Амира Ангелос – Ты мой трофей, девочка (страница 48)

— Я все уже знаю, подруга, — заявляет, усаживаясь напротив меня за столом. — Дядя рассказал. Долго же ты меня за дуру держала.

— Прости пожалуйста. Я не специально, честное слово.

Мне мучительно стыдно, что все так запуталась. Чувствовать себя лгуньей — невыносимо.

— Ладно, Жень, расслабься, — улыбается Лика. — Не хочу, чтобы братец на меня набросился, за то что довела его беременную невесту. Я не в обиде, правда. Было очень дико узнать о вашей свадьбе, еще и от дяди. Потом, когда первый шок прошел, я поняла, что страшно рада! Мы теперь родственницы. Станем еще ближе. Да и за Беса я счастлива. То есть наоборот, что он перестанет быть этим самым Бесом, — хохочет, довольная собственной шуткой. — Перестанет драться. Ох, вот я болтушка! Лучше ты давай, рассказывай подробно, почему молчала… и когда у вас все началось.

— Я молчала потому что все было очень… несерьезно.

Конечно, Лике этого мало, она продолжает вытягивать из меня подробности. В конце нашей беседы я совершенно без сил, дико смущена, но кажется, становится легче от исповеди.

— О, вот и Бес, собственной персоной, — восклицает Лика.

Резко оборачиваюсь, чувствуя ослепительную радость.

Броситься на шею мешает присутствие Кахира, который стоит рядом с братом.

— Привет, невестка, — улыбается мне. — Вот же новости. Вы всех в состояние крайнего шока привели.

— Чур я занимаюсь организацией свадьбы. А еще хочу быть крестной. Мм, а крестным Арслан будет, да? Вот блин, Пашке это не понравится, — тараторит Лика.

— Вы тут планируйте, я пока заберу у вас свою жену, — хрипловато-ворчливо говорит Берслан.

— Невесту, — поправляет его Лика.

Но ее уже никто не слушает, любимый тянет меня за руку к лестнице. Стоит захлопнуться двери комнаты, как на плечах смыкаются сильные, мужские пальцы. Язычок молнии платья ползет вниз, меня очень умело и стремительно освобождают от одежды.

— Не надо, в доме полно народа, — бормочу смущенно.

— На этот этаж никто не поднимается, — отвечает глухо. Заметно, что сильно возбужден. — Я хочу тебя, малыш. Не могу больше сдерживаться.

Комната наполняется нашим судорожным дыханием, вздохами, стонами. Берслан обрушивается на меня жадными, требовательными поцелуями. И я с радостью отдаю ему всю себя. Плавлюсь от ласк, умоляя о большем. Нас обоих трясет от потребности друг в друге.

Берслан лихорадочно избавляется от одежды, не прерывая поцелуя. Ласкает мои груди сквозь белье, потом его пальцы скользят на спину. Расстегивает бюстгальтер, нетерпеливо отбрасывает кружевной предмет, грубо, до боли стискивает груди, но меня не пугает его порыв. Соски твердеют от возбуждения. Мне нравится его грубоватые, лихорадочные прикосновения. Влажный язык проходится по вершине соска и внутри все буквально взрывается.

— Ты… убиваешь… меня, — выдыхаю рвано.

— Прости, малыш, — шумно втягивает в себя воздух, пытаясь восстановить дыхание. — Изголодался по тебе. Дурею от того что ты моя. Полностью. В моей комнате. В моей власти.

— Твоя, — улыбаюсь счастливо, накрываю его рот ладонью, чувствуя, как Берслан тут же целует ее. — Я тоже от тебя совершенно потеряла голову.

Новый поцелуй наполнен неутоленной страстью. Я оказываюсь сверху, обнимаю Берслана за шею, трусь о него, аромат его кожи кружит голову. Он издает стон:

— Теперь ты убиваешь меня.

Резко переворачивает меня на спину, захватив зубами нижнюю губу, посасывает ее. Отпустив, прокладывает дорожку поцелуев по шее, груди, спускаясь все ниже. Прижимается лицом к моему животу, целует, спускаясь еще ниже. Обхватывает мои ягодицы ладонями, притягивая к себе, погружаясь в меня влажным языком. Вскрикиваю, не в силах сдерживать себя, пока ласкает меня между ног языком и пальцами. Колени начинают дрожать, когда пытаюсь еще сильнее развести ноги в стороны. Внутри закручивается тугой узел, мускулы сжимаются, зарываюсь пальцами в короткие волосы Беса, тяну на себя.

— Пожалуйста… я не могу…

Сама не понимаю, о чем умоляю. Это слишком прекрасно, волшебно, чтобы можно было мыслить связно. Смотрю на темноволосую голову меж моими разведенными коленями и завожусь еще сильнее. Звуки низкого рычания, мои судорожные всхлипы. Бес пожирает меня так неистово, словно от этого зависит его жизнь. Этот мужчина сводит меня с ума, кайфа и напряжения так много, что кажется мне уже не вынести. С каждым прикосновением языка все больше теряю контроль над телом. Еще одно глубокое проникновение, и перед глазами темнеет, содрогаюсь, тело выгибается в судороге. Распадаюсь на молекулы, крича от невыносимо сладкой разрядки.

Сфокусировав расплывающееся зрение, понимаю, что Бес пристально смотрит на меня.

— Обожаю видеть, как ты кончаешь, — признается хрипло.

Наклоняется, обхватывает губами мой сосок. По телу пробегает новая волна желания. Тянет зубами, и я вздрагиваю, отчаянно хватаю его за плечи, впиваясь ногтями в кожу.

— Пожалуйста, — подаюсь к нему ближе, делая движения бедрами, отчаянно желая почувствовать его внутри.

Мои руки скользят вдоль твердого, словно камень, пресса. Задыхаюсь от эмоций, обхватывая рукой головку члена. Сжимаю пальцы, скользя по нему рукой. Снова накрывает возбуждение, когда чувствую шелковистую влажность на его набухшем кончике и дурею от собственной смелости.

Берслан со стоном опускает темноволосую голову, упираясь лбом в мой лоб, горячо дыша.

Продолжаю нерешительно водить рукой по твердому стволу, ожидая, что Бес меня остановит, но он этого не делает. Боже, чувствовать его пульсацию в своей руке, эту мощь, жар — просто невероятно. Дрожу, ощущая его размер, силу.

Бес со стоном накрывает своим ртом мой, целуя, пока губы не распухают. Острые ощущения проносятся с каждым новым влажным касанием его языка.

Отстраняется, издавая рычание, которое эхом отзывается у меня внизу. Влагалище болезненно пульсирует. Почувствовав, как член упирается во влажные складки, издаю глухой стон. Кажется, что больше не выдержу ни секунды ожидания.

— Смотри на меня, — приказывает тихо.

Старается быть нежным, осторожным, проникая в меня медленными толчками. Но скоро обоюдная страсть вырывается наружу, выходит за рамки. Мы охвачены диким огнем, кричим, стонем, двигаясь на встречу друг другу. Обвиваю талию Берслана ногами, выгибаю спину. Волны удовольствия захлестывают, на секунду кажется, что теряю способность дышать. Никогда прежде не испытывала оргазма такой силы. Новая грань ощущений, абсолютное доверие. Я хочу принять и познать все, что может мне дать этот мужчина. И хочу отдать все, что ни попросит. Бес кончает следом за мной, содрогаясь и рыча, стискивая до боли мои бедра.

Проходит несколько минут, прежде чем ко мне возвращается сознание. Берслан кладет разгоряченную щеку мне на грудь. Его губы касаются все еще напряженного соска.

— Я люблю тебя, — шепчу, едва шевеля губами.

— Люблю, — отвечает хрипловато-сонно.

Мое тело охвачено самой сладкой негой. Закрываю глаза и погружаюсь в теплоту, что затапливает сердце после наших обоюдных признаний. Простых, коротких, но абсолютно искренних.

Первое, что вижу проснувшись утром, это Берслан, очень серьезно смотревший на меня. Наклоняется, нежно целует меня в губы.

— Ты давно не спишь? — спрашиваю сонно.

— Час, или чуть больше.

— Почему не разбудил меня?

Вместо ответа тянется ко мне. Мы снова занимаемся любовью, никуда не спеша, изучая друг друга. Потом долго принимаем душ. Мы словно одни в целом мире. Никто нас не тревожит. Никуда не надо спешить.

Когда наконец выходим из комнаты, оказывается, что жизнь идет полным ходом. Мама командует новой прислугой. Оказывается, она может быть строгим начальником. Почему-то это умиляет меня.

Вера Степановна тянет чемодан к воротам. Наблюдаю за ней в окно, пока готовлю кофе. Смотрю с сожалением. Ее никто не выгонял, она сама решила, что теперь ей здесь не место.

Спустя пару дней уезжает и Таисия. Объявив, что скоро тоже выходит замуж, и теперь будет жить с женихом. Я очень рада за сестру, несмотря на наши разногласия.

Подготовка к свадьбе идет полным ходом. Но Лика задумала нечто настолько грандиозное, что мы с Бесом шутим, что я родить успею, пока все будет готово. Впрочем, нам и без пышной официальной церемонии неплохо. Мы уже расписались, тайно. Просто вышли из дома, поехали в ЗАГС… Только пока об этом никто не знает.

Пышный праздник — это лишь уступка Лике, которая обожает организацию подобных мероприятий. Это дело настолько захватило ее, что она даже решила открыть свою фирму.

Главное, что она счастлива и спокойна. С Павлом у них тоже все движется к свадьбе.

Лика смогла перебороть болезненное чувство к Арслану. Они отлично общаются, как хорошие друзья.

Кахир влюблен в сестру Павла, Дашу. Это очень трогательно, правда девушка чуть старше и пока не воспринимает всерьез нашего компьютерного гения.

За это время я подружилась с Никой. Она считает меня близким человеком, во всем советуется со мной. Хотя иногда мне очень трудно смириться с тем, какой выбор она делает. Например, познакомилась с очень богатым, но совсем не молодым мужчиной. Живет с ним. Меня коробит всякий раз, когда вижу их вместе.

Но все равно, какой бы выбор ни сделала Ника, мы подруги. Мы никогда не вспоминаем обстоятельства, что свели нас. Эта тема табу. Слишком страшно вспоминать.