Амина Асхадова – Не возвращайся (страница 2)
– Как мать, значит?
– Именно. Пойми меня, Адель.
Я оборачиваюсь, поднимая билет выше.
– Не волнуйся, я взяла билет через две недели для страховки. Пойдем уже в машину.
Листайте на следующую главу —>
Глава 2
– Не волнуйся, я взяла билет через две недели для страховки. Пойдем уже в машину.
Холод сразу цепляется за кожу. Я плотнее запахиваю пальто и поднимаю воротник. Воздух другой. Запах другой. Даже шум города звучит иначе.
И все это – до боли знакомо.
Ева догоняет меня, чуть ускоряя шаг.
– Я очень рада, что ты ответила мне и все же прилетела.
– А он… рад не будет, – перебиваю я, не глядя на нее.
– Столько лет прошло. Он… изменился.
Я усмехаюсь – коротко и без радости.
– Конечно. Стал лучше, добрее, мягче. Начал кормить бездомных котиков и спасать старушек.
– Адель…
– Он убьет меня. Сразу, как только я объявлюсь в пределах его видимости.
Я наконец смотрю на нее.
– Ты это понимаешь или нет?!
– Не убьет, – мягко отвечает Ева. – Мужчины с фамилией Шах скорее застрелятся, чем убьют ту, что любят.
Я смеюсь в голос, распугивая прохожих.
– О какой любви ты говоришь?!
– О его безумной любви, – тихо говорит она. – И я также знаю, что ты единственная, кто может на него повлиять.
Я медленно качаю головой.
– Ты переоцениваешь меня. И недооцениваешь его. Я вообще предпочитаю жить спокойно, знаешь ли…
– Интересное определение спокойствия – убегать на другой конец Европы, не так ли?
Я резко оборачиваюсь, а Ева, встретив мой колючий взгляд, жалобно выдыхает:
– Адель… Ты обещала, что попробуешь. Что вернешься.
– Я прилетела не потому, что ты меня попросила. И не потому, что кто-то там решил, что я должна что-то исправить.
Я делаю глубокий вдох.
– Я прилетела, потому что сама так решила, – продолжаю я уже тише. – Потому что устала думать, что было бы, если бы я тогда не улетела.
Мы молча идем в сторону парковки. Ветер цепляется за волосы, путает их, и я раздраженно заправляю прядь за ухо, таща за собой чемодан.
Спустя несколько минут я все же решаюсь задать вопрос:
– Каким он стал?
– Он все еще… – Ева запинается, подбирая слово, – не отпустил.
– Очень сомневаюсь…
– Адель, пять лет – это достаточно, чтобы забыть обиды. Пожалуйста… ты нужна ему и нам.
Я поднимаю бровь.
– Вам?
– Адель, он приходил ко мне и угрожал.
Ева останавливается и делает шаг ближе.
– Угрожал нам, – добавляет она. – Моей семье. Моим детям. Мурад убьет моего мужа за то, что его отец выбрал в качестве преемника Камаля, а не своего родного сына. И он не пощадит никого, это лишь вопрос времени.
– Что ты имеешь в виду? – не понимаю я.
– Когда Эмина не станет, у Мурада будут развязаны руки. Прольется много крови, и остановить его безумие можешь только ты. И твое прощение.
Я молчу. Потом отвожу взгляд в сторону, следя за тем, как машина медленно выезжает с парковки, до которой мы так и не дошли.
– Иногда я даже думаю, что он стал похож на Камаля в те времена, когда мы только познакомились, – добавляет Ева. – Та же черная дыра в груди…
– После свадьбы, на которой я опозорила его, прошло пять лет, Ева, – говорю я наконец. – Все, что было между мной и Мурадом, закончилось очень плохо. По моей вине. Ты правда думаешь, что ему нужно мое чертово прощение?
– Дело ведь не только в прощении.
Ева делает шаг ближе.
– Ты думаешь, хоть одной женщине в этой семье было легко? Диана… я… даже твоя драгоценная подруга Ясмин… – она качает головой. – У каждой из нас своя история.
Я качаю головой:
– Ты не проходила через то, через что прошла я.
– Проходила. И, возможно, даже больше.
– Больше? – я иронично кривлю губами. – Камаль самый предсказуемый и стабильный член династии. Не зря Эмин Шах отписал ему все наследство, минуя своих сыновей. И Мурада в том числе.
Ева тихо усмехается, но в этой усмешке нет веселья.
– Сейчас он стабильный. Но я прошла с ним такую черную любовь, от которой хотелось сбежать на другой конец мира.
– И ты сбежала?
Ева подмигивает:
– Не буду спойлерить. Узнаешь позже.
Я медленно выдыхаю и первая отвожу взгляд.
– Поэтому ты должна хотя бы попробовать.
– Ладно, – говорю я, поднимая чемодан. – Поехали, куда ты там меня повезешь…
– Так… ты останешься?
Я усмехаюсь.
– Не спеши радоваться.