Амира Алексеевна – Любовь на выживание (страница 3)

О нет…. Пока я неуклюже спускалась вниз, за мной спокойно наблюдал мужчина, который все это время курил в тени у дома. Он продолжал стоять на месте и молча смотреть на меня даже тогда, когда я заметила его присутствие и наши с ним взгляды встретились. В нем я узнала его – вчерашнего мужчину из вип зоны, высокого роста красавца, каштановым цветом волос и неподдельно-умными серыми глазами.

Что он здесь делает? – тут же пронеслось в моей голове.

Но он подошел ко мне прежде, чем я нашла ответ на свой вопрос, и галантно протянул мне свою руку, чтобы помочь встать. Невольно подчинилась, протянув навстречу свою руку.

Прикосновение его ладони прошлось по всему моему телу, словно электрический заряд, ослабляя и так ослабленные конечности и наводя в голове беспорядок, но я не показала никакого виду, просто встала…. и тут же упала на мужчину. Вывих левой ноги.

Немая сцена закончилась. Он заговорил первым:

– Все в порядке?

Мой слух уловил приятный, бархатистый голос мужчины, его слова звучали словно «сладкая» мелодия, которую так и хочется слушать не переставая. На мгновение я вновь растерялась, замерев в его объятиях, молча хлопая на него глазами.

– Мне показалось, вы больно ударились ногой?

Немного ослабив хватку, но не отпуская в меня до конца, мужчина взглянул на мою ногу и тут же сделал заключение:

– У вас вывих. Нужно как можно скорее вправить ногу, пока она окончательно не распухла, и следует незамедлительно наложить на ушиб лед.

Не могу понять, что меня сейчас больше волнует: боль в ноге или его близость? Его близость….

– Нет, спасибо. – Поборов себя, немного оттолкнув от себя мужчину, что к своему же удивлению мне не особо хотелось, я встала во весь рост, легонько наступая на больную левую ногу. – Боль не такая ощутимая, я думаю, скоро она пройдет.

– Уверены? – мужчина знал правду, об этом говорил его пронзительный, изучающий взгляд, но настаивать в обратном он все же не стал, молча остался наблюдать за тем, как я, хромоногая, помятая, в испачканном сарафане медленно брела к воротам.

– Стоп. – Вдруг осенило меня. – Вы… Вы живете в этом доме? – обернулась и внимательно взглянула на него.

– Да. И сказать по правде, я удивлен вашей поздней реакции. – На его лице заиграла легкая, кривая ухмылка.

– Значит, это вы похитили меня?

Я просто не верила своим же и его словам, будто все это сейчас происходит не со мной.

– Да, я. Поговорим об этом? – он сделал шаг ко мне на встречу, машинально я отступилась назад.

Заметив это, он остановился и больше не пытался приближаться ко мне.

– Зачем вы похитили меня? – от нарастающего волнения я начала задыхаться, будто в легкие перестал поступать кислород и мне больше нечем дышать.

– Я хочу жениться на вас. – Мужчина потянулся в карманы брюк и достал оттуда…. Нет, не маленькую коробочку, обшитую бархатным материалом красного цвета, где красовалось бы маленькое колечко, а самую то ни есть пачку дорогих сигарет; тут же закурил, медленно вдыхая в себя дым, одновременно жмурясь глазом из-за подступающего к лицу дыма.

– Жениться? На мне? – одними, побледневшими губами произнесла я, повторяя его слова.

– Да. – Ответы его были краткими и четкими. Чувствовалось, в своих планах и желаниях он был уверен как никогда.

– Но мы же даже не знакомы? Я не знаю вас, а вы не знаете меня….

– Я предлагаю прямо сейчас и познакомиться. Шамиль. – Он протянул навстречу мне руку, и я не смогла не ответить ему тем же.

– Изета.

Глава 3

Рукопожатие было кратким, но таким жгучим, тепло его ладони еще долго оставалось на моих руках.

– Входите в дом, вылечим вашу ногу.

– Нет, я не могу. Девушкам не принято входить в дом к незнакомому мужчине в столь поздний час.

– Но вы же только что оттуда? – на лице Шамиля вновь появилась легкая кривая ухмылка. – Не беспокойтесь об этом. Никто не узнает, что вы были в моем доме. Я просто положу на вашу ногу лед, и только.

Он говорил так уверенно и непринужденно-спокойно, что я тут же поверила его словам. К тому же, моя нога стала распухать, и боль никак не проходила, нужно было срочно что-то предпринять.

– Хорошо. – Согласилась я нехотя и схватилась за его протянутую руку.

Войдя через парадные двери, я уже отчетливо смогла разглядеть богатую, шикарную обстановку дома. Сам дом состоял из двух этажей и из множества комнат, в которые мне, к сожалению, не удалось заглянуть, так как хозяин дома сразу же повел меня на второй этаж, уже в знакомую мне комнату.

– Простите за подпорченное покрывало и порванную простыню. Я все оплачу. – Произнесла я каким-то не своим, писклявым голосом, поймав взгляд мужчины на кровати с чистым, без простыни матрацем и разбросанными по его поверхности подушками.

– Вряд ли. – Шамиль перевел взгляд с кровати на меня. – Материал, из которого была сшита простыня, стоит больших денег.

– Поэтому так легко рвется? – произнесла я не подумав, и тут же заткнулась, приняв решение молчать. Язык мой – враг мой.

Вместо ответа послышался лишь короткий смешок. Шамиль убрал с мини диванчика все подушки и молча, лишь кивком головы указал мне присесть туда. Аналогично молча подчинилась.

– Я сейчас вернусь. – Коротко произнес он и вышел из комнаты, оставив меня одну с тревожными мыслями в голове.

Странные чувства стали одолевать меня сразу после его ухода. Будто я совершила огромную ошибку, что приняла предложение войти в дом незнакомых для меня людей. И очень глупо было с моей стороны сначала бежать из дома через балкон, рискуя при этом здоровьем, а после спокойно возвращаться обратно в дом своего же похитителя.

Нет, я должна прямо сейчас вернуться к своим родителям.

Но стоило мне открыть входную дверь, как передо мною предстала женщина, лет около шестидесяти, стройного телосложения, ростом чуть выше среднего, со множеством морщинок на лице, которые ничуть ее не старели, а придавали возрастную, старческую мудрость. На щеках при этом лежал легкий румянец, возможно от жары, что было присуще сегодняшнему дню, и на лице играла, как мне показалось сразу, фальшивая улыбка гостеприимства.

– Здравствуйте, Изета. Вы куда-то уже собрались? – говорила женщина мягким покладистым голосом, все так же мило при этом улыбаясь мне. – Мой сын сказал, что вы поранились, когда выпрыгивали из балкона. Дайте мне посмотреть вашу рану.

Важной, уверенной походкой, женщина вошла в комнату, а я удивленная, а точнее сказать – шокированная появлением незнакомой женщины, продолжала стоять на месте, у открытой настежь двери, позабыв при этом о хороших манерах, так и не поздоровавшись в ответ.

– Вы… Вы мать Шамиля?

– Хм… – Женщина недовольно сложила губы в одну тонкую линию, о чем-то призадумалась, но потом вновь улыбнулась своей фальшивой «добродушной» улыбкой. – Садитесь на диван и снимите свою обувь. Я взгляну на вашу ногу.

Послушно выполнила все то, что попросила эта женщина, и даже больше, я попыталась исправить неверно-сложившееся о себе представление, как о невоспитанной, взбалмошной девчонке. Ведь на самом деле я не являюсь таковой. С детства родители учили меня уважать и почитать старших, будь он знакомый или не знакомый тебе, ведь старшие наделены с не присущей нам мудростью; их поучения должны быть для нас – как учебник, слова, вышитые драгоценной нитью и усыпаны драгоценными камнями, в которых живет лишь одна истина.

– Простите мое бескультурье и невоспитанность. Я растерялась, увидев вас в дверях, и даже как положено не поздоровалась при встрече…. Просто сегодня….

– Не нужно никаких оправданий. Я вас прекрасно понимаю. Просто поздоровайтесь. – Вновь улыбнулась она.

– Здравствуйте….

Глупее ситуации и быть не может.

– Ах, – мечтательно вздохнула женщина, закатив глаза вверх, – когда меня похитил отец Шамиля, я так же, как и вы была растеряна и смущена, а незнакомые люди вокруг просто пугали меня. Поэтому, я прекрасно понимаю сейчас ваши чувства. А по поводу ваших родителей – не беспокойтесь, им уже обо всем известно.

– Что?! Мама с папой знают обо всем и ничего не предприняли для моего вызволения отсюда?!

Я была просто поражена этой новостью, эмоции из меня аж «били ключом». И, наверное, поэтому я позволила себе в данный момент говорить на недопустимом повышенном тоне.

Не смотря ни на что, выражение лица женщины по-прежнему оставалось невозмутимым.

– Я, кстати, Тереза. Простите, что не сразу вам представилась. И да, я – мама Шамиля.

– Я ничуть не хочу казаться вам грубой, но кто вообще вам сказал, что я собираюсь замуж? Из моих уст, возможно, это прозвучит грубовато, но я не выйду замуж за вашего сына! По крайней мере, замужество сейчас не входит в мои планы.

– А что входит в ваши планы? – поинтересовалась женщина сдержанным тоном. По ее выражению лица стало заметно – разговор ей не особо стал приятен: лицо вытянулось, зрачки сузились, и она часто начала щурить свой небольшой заостренный нос.

– Учеба. – Произнесла я с присущей гордостью за себя, даже немного скинув вверх подбородок. – Я планирую получить в следующем году диплом и уехать за границу. Говорят в Англии….

– Сколько вам лет? – даже не дослушала меня Тереза, резко перебила на полуслове, еще и зевнула при этом, изображая скуку и сонливость.

– Двадцать один.

– Двадцать один? Хм…. Для замужества вы уже, сказать по правде, будете староваты. Я вышла замуж в семнадцать лет.