Амелия Ламберте – Ночь пламени (страница 58)

– Поэтому ты и просил о встрече с магистром Калероном? – тихо сказал Генри.

Я кивнул.

– Из всех преподавателей он был ко мне наиболее благосклонен. И лоялен – во всех смыслах. Если кто и сможет уговорить архимага на встречу с королем, то это он. К тому же Академия плотно сотрудничает с Гильдией магов.

– А венчает ее архимаг, – пробормотал Генри. – Ну и история, Дэн…

– Сам не рад. А так все неплохо начиналось, – угрюмо заметил я. – Спасибо, что помог. Даже если ничего не получится, я хотя бы попытался… – Я тяжело вздохнул. – Ладно, давай ложиться спать.

Генри отправился к себе. Я лег в гостиной, но спать не собирался и прислушивался к каждому шороху. Енот пристроился рядом со мной и свернулся в клубочек. Я не знаю, сколько прошло времени, только меня самого начало клонить в сон. Я одернул себя и прислушался. В доме было тихо. Генри наверняка уже уснул. Значит, можно уходить.

Осторожно встав с кровати, я прошел на кухню, чтобы взять хоть что-нибудь с собой в дорогу, затем вернулся и, подхватив на руки енота, тихо покинул дом. Жаль, что я не узнаю из первых уст, чем закончатся переговоры архимага и короля. На всякий случай я снял с себя пропуск в Магический город, чтобы меня по нему не отследили.

В отличие от столицы и северной части Артении, здесь даже ночью было тепло. Я устремился прочь от города, в тот самый лес, откуда вышел. Только теперь мне предстояло пробираться через него к столице, расположенной намного севернее.

Путь обещал быть очень долгим. Надеюсь, будет не слишком поздно. Я лишь примерно знал, куда идти, и двинулся в том направлении. Я больше не останавливался и не просил лешего помочь. Он не путал дороги – и на том спасибо.

Как ни странно, днем сонливость прошла. Я шел в странном состоянии полудремы, изредка останавливаясь и поглядывая на кусты ягод: не ядовиты ли? На дороге мне попались и те, которые собирала Лимирей по пути к замку Картак. Эти точно можно было есть.

Первый привал я сделал около полудня. Поделился с енотом едой и понял, что не могу идти дальше. Усталость и бессонная ночь взяли свое.

Выбрав относительно безопасное место и укрывшись со всех сторон корнями, чтобы никто из диких зверей до меня не добрался, я устроился поудобнее и мгновенно уснул.

Не знаю, сколько времени я спал, но проснулся от того, что сверху на меня что-то текло. Над лесом шел проливной дождь. Енот мирно спал рядом. Небольшая сумка была открыта. Хлеб частично погрызен, а собранные ягоды раскиданы вокруг.

– Ах ты маленький разбойник, – пробормотал я, окончательно проснувшись.

Выпив дождевой воды и перекусив хлебом с ягодами, я стал дожидаться, когда закончится ливень. Идти под дождем не слишком хотелось.

Ливень закончился только под вечер. Из-за туч вышло солнце, играя россыпью разноцветных искр на каждой капле. Между просветами деревьев была видна радуга.

– Сам пойдешь или на моем плече поедешь? – обратился я к еноту.

Будто поняв меня, он обхватил лапками мою штанину и попытался забраться мне на плечо. Я не стал мучить животное и посадил его сам. Мы шли, пока это было возможно. Я не знал, обитают ли здесь хищные звери. Мне на глаза попались только следы оленей и еще каких-то копытных. Я остановился лишь тогда, когда совсем стемнело. Выбирать место для ночлега нам с енотом пришлось в кромешной темноте, потому что свет луны нас просто не достигал.

С рассветом мы продолжили путь.

Не знаю, как будет искать меня Лимирей, но очень надеюсь, что мы встретимся.

Так прошло несколько дней. Я полностью перешел на лесную диету, а время от времени обходился почти без еды. Чувство голода предпочитал не замечать: я совсем не охотник.

Лес начал меняться, а воздух стал заметно холоднее. Енот на привалах иногда оставлял меня одного и откуда-то приносил ягоды и орехи. Это было забавно и трогательно. Кажется, когда он подрастет, то прекрасно освоится в дикой природе. Интересно, Лимирей так же возилась со своими питомцами?

Лимирей… Где же ты? Моя последняя надежда на то, что еще не слишком поздно…

Шел шестой или седьмой день моего путешествия. Теперь время от времени мне на голову падали не только капли дождя, но и снежинки. Стало холоднее, но еще не было так холодно, как в самых северных городах, хотя я уже всерьез задумался о том, как буду выживать в лесу зимой без теплых вещей. Получалось, что никак. И еще неизвестно, от чего раньше я скончаюсь: от холода или от голода. Хоть в город сворачивай, чтобы стащить что-нибудь съестное…

Енот тоже заметил перемену климата и перебрался ко мне под рубашку. Что ж, так хотя бы теплее.

В один из дней пути я вдруг понял, что уже видел это место. Вот и следы мои. Странно. Опять леший путает?..

– Не серчай, хозяин леса, только мне играть в твои игры некогда, – произнес я, оглядываясь по сторонам.

Леший не отозвался. Возможно, потому что рядом был тракт, которого я старался держаться, чтобы не заплутать.

Сзади я услышал подозрительный шорох. Он был тихим, как будто зверь пробежал, но меня это насторожило.

– Да куда ты?.. – раздался чей-то ворчливый голос.

Я даже подпрыгнул. Человеческой речи я давно не слышал и уж точно ничего хорошего она для меня не предвещала.

Я метнулся в кусты и затаился за деревом. На поляну, где я стоял совсем недавно, кто-то выбежал.

Я осторожно выглянул из укрытия. Первое, что бросилось мне в глаза, – это алхимическая сумка на бедре. Человек был одет в теплый охотничий костюм и внимательно осматривался по сторонам. Фигура показалась мне смутно знакомой.

Снова раздался треск деревьев, и с той же стороны, откуда вышел алхимик, показался его спутник. Выглядел он, как настоящий щеголь – в алом плаще и с такими же алыми волосами…

– Телириен? – невольно вырвалось у меня.

Оба тут же обернулись. Капюшон алхимика упал, открыв иссиня-черные волосы и знакомое лицо с высокими скулами.

– Лимирей!

Я бросился к ней навстречу и тут же заключил в объятия. Как же я был рад ее видеть! Эмоции настолько захлестнули меня, что я расцеловал ее в обе щеки и снова прижал к себе. Я боялся, что она растает, как видение в тумане поутру.

Телириен кашлянул в ладонь, привлекая к себе внимание. А вот этот точно никогда не растает… И будет еще долго припоминать мне эту встречу, судя по его ехидному выражению.

– Молодец, что скрылся в лесу, – произнес Телириен. – Тебя по всей Артении ищут.

– Не новость, – ответил я и опять взглянул на Лимирей.

Румянец заливал ее щеки, а под глазами залегли темные круги. Выглядела она усталой. Я принюхался. В этот раз озоном от нее не пахло.

Лим обхватила мое лицо руками и долго всматривалась в него. Да, знаю, выглядел я сейчас лишь немногим лучше покойника.

Лимирей на этом не остановилась. Она приложила к моему лбу руку, проверив, не болен ли я, а потом решительно повела куда-то в лес. Телириен последовал за нами.

– Да все со мной нормально, – отмахнулся я. – Замерз только немного…

Она остановилась и сердито на меня взглянула.

– Куда ты меня тащишь? Нам срочно надо в столицу!

– Ты себя в отражении видел? – поинтересовался у меня Телириен, и я сердито на него оглянулся.

– Ты свалишься у меня со спины, едва я поднимусь в воздух, – ответил дракон с невозмутимым видом. – Это во-первых. Во-вторых, тебе не удастся пройти в столицу незамеченным. В-третьих, идти, не зная куда и зачем, – не наши с Лимирей методы. Так что пока она будет тебя выхаживать и заставит отоспаться и согреться, ты нам все расскажешь, и мы вместе решим, что делать дальше.

– Зачем меня выхаживать?

Лимирей и Телириен переглянулись.

– Он всегда был таким недалеким? – спросил у нее дракон. – Как его еще в полицию взяли…

Я прищурился и окинул Телириена недобрым взглядом: «Ну-ну, чешуйчатый, я это тебе еще припомню!»

Вскоре Лимирей нашла сухое место и отправилась куда-то в лес, скинув рюкзак и алхимическую сумку. Мы с драконом остались наедине. Я только сейчас понял, что колотит меня отнюдь не от холода, а от озноба. Неужели я умудрился заболеть, пока пробирался по лесам?

Под рубашкой у меня завозился енот. Я выпустил его, и зверек тут же замер, рассматривая Телириена. Дракон, в свою очередь, разглядывал енота.

Лимирей отсутствовала долго. Вернулась она с огромной охапкой хвороста, притащив еще убитого оленя. Телириен помог развести огонь, а Лимирей поставила греться котелок с водой. Она достала из сумки небольшую книгу и быстро пролистала ее в поисках нужного рецепта. Я подобрался поближе и взглянул на его название. Оказалось, она собиралась готовить противовоспалительное снадобье.

Пока Лимирей работала над зельем и разделывала оленя, мы не разговаривали. Телириен немного помогал ей, а я был не в состоянии даже подняться. Как только опустились сумерки, мне стало хуже.

Лимирей накинула на меня свою охотничью куртку и напоила снадобьем. Однако от него не полегчало. Мне устроили лежанку под деревом, укрыли со всех сторон, и я сам не заметил, как уснул. Я очень хотел рассказать, что мне удалось узнать, но не мог. Сил не было ни на что.

Проснулся я днем. Меня уже не колотило, но голова еще болела. В горле встал какой-то нездоровый ком. Я попытался что-то сказать, но вместо слов вырывался только хрип. Ветки тут же раздвинулись, и я увидел перед собой Лимирей. Она начала стаскивать с меня теплые вещи и помогла сесть под деревом. Потом она поднесла к моему рту воды, я сделал несколько жадных глотков и наконец смог прокашляться и заговорить. Сам удивился, как сипло и хрипло звучал мой голос.