Амира Алексеевна – Новый мир для Элиз. Хозяйка пиццерии (страница 18)
Завернувшись в большое, банное полотенце, пахнущее свежестью, Амина вышла на крылечко. На улице уже было довольно темно и прохладно, на черном небе светятся миллиарды ярких звезд, где-то вдалеке, в лесу, ухал филин.
Девушка блаженно прикрыла глаза и полной грудью вздохнула воздух, чистый и холодный.
- Амина! – раздался из открытого окна дома мягкий, до слез родной голос бабушки. – Ты уже вышла из бани?
- Да, ба! – крикнула в ответ внучка. – Я иду!
Вздохнув еще раз, Амина не спеша отправляется домой.
***
Амина шла на работу в библиотеку, как всегда, пешком. Эти шесть километров были ее личным утренним ритуалом, моментом приятного уединения перед рабочим днем. Майское утро стелилось по земле шелковым туманом, отовсюду слышится щебет пробудившихся птиц, солнце еще только поднималось, и его лучи, теплые и косые, прогревали прохладный с ночи воздух и золотили миллионы алмазных росинок на траве.
На работу Амина пришла лишь спустя полтора часа, когда дорога обычно занимает у нее час (если идти быстрым шагом и если это не бездорожье). Погода сегодня стояла теплее обычного, и девушка позволила себе немного замедлить шаг, чтобы насладиться прекрасным солнечным утром.
Войдя в здание библиотеки, Амина первым делом переодела обувь - сняв свои старые, растоптанные ботинки, она надела легкие кеды, потом повесила на вешалку легкую, нежно розового цвета ветровку, оставшись в одной теплой белой, вязаной кофте и джинсах слоучи. Далее поправила прическу – расчесав волосы и собрав волосы в высокий хвост, она села за свой рабочий стол и открыла журнал посещений.
Хлопнула входная дверь. Первый за утро посетитель уже спешил за книгой.
Или не за книгой….
- Здравствуйте, Амина. – В дверях показалась Лидия Михайловна собственной персоной.
- Здравствуйте. – Любезно поприветствовала пожилую женщину Амина, хотя, Лидия Михайловна – единственный последний человек, которого она бы хотела сейчас видеть.
С загадочной улыбкой женщина обходит зал библиотеки, и потом целенаправленно направляется прямо к Амине.
- Слышала, что в поселке говорят? – спросила Лидия Михайловна, ехидно при этом улыбаясь.
- Нет. – Неохотно отвечает Амина.
Не хочется все же портить свое прекрасное утреннее настроение грязными сплетнями любопытных старушек.
- Говорят, твоего Мишу посадили сегодня за драку. Он чуть насмерть не забил кого-то. – Продолжает гнусавить старушка. – Лет десять дадут ему за это.
- За драку не дают десять лет тюрьмы. – Раздраженно поправила Амина.
- Так увечья были, значит, нанесены тяжелые.
- Вы видели это своими глазами?
- Нет, конечно… Так в поселке говорят… - Запинаясь, проговорила она.
- Мало ли что говорят люди. Не стоит верить всему, что слышите во дворах. – Амина сделала вид, что изучает журнал посещений, хотя на самом деле внутри нее все так и тряслось. Волнение и злость смешались в ней в один нервный клубок.
А что если дворовые бабки действительно не врут, и Мишу, в самом деле, посадили за драку?
- А вот мой Гена никогда бы руку ни на кого не поднял. – С гордостью заявляет женщина.
- Очень жаль. – Амина изобразила на лице огорчение. – Если на него нападут хулиганы, он даже не сможет за себя постоять. А если потребуется помощь какой-нибудь девушке? Ваш Гена так и будет стоять в сторонке и смотреть на то, как другие мужчины будут обижать ее?
Губы Лидии Михайловны сжались в тонкую линию. Недовольство было на лицо.
- Речь сейчас не о моем сыне, а о твоем непутевом парне. Подумай хорошенько, прежде чем соглашаться выходить за него замуж. Неужто тебе хочется носить посылки к нему в тюрьму? Есть парни куда приличнее, чем этот бандит.
Амина слушала ее с широко раскрытыми глазами. Неужели сплетни зашли так далеко?
- Вы намекаете на своего сына? – плечи девушки устало опустились – этой женщине все же удалось испортить ее прекрасное утро. Она отложила журнал в сторону и теперь неохотно смотрела на Лидию Михайловну.
- Хотя бы. Вот чем мой Гена тебе не люб? Ты же за ним будешь, как за каменной стеной. Он будет любить тебя, на руках носить. А знаешь, какие у него золотые руки? Мастер на все руки: и дров наколет, и дом построит, и кушать приготовит….
Что говорила Лидия Михайловна дальше, Амина уже не слышала. Девушка зачем-то полезла в карманы своих джинсов и вытащила оттуда небольшой листочек с номером телефона Староверова. Она впопыхах утром, перед выходом из дома положила его листок в карман и тут же забыла о нем.
«Позвонить ему или нет? А что я скажу? А что скажет он?», - думала она про себя, с волнением сжимая листок в руках. – «Возможно, он хочет вызвать меня на допрос… Это связано с Мишей?»
- … несмотря на свою грубую внешность, он очень чуткий и нежный… - продолжала восхвалять сына Лидия Михайловна.
- Кто нежный? – Амина смотрит растерянно.
- Мой Гена. Он….
- Лидия Михайловна, - перебила женщину Амина, не в силах больше слышать ее писклявого, противного голоса, - вы зачем пришли сюда? За книгой или чтобы рассказать о своем сыне?
Амине даже пришлось повысить тон, чтобы хоть как-то прекратить поток словарного запаса вредной старушки.
- Я пришла с тем, чтобы предостеречь тебя от ошибки. - Важным видом проговорила она.
- А мне кажется, вы наоборот, толкаете меня на ошибку. – Скрытый намёк Амины сразу стал ей ясен.
Слова Амины ее заметно оскорбили. Лицо Лидии Михайловны даже побагровело от злости.
- Ладно – ладно, ты еще вспомнишь мои слова. И пожалеешь, что однажды отвергла моего сына. Ой, как пожалеешь… - Ворча себе под нос еще что-то, Лидия Михайловна направилась к выходу.
Громко хлопнув дверь, через пару секунд женщина скрылась из виду. Подождав минуту, пока Лидия Михайловна отойдет от библиотеки как можно дальше, Амина тотчас бросилась бежать к продуктовому ларьку, где работала Даша.
Прежде чем открыть дверь и зайти в небольшое деревянное строение, именуемое в поселке «продуктовым ларьком», Амина остановилась и на несколько секунд задумалась:
- А что, если Даше ничего не известно об аресте Миши? Если это, конечно, правда, а не беспочвенные слухи старушек. Нет, я не стану шокировать ее этим известием сразу с порога. Сначала, я понаблюдаю за ее настроением. – Решила Амина и только потом дернула дверную ручку.
Дверь поддалась с противным, раздражающим слух скрипом, будто старое, сухое дерево качнулось на ветру.
- Даша, когда ты уже смажешь петли? Неужели тебя не раздражает этот скрип? – Амина не удержалась от критики с порога.
- Со временем можно ко всему привыкнуть. Даже к убийственному скрипу дверных петель. – Ответила Даша, сидя за прилавком и листая женский журнал моды.
В магазине никого кроме Даши и Амины не было.
«Настроение у нее, вроде, хорошее… Может, Даша не в курсе, что ее брата арестовали?» - думала Амина, пристально следя за подругой.
- А петли я принципиально не смазываю. Этот скрип для меня словно колокольчик, - где бы я не находилась - в подсобном помещении или в уборной, я всегда слышу, кто заходит в магазин.
- Ммм, - задумчиво промычала Амина.
- А ты почему не на работе? – Даша отложила журнал в сторону. – Проголодалась что ль? Зачем пришла?
- Даш, а ты не знаешь, где сейчас Миша? – аккуратно поинтересовалась Амина.
- Лучше бы ты проголодалась…. – С выраженным недовольством на лице проговорила подруга.
- Даша, где он сейчас?
- Зачем он тебе? – подозрительно покосилась на нее Даша.
- Сначала ответь на мой вопрос. – Твердо стояла на своем Амина.
- Откуда мне знать, где он сейчас? Он мне не отчитывается. – Фыркнула девушка. – Был здесь где-то пять минут назад… Куда ушел – я не знаю, и мне абсолютно все равно.
- Он был у тебя пять минут назад? – переспросила Амина, затаив дыхание от волнения.
- Да, он был у меня пять минут назад. – Раздраженно повторила Даша.
В следующую секунду с груди будто камень упал. Амина облегченно выдохнула, испытав невероятное облегчение, и села на деревянный стул, одиноко стоящего возле двери.
- Теперь твоя очередь, отвечать на мои вопросы. – Даша недовольно скрестила руки на груди. – Зачем тебе нужен мой непутевый брат? Только не говори, что вы, в самом деле, встречаетесь. Иначе я, клянусь, запущу в тебя… - Даша глазами стала выбирать орудие метания, - … вот это! – Она хватает, первое, что попало под руку – огромную палку вареной колбасы.
Амине ничего другого не оставалось, как рассказать подруге о приходе в библиотеку Лидии Михайловны и о ее предостережении по поводу Миши. Ведь Даша, в самом деле, способна осуществить свою угрозу.
- Эту старуху я когда-нибудь ушатаю. Ей Богу, не хватает больше на нее моего ангельского терпения. – Процедила сквозь зубы Даша. – Не будет нам покоя, пока ее обожаемый сын не женится на ком-нибудь.