Амира Алексеевна – Дед Мороз в подарок, или У нас новый босс! (страница 7)

Сама себе налила в бокал шампанское, которого в бутылке оставалось совсем на донышке, и, с аппетитом уплетая то, что нашла на столе, принялась с любопытством разглядывать присутствующих. Некоторые танцевали, другие беседовали за бокалом. Слышался смех, удивленные оханья, шутливые восклицания. Наряды на женщинах, достойные престижного модного дефиле, были подобраны по принципу экстравагантности: вечерние платья и драгоценности, крупные и сверкающие. И когда только они успели так нарядиться и сделать прически?

Я опустила взгляд на свое строгое, черное классическое платье, длиной ниже колен, с длинными рукавами и с закрытой шеей. Не сказать, что я одета плохо. Строгий, элегантный вид. Каблуки и украшения дополняли моему образу изысканность. Макияж и прическу я сделала еще утром, они, конечно, нуждались в небольшой поправке, но не так уж критично, терпимо.

Потом перевела взгляд на Илону, девушка то и дело кружит возле шефа и его заместителя Виктора. Стоит признать, вкус у нее хороший. Гармоничное сочетание в одном ее образе: вечернего платья, сексуального красного, аксессуара, прически и косметики. И все это подобрано с учетом ее личных особенностей фигуры, лица, цвета кожи и волос.

– Валерия Андреевна, можно к вам присоединиться? – к моему столу подошла Ира, а вслед за ней Игорь, держа в руках неоткрытую бутылку шампанского.

– Конечно. – Улыбнулась им.

Ира села рядом со мной, Игорь расположился прямо напротив нас.

– Шампанского? – предложил мужчина, ожидая команды, чтобы открыть бутылку.

– Не откажусь. – Смотрю на свой пустой бокал.

– И мне. – Ира протянула ему свободный, чистый бокал. – Валерия Андреевна, а почему вы отказались танцевать с нашим новым заместителем?

Меня смутило, с каким хитрым лицом она это спросила. Неужели теперь хочет сватать и его ко мне?

– Я устала. – Объясняю коротко.

– Прошу. – Игорь галантно протягивает нам с Ирой по бокалу шипучего напитка.

Ира отпила шампанского и обратилась ко мне:

– Валерия Андреевна, признайтесь честно, наш новый шеф хоть немного вам нравится? Признайте, он же настоящий секс символ!

Игорь фыркнул, выражая, таким образом, свое несогласие. А я заметила, что этот самый секс символ направляется прямо к нам.

Я приложила палец к губам, призывая ее замолчать.

– Нет, я уверена, вы просто притворяетесь, делая вид, что он вам не нравится. – Продолжила Ира, как ни в чем не бывало, не обращая внимания на мои жесты. – Вы с ним просто идеальная пара…

– Тише ты! – шикнула я.

Ира замолчала, только когда шеф поравнялся с нашим столом и обратился ко мне:

– Валерия Андреевна, не откажите мне в танце.

Он произнес это с таким тоном, будто выносит смертный приговор в суде. Ему бы пару уроков, как вести себя с женщинами.

Интересно, танцевать Дмитрий Владимирович так же собирается?

– Простите, но я не танцую. – Отказываюсь без раздумий.

Ира смотрит на меня с широко раскрытыми глазами.

– Если вы не поняли, это не просьба. – Тем же холодным тоном произносит шеф.

– Снова приказ? – смело смотрю ему в глаза и понимаю, этот мужчина не отступит, пока не добьется своего. – Хорошо. – На радость Иры соглашаюсь нехотя, и поднимаюсь из-за стола.

Я только сделала пару шагов к центру зала, как вдруг шеф схватил меня за руку и в своей грубой, уже привычной для меня манере повел в сторону, подальше от других танцующих, туда, где было больше свободного места и меньше всего попадало света.

Ди-джей только сейчас переключил композицию, поставил медленную, и я поняла, что шеф все спланировал заранее.

Остановившись практически в самом углу зала, он одной рукой обнял меня за талию, другой продолжать держать за руку. Я нерешительно, без всякого желания дотронулась до его плеча, и мы тотчас поплыли в танце.

Признаться, Дмитрий Владимирович прекрасный танцор: так умело и легко вел меня в вальсе, что мне особо ничего не приходилось делать, только подчиняться. Все, чего боялась я, это наступить ему на ногу. Так как по сравнению с ним, мои способности вальсировать равняются к нулю. Первый и последний раз я танцевала вальс в школьные годы, в выпускном балу, это было больше десяти лет назад.

– Валерия Андреевна, – неожиданно шеф перестает вальсировать, и мы просто плавно начинаем кружиться, как все остальные танцующие.

Я поняла, что он хочет о чем-то поговорить.

Я сглотнула и нахмурилась.

– Я понимаю, ваши чувства и ваше нежелание подчиняться новому руководству. – И тут он наклонился ко мне. Взялся за прядь моих волос, и его дыхание проникло в самое ухо, когда он прошептал:

– Вы борец, и мне это нравится.

Дыхание прервалось, ноги задрожали.

Он был так близок, что я чувствовала не только аромат его парфюма с нотками морского бриза, лимона и, кажется, базилика, но запах его кожи. Эта близость подействовала для меня сокрушительно, до потери самообладания. Остатки решимости испарились в тот же миг.

Я продолжаю молчать.

Голова слегка кружилась. Подозреваю, дело было не в танце.

– Взгляните на них. – Приказным тоном шеф велел посмотреть на присутствующих в зале сотрудников нашей компании, при этом продолжая кружить меня в танце. – Что вы чувствуете, глядя на тех, с кем вы проработали уже целых восемь лет?

Кажется, шеф успел пройтись по моему личному делу и узнать мой стаж работы.

Я поднимаю взгляд на своих коллег: кто-то сидел за столом, с уставшим лицом после тяжелой рабочей смены, кто-то веселился под звон бокалов, несколько парочек кружились в танце, кто-то и вовсе уже собирался домой, опрокидывая рюмочку на посошок, – все они даже не подозревают о том, что за ними прямо сейчас наблюдает наш шеф.

– Они для меня, как большая, дружная семья. – Отвечаю на вопрос шефа, после непродолжительного молчания.

– А они относятся к вам с такой же любовью и заботой?

– В этом можете даже не сомневаться. – Ответила я, растянув губы в фальшивой улыбке.

Я почувствовала, как дрогнула его рука на моей талии.

– Вы ведь понимаете, что вся ответственность теперь лежит только на вас.

– Я вас не понимаю? – остановилась и посмотрела ему прямо в глаза.

С тяжестью в груди я ждала, что скажет этот человек.

Мне сделалось дурно. Я старалась дышать как можно тише, словно боялась, что он услышит мое учащенное, тяжелое дыхание, и поймет, как сильно я волнуюсь.

– Только от вас зависит, будут они дальше продолжать работать в компании или нет. Если вы не справитесь своей задачей – я закрою завод в первый же день нового года. – Уголки его губ изогнулись в улыбке, и он добавил: – Решайте, Валерия Андреевна. У вас времени не так много. Ровно месяц.

Его слова заставили меня нервно сглотнуть. Шеф намеренно продолжил убивать меня своими резкими высказываниями и пронзительным взглядом, внушая страх:

– Можете прямо сейчас сказать мне, что сдаетесь, и не станете продолжать бороться за компанию, которая, по всей видимости, уже предрешена на провал.

Я замерла, похолодев. Его слова эхом отдавались в голове, как заевшая пластинка. Сказать честно, я запаниковала, и моя прежняя уверенность в победе улетучилась моментально.

В зале раздались аплодисменты, положившие конец нашей беседе. Оказывается, все эти аплодисменты были направлены нам с шефом. Все взгляды были устремлены именно на нас.

Даже не стану сейчас размышлять о том, что могли подумать все присутствующие в зале сотрудники нашей компании. Только не служебный роман.

– Я докажу вам, что вы не правы. – Произнесла я, повысив тон, когда шеф убрал руку с моей талии, и собрался было уже уйти. – Вам не удастся закрыть завод.

Сердце колотилось так сильно, что его наверняка было слышно за километры.

– Не будьте так самоуверенны. Я не из тех, кто проигрывает, тем более какой-то девчонке.

С этими словами он удалился, оставив меня переваривать его наглость.

Грубиян. Самовлюбленный, самоуверенный индюк. Чтоб его!

Глава 5

Возвращаюсь к своему столу, готовая вот-вот взорваться от злости.

– Вы так классно смотрелись. – Встретила меня Ира с восторженными возгласами, и ее глаза горели любопытством.

Наверняка хочет выпытать подробности: о чем говорили, какой он в танце и тому подобное.