Амира Алексеевна – Пятнадцать суток на любовь и риск (страница 6)

Скорчив недовольную гримасу, не вставая со стула, она потянулась за вилкой, и тут же ударилась головой об чью-то ногу.

– Ай! – вскрикнула Амина, потирая голову.

«Тридцать три несчастья могут ворваться только в твою жизнь» – сказала бы сейчас Зинаида Петровна, упрекнув внучку за ее неуклюжесть и рассеянность.

Амина подняла голову и замерла.

Визуально ОН казался ей сейчас еще выше и крупнее, Амина невольно почувствовала себя лилипутом из сказки о Гулливере. Еще бы, она практически пребывала у его ног.

Девушка живо вернулась на свое место и больше не смела поднимать головы. Каждой частичкой своего тела она чувствовала на себе его тяжелый, пристальный взгляд. Ею вдруг овладел ничем необъяснимый страх, который собственно и парализовал ее тело и мысли. Этот мужчина обладает невероятной, мощной энергетикой, одним только своим присутствием он вселял людям страх.

Кто он такой? Откуда и зачем он приехал в столь отдаленный поселок, когда вся молодежь пытается сбежать из этого Богом забытого места в город, в поисках лучшей жизни. Надолго ли он приехал?

Вилка с глухим шумом падает на покрытый дешевой клеенчатой скатертью стол, и от неожиданности, Амина вздрагивает.

За этим на первый взгляд благородным жестом ничего больше не последовало. Мужчина, не сказав ни слова, уверенным, твердым шагом направился к выходу. За ним последовали еще двое.

– Ты нарочно уронила свою вилку? – с упреком спросила Даша.

– О чем ты говоришь? – не поняла Амина.

– Ты знала, что он будет проходить мимо нашего стола, и специально уронила перед ним свою вилку. – Продолжила негодовать Даша. – Хитрый и очень дешевый ход, я тебе скажу, подруга. Обращать внимание мужчины таким глупым поступком. Что же теперь он подумает о тебе?

– Не теряй голову из-за ревности. – Рассердилась неожиданно Амина. – За кого ты меня принимаешь? Если ты так ревностно относишься к нему, так почему же ты притащила меня сюда? Пришла бы одна….

Минуту девушки сидели молча и без особого аппетита доедали свои салаты.

Первой заговорила Даша:

– Прости. – Искренне произнесла она. – На самом деле я так не думаю. Ты же сама знаешь, что сгоряча я могу черт знает что наговорить. А потом жалею….

Амине был прекрасно знаком вспыльчивый, порой довольно эмоциональный характер подруги. Поэтому, она и не думала долго на нее злиться.

– Я прощу тебя при одном условии. – Произнесла она с некоей загадочностью. Даша напряглась. – Обещай, что ты никогда не станешь больше ревновать его ко мне. Твоя ревность ну совершенно беспочвенная. Ты же знаешь, что я влюблена в Гришу.

– Кстати, о Грише, – Даша щелкнула пальцем, будто вспомнила о чем-то. – Ко мне тут с утра Миша заглянул, и я обо всем ему рассказала. После меня он сразу же направился к тебе. Ну что, – резко вздернула подбородок, бросив на подругу пылающий любопытством взгляд, она спросила: – О чем вы договорились? Он поможет тебе вызвать ревность Гриши?

– Мне не нужна помощь твоего брата. – Хмуро произнесла Амина. – И вообще, я не собираюсь добиваться любви Гриши. Нельзя заставить сердце полюбить, тем более, когда оно уже занято другим.

– Ты о чем? Я не понимаю…

– У Гриши уже есть девушка. И он ее любит.

– С чего ты это взяла?

– Что именно? Что у него есть девушка или что он ее любит? – решила уточнить Амина все с тем же хмурым выражением лица.

– И то и другое. – Коротко отозвалась Даша, изредка поглядывая на выход.

– Он сам сказал.

– Не понимаю, – Даша, наконец-то, отвела от двери взгляд и обратила внимание на подругу. – Неужели Гриша не догадывался о том, что ты в него влюблена?

Амина горько усмехнулась:

– Неделю назад я и сама не догадывалась о том, что влюблена в друга детства.

– Мда… – задумчиво проговорила Даша. – И что ты намерена делать? Неужели сдашься без боя? Ты не станешь бороться за свою любовь?

– Ой, велика ли потеря. – Отмахнулась в ответ Амина. – Любовь… Поживу и без него. Верка же живет одна, и ничего, не умерла от нехватки любви.

– Пфф, – фыркнула Даша, – нашла, кого приводить в пример. Вообще-то, в Верке каждый вечер заглядывают разные мужики. Любви у нее хоть отбавляй!

– Позволь не согласиться. Мужчины каждый вечер заглядывают не к Верке, а за самогоном, который она, как тебе известно, продает. Из-за таких, как ты, и растут ноги у сплетен. – Осуждающе проговорила Амина.

– Наивная ты. – С укором произнесла Даша. – Всех людей считаешь ангелами. А они, в свою очередь, болтают о тебе за спиной.

Амина молчала. Даша заметила, что ее подругу что-то взволновало.

– Амин, ты чего? Я же не имела в виду, конкретно тебя… Это я так, в целом.

– Поверь, уже сегодня до тебя дойдут обо мне кое-какие слухи. – Тихо пробормотала Амина.

– О тебе?– Даша издала легкий смешок. – О тебе и говорить-то нечего. Ты же серая мышь со скучной репутацией. Тебя еще в монастырь возьмут с руками и с ногами.

– Я сегодня твоего брата поцеловала перед Лидией Михайловной. – Неожиданно призналась Амина.

Даша замерла с открытым от удивления ртом. Молчание продолжалось не более минуты.

– Брось ты так шутить. – Наконец-то заговорила Даша, не поверив словам подруги.

– Я не шучу. Это правда.

Заметив серьезное выражение лица подруги, Даша поняла, что та не врет, и ее рот еще больше раскрылся от изумления.

– Ну, ты, мать, даешь… Зачем ты поцеловала Мишу? Да еще и перед Лидией Михайловной? Разве тебе не известны ее гениальные способности пускать по поселку слухи?

– Она психологически давила на меня, настаивала на браке с ее глупым сыном. И уже выбрала нам дату свадьбы, мысленно отправилась на рынок за свадебным платьем, заказала своему сыну костюм, и даже составила список гостей… – Даша громко рассмеялась, но Амина, не обращая внимания на истерический смех своей подруги, продолжила: – Решение поцеловать Мишу пришло совершенно неожиданно, необдуманно, но своевременно. Впрочем, можно было просто выставить Лидию Михайловну за дверь.

– Ага, – немного успокоившись, Даша изложила свою мысль. – Тогда точно обеспечен бесплатный концерт всем жителям поселка с Участием Лидии Михайловны в главных ролях. Не отходя далеко от твоей библиотеки, красочно, с огромным преувеличением она стала бы всем рассказывать, как грубо ты обошлась сегодня с ней.

– И то верно… – грустно вздохнула девушка. – Тогда я ничуть не жалею о том, что поцеловала твоего брата перед ней.

Неожиданно в дверях столовой появляется Гриша.

– О-па-на! – воскликнула тотчас Даша и подмигнула Амине.

Поведение Гриши было совершенно странными. Он вошел в столовую и сразу же начал оглядываться по сторонам, будто искал кого-то. Взгляд его был чрезвычайно суров и недобр.

– Тебя что ль ищет? – предположила Даша. И оказалась права.

Заметив сидящих за столом у окна девушек, он быстрым шагом направился к ним, при этом неотрывно смотрел на Амину.

– Наверное, мне уже пора. – Даша встала из-за стола и, собрав на поднос посуду с недоеденным обедом, быстренько устремилась к выходу, бросив короткое приветствие только что подошедшему Грише.

– Что ты делаешь? – с ходу начал Гриша. – Ты хоть понимаешь, что творишь?

– Ты о чем? – не поняла Амина.

– Не строй из себя дурочку. Ты прекрасно знаешь, о чем я тебе говорю. – Он сел напротив Амины, где еще пару секунд назад сидела Даша.

– Но я, правда, не понимаю, о чем ты говоришь! – повысив тон, возмущенно воскликнула Амина.

– Ты хочешь так мне навредить? – продолжал Гриша винить девушку в том, что было известно пока лишь ему одному.

– Да говори уже прямо! В чем моя вина? – Амина встала из-за стола и последовала примеру своей подруги: собрала на поднос посуду и понесла его к столу у выхода, где стояла вся остальная грязная посуда.

Гриша последовал за ней. И когда они оказались на улице, он резко схватил ее за руку и притянул к себе.

– Что у тебя с Мишей Ложкиным?

«Ах, вот в чем дело!» – наконец-то, спала занавеса недопонимания.

– А тебе-то что? – догадавшись, о чем именно Гриша хочет с ней поговорить, Амина вырывается из объятий мужчины и направляется в сторону своей работы.

– Амина, а тебе задал вопрос! – крикнул ей вслед Гриша. Но девушка даже не обернулась, и тогда он бросился догонять ее. – Я тебя спрашиваю, что у тебя с Мишей? – он вновь останавливает ее, крепко схватив за руку. – Ты ведешь себя, словно ребенок. Безрассудно и глупо.

– Гриша, отпусти, мне больно. – Полушепотом произнесла Амина, предупредительно покосившись на мимо проходящих людей.