сих пор отдаются в голове болью, отсчитываю минуты до закрытия. Хочу сегодня лечь пораньше, выспаться. Тем более что напряжение отступило. Не полностью, но уверенность в голосе отца, когда тот говорил со мной, принесла облегчение.

Ольга заглядывала ненадолго, мы составили с ней новое расписание — скоро мне выходить на учебу, близится сентябрь. Остается час до закрытия, потихоньку начинаю уборку.

Входная дверь распахивается, впуская прохладный воздух летнего вечера. Смотрю на посетителя и чувствую как горло сжимает спазм. Сразу понимаю, что этот человек пришел не за кофе, хотя впервые в жизни его вижу. Ледяной взгляд охватывает мою фигуру, застывшую за прилавком.

— Добрый вечер. Мы скоро закрываемся… — произношу сипло.

— Отлично. Закрывай тут все, прокатимся.

— Что?

Боже, меня что, опять собрались похищать? Лихорадочно думаю о том как сбежать, но понимаю что бесполезно. У двери снаружи стоит еще один амбал.

— Что вам нужно? — пищу жалобно.

— Твой отец ждет. Не паникуй, никто ничего тебе не сделает.

Да сколько можно играть в эти игры! Я никуда не хочу ехать, я больше не могу…

— Передайте Тураеву…

— Заткнись.

По лицам этих людей, по их внешнему виду ясно, что лучше не спорить, сделать как говорят, и я дрожащими руками начинаю выключать все из сети, запираю кофейню.

Меня подталкивают к заднему сиденью джипа, усаживаются по бокам. Неужели правда папа устроил мне вот такую вот прогулку? Смотрю на дорогу, не мигая. Пытаюсь понять, куда направляемся. Не похоже что в дом Тураева. Совсем другое шоссе. Другой загородный поселок, но дом столь же богатый, роскошный. Очередное логово, но уже других бандитов? От этих бесконечных похищений можно свихнуться.

Когда выходим из салона, чувствую, что у меня начинается паническая атака, не могу вдохнуть полной грудью, но тут вижу как на ступенях дома, в который меня ведут появляется отец! Сразу охватывает облегчение, бросаюсь к нему в объятия, дрожа от напряжения, которое все равно не отпускает.

— Что ты здесь делаешь? Что происходит, пап? Я не могу больше, не могу… — тараторю взахлеб, всхлипываю, уткнувшись в шершавую ткань его пиджака.

— Дочка, ты ведь сама вмешалась, — отвечает укоризненно, глядя меня по голове. — Не переживай, все хорошо.

— Что хорошего, я думала меня опять похитили!

— Нет, не бойся.

— Я хочу домой, мне завтра на работу, — всхлипываю, чувствуя острое желание разреветься. — Меня все это достало, когда Тураев оставит нас в покое? Его нет здесь? — добавляю с тревогой. — Если он тут… я не пойду внутрь!

— Потерпи немного, дочка, — вздыхает. — Только не капризничай, не сейчас, не порти все. Я обратился к серьезным людям, он не посмеет больше к тебе лезть.

В этот момент поворачиваю голову в сторону подъездной дорожки, с которой выезжает джип, на котором меня сюда привезли. На его месте останавливается другой автомобиль, кажется мерседес. Замерев, наблюдаю, как из него выходит… Дамир Тураев!

Глава 11

Если бы отец не удержал меня, я бы наверное упала, настолько силен шок.

— Ты только что обещал… Ты обещал! — повторяю сдавленно, голос сиплый, в горле пересыхает.

— Он что-то сделал с тобой? — отец берет мое лицо в ладони и смотрит пристально. Ничего не отвечаю, смотрю на него измученным, затравленным взглядом. Папа хватает меня за руку и тащит в дом. Не могу сопротивляться, мы оказываемся в какой-то комнате, с приглушенным светом. Горит камин, довольно уютно и тепло, но меня все равно знобит.

— Говори, что он сделал, — требует отец.

— Ты в этом виноват, — произношу тихо, мечтая умереть на месте.

Мне ужасно плохо, больно, стыдно, внутри растет ком отчаяния и боли. Я просто хочу остаться одна. Пережить свою боль, забыть. Почему они не дают мне этого?

— Подонок! Он за все заплатит! Клянусь тебе…

— Разреши мне уехать! — перебиваю поток брани.

— Не могу, дочка. Беркут велел привезти тебя. Пока не знаю зачем. Откуда он в курсе, что и ты замешана, — качает головой. — Но клянусь, тебе ничего не сделают. Он больше не прикоснется к тебе. К сожалению, убить эту тварь у меня вряд ли получится, но они заключат между нами перемирие.

— Когда? Когда нас отпустят? — на данный момент меня больше ничего не интересует.

— Пора. Беркут ждет, — мужчина, который приехал за мной в кафе стоит на пороге, смотрит требовательно. Отец кивает, берет меня за руку. Приходится следовать за ним.

Большая комната, даже скорее конференц-зал для совещаний. Много людей, все в черном, словно других цветов не существует в природе. Мы заходим последними, нам указывают на места в конце стола. Следом появляется Дамир. Он не садится. С ним еще несколько людей. Муса, и, вспоминаю еще одну кличку, названную при мне… Хмурый. Еще несколько человек. Встают вдоль стены.