Амелия Ламберте – Дети подземелий (страница 12)

– Мы с Лимирей донесем, – успокоил его Телириен. Я задумчиво взглянул на Лимирей. Она ободряюще улыбнулась и кивнула, мол, идите. Я только сейчас заметил, что стрелка на башенных чашах медленно подбирается к отметке семь.

– Как вы тут во времени ориентируетесь? – спросил я. – Сплошная темень.

– Нам не нужно солнце, у нас есть часы, – ответила Мэри. – Половина гномов живет в первую половину с семи до семи, а вторая – в другую. В связи с этим все города разделили на правый и левый квартал: первый работает одни двенадцать часов, второй – другие. Бабушка рассказывала, что раньше все жили вразнобой, и это было жутко неудобно.

– Как интересно вы живете, – пробормотал я, не переставляя удивляться, насколько же продуманно живет этот народ.

Мэри провела нас в сеть пещер со множеством окон и остановилась. Изобилие кристаллов давало много света. Я с удивлением разглядел доску объявлений. Чего там только не было вывешено! Каждый из торговцев уверял, что именно у него самые выгодные цены, кто-то писал, что такого товара, как у него, никто нигде не найдет, кто-то просил о помощи и обещал за это заплатить, кто-то, наоборот, предоставлял свои услуги… что здесь искала Мэри?

– Вот! – наконец, вычленила она из вороха прикрепленных бумаг одну. – Дани́лион Энте́! «Предоставляю услуги проводника. Обращаться только по делу. Экскурсий не устраиваю. Гарантирую, что живыми доберетесь до любого города», – прочитала Мэри.

– Звучит обнадеживающе, – иронично произнесла Аннабель.

– Вам нужен проводник или нет? – сурово спросила Мэри, сдвинув светлые брови. Аннабель подняла руки вверх, признавая свое поражение.

– А где нам его искать? – уточнил Ричард и заглянул через плечо Мэри в записку. – Ага. Второй ярус, третья развилка, дом пятый, – задумчиво протянул он.

Нам эта информация ни о чем не сказала, а вот для Мэри была ценной.

Мы поднялись по лестнице на второй этаж, открыли дверь с площадки и оказались в длинном коридоре. Я удивленно моргнул. Теперь ясно, что значит: «третья развилка, дом пять». По обе стороны широкого коридора тянулись каменные дома, тесно прижатые друг к другу. От центрального коридора расходилось множество перекрестков. Мы дошли до третьего и стали по номерам искать пятый дом.

Гномы не спали. Из одного дома слышались громкие крики, из другого доносился плач ребенка, в окнах третьего горел свет кристаллов, с кухни четвертого доносились ароматы выпечки – словом, жизнь кипела в подземном городе. Вскоре мы нашли пятый дом на третьей развилке. Мэри постучалась в дверь. Я присмотрелся и заметил, что в окнах небольшого домика темно. Гномку это не остановило, и она постучала еще раз, на этот раз дольше и настойчивее. За дверью послышались шаркающие шаги и ворчливый голос:

– Вы время видели?! Чтоб вас лешие забрали, проклятые!

Открыл дверь пожилой гном с повязкой на левом глазу. Лицо мелкой сеткой испещряли морщины и шрамы. Седую бороду гном заплел в несколько кос. Ростом он оказался ниже Мэри и выглядел бы действительно грозно, если бы не мягкий халат и домашние тапочки.

– Доброго времени, – заговорил Ричард. – Простите, что беспокоим в столь поздний для вас час, но нам нужен проводник. Наш путь лежит в столицу.

Данилион хотел что-то ответить, но его опередил ворчливый голос:

– Потянуло же в проводники! А хозяйство на кого оставишь? Опять все продукты переведешь! А мне куда?! Снова в спячку?!

Гном поморщился, а меня снова кольнуло чувство вины. Заботу домового я узнал безошибочно. Но Данилион не обратил на своего компаньона никакого внимания, отмахнувшись словно от назойливой мухи.

– Давненько к нам не захаживали люди, – произнес гном. – Сколько вас?

– Пятеро, – ответила Аннабель.

– Драться умеете?

– Не все, – угрюмо ответил я. – Но с магией земли вроде еще в ладах. И с нами в пути будет алхимик.

– Всем необходимым для выживания в подземельях мы обзавелись, – добавила Аннабель, чем заслужила уважительный взгляд Данилиона. Он с подозрением взглянул на Мэри, но промолчал.

– Тогда вот как договоримся: завтра в другие семь часов я буду ждать вас около входа в жилые кварталы. Посмотрю, что вы приобрели, и обговорим цену за услугу.

Нас такой расклад вполне устроил. Довольные, мы отправились на выход. Около арки перед жилыми кварталами Мэри ненадолго задержала нас.

– Ну что ж, я помогла всем, чем смогла, дальше сами. Ваша тайна дальше меня никуда не уйдет, – понизила голос гномка. – Удачи и легкого пути! – подмигнула она.

– И тебе, – пробормотал я вслед удаляющейся гномке. С досадой отметил, что проследить за ней некому – Телириен ушел в таверну с Лимирей. Мэри скрылась в жилом квартале, махнув нам напоследок рукой.

– Пора и нам возвращаться, – негромко произнес я.

– Жаль, что до столицы гномов долго добираться, – с досадой произнесла Аннабель. – Порталы бы решили столько проблем!

Мы тяжело вздохнули. Порталы… недоступная ныне роскошь – ни здесь, ни теперь в Артении из-за магии лесных эльфов. Ричард и вовсе помрачнел. Из нас всех ему приходилось тяжелее всего. Каково это, быть королем и знать, что ничего не можешь сделать для родной страны?

– Нам остается только идти вперед, – нейтральным тоном проговорил Ричард. – Мы уже зашли слишком далеко, чтобы возвращаться.

Мы с Аннабель переглянулись и молча двинулись в сторону таверны.

Обратный путь занял немного времени. За самым дальним столиком нас с мрачным видом ждал Телириен. Около него стояла полупустая бутылка с элем. Завидев нас, дракон поднялся навстречу и бросил завсегдатаям:

– Можете допить.

Я настороженно взглянул на дракона.

– Иди и поговори с ней, – неожиданно жестко сказал он, сверкнув на меня желтыми глазами. – У меня уже сил нет читать тот бред, что она пишет. Особенно в таком состоянии.

Телириен отвернулся и забрал у Аннабель тяжелые сумки. Я озадаченным взглядом проводил дракона, удаляющегося наверх,.

– Иди, – тихо сказала Аннабель и подтолкнула меня в спину. – Не знаю, что между вами происходит, но, поверь моему опыту, лучше все выяснить сейчас, чем копить все в себе.

– Все было нормально, – удивленно ответил я и тем не менее наверх последовал. Телириен показал мне, где искать Лимирей. Она занимала самую дальнюю комнату. Я осторожно постучался и заглянул. Ответом мне стали тускло сверкнувшие в свете кристаллов глаза. Рядом с Лимирей на тумбочке стояла почти пустая бутылка и кружка. Мокрая прядь волос падала ей на лицо. По полу были разбросаны скомканные листы бумаги. Перо лежало на кровати. я никогда не видел подругу такой разбитой.

Я вошел в комнату, тихо прикрыл дверь. Лимирей отвернулась и провела рукой по щекам. Только сейчас я обратил внимание, что ее лицо розовее обычного. Я присел рядом с ней, рассматривал до тех пор, пока она не отвернулась.

– Рассказывай, что у тебя случилось, – сказал я, когда молчание слишком затянулось. Лимирей неопределенно повела плечами. – Нет, так дело не пойдет.

Я вручил ей перо и подобрал лист бумаги, протянув Лимирей. Она схватила его, перевернула и начала зачеркивать все то, что написала ранее. Почерк у нее был не очень ровный – сказывалось количество выпитого алкоголя.

«Я не могу в этих подземельях. Нахожусь словно в могиле. Но и в Артению мне пути нет. Есть ли вообще место, где я смогу жить нормально, не скрываясь»?

Я тяжело вздохнул. Я сам чувствовал примерно то же самое.

– Нам всем тяжело. Я тоже скучаю по Артении, но это не повод пить.

Лимирей склонилась над листом бумаги и принялась быстро писать. Плечи у нее чуть подрагивали. Закончив, она протянула его мне.

«Я ведь и тебе жизнь испортила. Зря оставила тебе свой кулон. Ты как-то сказал, что все больше становишься похожим на меня. Я сразу поняла, что из-за него. Это единственная вещь, которая осталась мне от родителей, их наследие. Поэтому я избавила тебя от него. Может, это он лишает тебя магии? Каким бы у тебя было будущее с ней!»

– Таким же, как у остальных магов – сидел бы взаперти в Магическом городе, – угрюмо отозвался я.

«Тебя бы не разыскивали», – совсем криво написала Лимирей: я смог понять ее почерк только со второго раза.

– История не терпит сослагательного наклонения, – заметил я. – Ты можешь долго рассуждать на тему «что было бы», но настоящего это не изменит.

«Мы могли тогда уехать вместе. А я так испугалась… я тогда впервые убила под жаждой крови. Представила, что на их месте мог случайно оказаться ты или Николас и… прости меня».

– Я простил, – тихо ответил я. – После того, как прочитал его дневник. А вот простила ли ты себя? Если честно, я даже не знаю, как повел бы себя на твоем месте. И давай договоримся: пусть прошлое остается в прошлом. Начнем все по-новому. Не как старые друзья, а как… – Я на мгновение запнулся, не зная, какие подобрать слова. Были только мысли, но озвучить их я не рискнул – хватило и того, что к щекам прилила кровь. – В общем, сделаем вид, будто ничего не было. Ты изменилась, я изменился, мир в Артении тоже изменился… последнее, конечно, самое печальное, но мы попробуем все вернуть на круги своя. За этим мы и здесь.

Я осторожно взял Лимирей за руку. Она ответила слабым пожатием и улыбнулась, стирая слезы. У меня защемило сердце. Сейчас она казалась такой беззащитной и хрупкой… я притянул Лимирей к себе и обнял за плечи. Она доверчиво ткнулась в плечо и судорожно всхлипнула, вцепившись в мою куртку.