Амина Маркова – Точки притяжения (страница 17)

– Привет… – растерянно ответила Кира, стянув наушники на шею: она не ожидала, что Майя будет так рада её видеть.

– Какая встреча. Ты живёшь где-то тут? А, нет, ты же говорила…

– Приехала погулять.

– Ясно. А я тут… – она устало махнула рукой на скейт-площадку, давая жесту завершить предложение. – А можно с тобой?

Кира не ожидала такого поворота.

– Конечно.

Майя обернулась туда, откуда пришла, как будто беспокоясь, что кому-то могло не понравиться её отсутствие.

Хотя Кира и была сегодня слегка подавленной из-за невольно оживившихся воспоминаний трёхнедельной давности – об ударе фрисби по затылку и последующей буффонадой – её настроение выровнялось оживлённым любопытством: Майю можно было расспросить про её семью.

– У вас с Максом потрясающие волосы.

– Спасибо, мы знаем, – широко улыбнулась та. – Это от мамы. Лучше от мамы, чем от папы, да?

– Часто у тебя спрашивают, где ты их красила или завивала? – развеселившись, спросила Кира.

– Часто, кстати, но у меня всегда есть ответ: говорю мамин салон. Привлекаю клиентов.

– У вашей мамы есть салон? – удивилась Кира.

– Да, она основала. Сеть салонов.

– Ого…

– У Макса тоже иногда про волосы спрашивают, но так как они там с папой в одном здании, его чаще спрашивают, правда ли он его сын. У нас с папой хотя бы лица похожи, а этот в маму весь. Представляешь, иногда подходят и напрямую спрашивают, не приёмный ли он. Меня бы выбесило. Вообще, странный заход: если бы я увидела непохожих отца и сына, я бы подумала, что они просто неродные – ну типа тот тому отчим. Нет: особенно изобретательные сворачивают на приёмность. Менее изобретательные так и спрашивают, родной ли он. Меня бы точно выбесило: не твоё дело, как бы.

– А он как, нормально реагирует? – сипло спросила Кира, удерживаясь, чтобы не сощуриться от вины.

– Да, он у нас необидчивый, – небрежно ответила Майя. – А вы общаетесь, да?

– Насколько можно общаться в офисе.

– М. Нам с тобой тоже надо больше общаться.

Кира была не против общения, но почему «надо»? Она ничего не сказала, надеясь, что вопрос и так висел в воздухе.

– Когда твой папа… – Майя прервалась, не зная, какими словами закончить фразу, чтобы не звучать бесчувственно, – когда он…

– Я поняла, – тактично сказала Кира.

– Ага… Папа вообще был безутешен. Никогда его таким не видели; неделями отойти не мог. А потом вдруг про тебя вспомнил и как будто просветлел. Мне кажется, он воспринимает тебя… как… продолжение своего друга? Как-то так. Может, я как-то неправильно выражаюсь. Короче, благодаря тебе он с депрессией хоть как-то справился.

– Но я ничего не делала.

– Я знаю. Ты согласилась приехать сюда – этого достаточно. И ещё он хочет, чтобы ты от нас не отдалялась. Сам, правда, ничего не делает, но он у нас такой – стесняшка. На работе акула, конечно, но это другое. Всё говорит, боится навязываться к тебе. Думает, что ты умрёшь от скуки, как только он рот откроет. Типа он слишком старый.

– Правда?..

– Ага. Помню, когда ты только пришла, он звонит мне и такой «прикинь, они с Максом гулять пошли», – она изобразила восторженные интонации отца.

– Я бы не назвала это прогулкой. Просто по пути было.

– М. Ну, короче, счастливый был выше крыши.

– Понятно… – вздохнула Кира.

Её уязвило, что Марк безосновательно решил, будто она воспримет его попытки к неформальному диалогу словно заносчивый подросток, считавший всех людей старше двадцати лет непоправимо старыми и достойными насмешки.

– О! Смотри, какие люди, – Майя показала на параллельную дорогу: по ней гулял Амир под руку с девушкой. – Он уже знакомил тебя с ней?

– Нет.

– А, ну тогда он сейчас тебя увидит и сквозь все преграды полетит оплошность исправлять, – бодро сказала она.

У Майи зазвонил телефон, при взгляде на который у неё погасла улыбка.

– Блин. Мне пора идти. Пока!

Майя в быстром прощальном жесте махнула ей рукой и торопливо ушла обратно.

– Пока…

Позвонила Алиса, и они, встретившись, пошли в кафе на обед.

– Как прошло?.. – осторожно поинтересовалась Кира, когда они сели за столик и сделали заказ.

– Да как? Гуляли, разговаривали… Ты, кстати, права, лицом к лицу всё совсем не так, – вздохнула Алиса. – Много про друга своего рассказывал.

– А. У которого… как он тогда сказал? «Нет проблем с девушками»?

– Ну типа. Лучшие друзья, оказывается.

– Как они вообще сошлись? – недоверчиво спросила Кира: судя по нарисованным в её голове портретам, Алекс и его друг были полными противоположностями.

– Говорит, всю жизнь жили на одном этаже.

– А…

Кире на ум пришли её стародавние рассуждения про уровни одиночества, в которых лучший друг или подруга, выросшие по соседству, прибавляли к шкале не-одиночества свои баллы – бо́льшие, чем у собаки, но меньшие, чем у брата или сестры. У неё всегда был зияющий ноль.

– А про меня ты рассказываешь?

– Конечно. Я знаю, к чему ты клонишь. Подруга Кира из моих рассказов и королева Анна из парка для него разные люди.

Кира убрала только что появившуюся улыбку и спросила:

– Подожди, а про Анну ты что рассказываешь?

– Ничего, – хмыкнула Алиса.

Она ненадолго замолчала, задумчиво отвернувшись к окну.

– Он предложил мне встречаться, – потерянно сказала Алиса.

Официант принёс приборы и салфетки.

– И?.. – спросила Кира, когда он ушёл.

– Он знает, что я живу не здесь. Он не против нечастых встреч. Договорились даже не переписываться в перерывах, чтобы было о чём поговорить потом. Я же могу ночевать у тебя, когда буду наезжать?

– Что за вопросы?

– Спасибо.

– То есть ты согласилась?

– Угу… Это меня к чему-то обязывает? – беспокоилась Алиса.

– Что ты имеешь в виду?

– Нам… обязательно целоваться в следующий раз?

– А. Конечно ни к чему не обязывает. Если ты чего-то не хочешь, так и говори.