Амелия Шпилцпберг – Полукровка: Падшие Ангелы (страница 12)

Медленно открывая глаза, Локи почувствовал, как его веки страшно отяжелели. Он с трудом мог дышать, смотреть и даже слушать. Казалось, все вокруг еще было сном, уводящим в пустоту. Однако чувство чужого сердца рядом со своим разбудило юношу до конца. Его рука осторожно сжала плечо Сильвии, пытаясь разбудить ее. Она всегда спала чутко и от одного шороха могла сразу подскочить, но не в этот раз. Решив не торопиться, Локи вновь разжег костер, и его взгляд был прикован к синему пламени. В то же время немного подсохшие губы продолжали покрывать поцелуями лицо Сильвии. Ее кожа была нежна и тепла, а где-то в груди билось горячее сердце. Однако она так и не шелохнулась, даже от самых настойчивых касаний. Локи хлопал ее по щекам, потряхивал, а впав в отчаяние, даже пытался обжечь. Но все его старания оказались напрасны. Души Сильвии больше не было рядом с ним, что-то держало ее далеко во снах и не отпускало.

– Будь все проклято… Что это? – вдруг посреди тьмы Локи услышал воркование. Его ругань мигом стихла. Эта мелодичная песнь столько раз выручала его, что он не робел. Взяв из костра немного огня, Локи последний раз посмотрел на девушку и зашагал прочь. Ему было боязно оставлять ее одну. Но куда страшнее отдать ее смерти, что ждала за пеленой крепкого сна.

На своем пути Локи не встретил ничего живого. Ни птиц, ни любых других существ. Он был один. Только где-то издалека раздавалось тихое воркование, а огонь в руке танцевал ему в такт.

– Черт! – резко земля ушла из-под ног, и юноша полетел вниз. Буквально через пару секунд он ударился о землю и покатился по ней. Огонь потух. Его крики были единственным звуком, наполняющим бездну, ведь даже воркование пропало. Схватившись за какой-то выступ, Локи только зря расцарапал себе руки. Он с бешеной скоростью продолжал катиться по подземным туннелям. Его рубашка вся покрылась грязью, рукава были изодраны, а свежие раны кровоточили. Эта долгая скользящая дорога продолжалась еще несколько минут. Голова кружилась, однако хоть какой-то контроль Локи себе вернул. Теперь, где только касались его ноги, появлялся лед. Скользить по нему было приятно, и под конец холодная дорожка вывела его на пустырь. Там юноша не мог нащупать ни скалы, ни стены. Он словно оказался посреди пустого поля, которое вновь наполняло мелодичное воркование.

– Не думал, что вы любите такие места, – голос Локи был тихим и четким, пока его ноги осторожно ступали по сырой земле, – однако оно вам к лицу.

Слыша, как в ответ воркование становится все благороднее, юноша улыбался и умолял глазами. Его сердце беспокойно стучало в груди, пока с Сильвией, лежавшей где-то далеко, могло случится что угодно. Она была одна. Синее пламя в костре, конечно, защищало ее от угроз, но только наяву. А самые страшные опасности ждали ее в глубоком сне, в котором девушку заперло то место.

Прищурившись, Локи заметил во тьме огромное существо. Рядом с ним воркование становилось совсем громким. Его крылья подрагивали и что-то прятали под собой, защищая.

– Я не причиню вам вреда. – Чуть склонившись перед существом, юноша прислушался. Воркование стало громче и четче. Существо будто хотело, чтоб его поняли. «Любую песнь можно прочесть. Однако…» – нервно дыша, Локи кусал губы и пытался собраться с мыслями. Нельзя было медлить. Душа Сильвии в любой момент могла расколоться на кусочки. Но существо явно хотело сказать ему что-то важное. И, казалось, это было связано с поручением Вселенского Суда, ведь больше его язык ничто не связывало.

– У меня мало времени… – сказал Локи голосом, полным отчаяния, но все равно опустился на колени. Теперь, когда ничто не мешало ему слушать, песнь существа оказалась очень простой. Видимо, в том и был смысл воркования – его понимали даже те, кто не знал языка. Главное – уметь слушать. Тоны воркования сменяли друг друга, ноты становились то ниже, то выше. Каждая перемена открывала Локи очередную дверь в историю Вездесущих. Кто мог знать, что этими воркующими существами окажутся они. Настоящая правящая династия Святой Лагуны и Мертвой Гавани. Гонимая и униженная… По сравнению с ней династия Бесчестия, как называли в ЦУИ Элдриджей, была лишь пылинкой. Ее жалкая попытка завладеть первозданными силами привела к неумолимым последствиям. Вездесущим пришлось бежать. И свое место они нашли там, в бездне, где свет являлся страшной отравой. Не знающие этого путешественники и ученые спускались туда и уничтожали все живое, включая себя. Но огромные крылья Вездесущих стали спасением для любых существ. Они закрывали их и не давали даже одному лучу коснуться чего-то живого.

– Глупец, – тяжело дыша, Локи поднялся с колен и стал оглядываться. Пламя, что он оставил защищать Сильвию, убивало ее! «Боги, я должен вернуться!» – подумал он и содрогнулся от резкого взмаха чужого крыла. Взгляд Локи, уже привыкший к темноте, скользнул ниже. На сырой земле лежала девочка. Ее волосы были растрепаны, а глаза плотно закрыты. Юноша не мог слышать ее дыхание и осторожно сделал шаг вперед. Вездесущий не был против, и Локи смог присесть рядом, рассматривая девочку.

– Я должен идти, – шептал он в отчаянии и знал, что его не отпустят, пока Вездесущий не будет доволен. Пальцы юноши смахнули волосы с лица девочки, и его пробила страшная дрожь. Тошнота подступила к горлу, однако он не мог отвести взгляд. Ребенок из Святой Лагуны. Встреча в Мертвой Гавани. Девочка и вправду оказалась полукровкой, а лучше бы не была. Видимо, мать родила ее и скрыла это. Причем не только от других. Но и от самой девочки. Именно поэтому та до последнего думала, что просто похожа на полукровку. Теперь же ее тело превратилось в оболочку. Не было ни магии, ни крови, ничего. Только остатки кожи и костей. «Как они нашли ее?» – спрашивал себя Локи, поднимаясь с земли. Он увидел достаточно, узнал много того, что им поможет в войне. Однако теперь пора было заняться спасением той, кто вела ее уже много лет. От ног юноши по сырой земле вечный лед бежал далеко в темноту.

– Найди и потуши мое пламя, – приказал ему Локи, идя по холодной дорожке и осматриваясь. С его возвращения прошло много дней. Их с Сильвией вечно окружали опасности. Вселенский суд беспокоил Локи больше всего, ведь Принцесса Полукровок оставалась недосягаемой. А с теми, кто не исполнил приказ, случалось одно. Превращение в оболочку. О Realta Spaziale и его флаконе Вездесущий тоже ничего не сказал. Все самое важное оставалось будто за закрытыми дверями.

Остановившись, Локи почувствовал, как что-то пронзило его. На мгновение темнота перед глазами исчезла. Появились свет и.. странные лица. Схватившись за грудь, юноша сжал зубы и вновь увидел темноту. Его потряхивало. Каждый шаг давался с особым трудом. Вместо роя мыслей его голову теперь наполняли страшные крики. Кто-то надрывался. Однако рядом Локи никого не чувствовал. Он не мог учуять даже аромата крови. Хотя уже через секунду, когда вместо темноты перед ним появился целый мир, все было пропитано плотью. Белые дома окропил красный. Свет солнца обжигал, пока даже водная гладь начала гореть. Носясь по ней, словно звери, страшные люди метали мечи, пили кровь и питались магией. Перед ними всякая полукровка падала на колени. И даже чистые жители не избежали смерти. Охотники на Полукровок уничтожали всех без разбору, мстя Святой Лагуне за ее выбор.

– Не открывать портал! Если мы падем, эти звери уйдут вместе с нами. – Пылая от гнева, Майкл Иверсен метался по улицам и без жалости раскидывал охотников на полукровок. На его темных векторах пульсировали вены, а на кончиках уже виднелась кровь.

– Не думал, что ты на такое способен, Иверсен. Пожертвовать столькими людьми… – разослав подчиненных по Святой Лагуне, командир Майер прикрывал юноше спину. Но тот этому был не сильно рад.

– Следите за своим отродьем, Майер. – Среди моря крови чистый и неуклюжий Сантана стоял и трясся, держа меч. Любое оружие в таких руках превратилось бы в угрозу.

– Проклятье… – кипя от злости, командир метнулся к нему, однако тут же что-то отбросило его в ближайшее здание. Огромное облако пыли поднялось с земли, люди не могли разглядеть даже своего носа. Пока среди всей этой грязи кто-то с мерзкой ухмылкой надвигался на Сантану.

– Не подходи! – тяжело дыша, он выставил меч и отчаянно сжал его в руках. Юноше не хотелось умирать таким молодым. Даже за проклятое ЦУИ, ради которого он заклеймил своих собратьев.

– Ну что ты, тише. Кажется, даже воробушек, которого я недавно поймал, не был таким боязливым. Но ты смелее его, правда? – сладкий, словно мед, голос раздавался у Сантаны прямо над ухом. – Верный пес ЦУИ. Я бы даже сказал… охотничий. Как же храбро и беспристрастно ты заклеймил полукровок, Боже! Мы бы подружились…

– И не надейся, – возникнув из ниоткуда, Майер занес меч над шеей охотника, но прошелся по воздуху. Голос исчез, а Сантана все еще чувствовал горячее дыхание над ухом.

– Командир...

– Я приказал тебя остаться! – схватив его за воротник, Майер сжал зубы, но уже через мгновение его лицо и одежда были в крови. Взгляд медленно опустился на торчащую из груди юноши стрелу, ее наконечник все еще дрожал.

– А я мог сделать это покрасивее. Ну ладно. – Вновь возникнув за спиной Сантаны, хозяин мерзкого голоса даже не посмотрел на убийцу. Магия юноши текла по его венам, доставляя сказочное удовольствие. Тело начинало подрагивать. Каждый новый прилив сводил мужчину с ума, пока он смотрел в небо из-под прикрытых век. От его редкого тихого смеха даже другой охотник, убийца Сантаны, поеживался.