Амелия Харт – Сквозь тернии к любви (страница 10)

Она вошла в дом, стараясь успокоить свое волнение. Она не понимала, почему ее так беспокоит приезд Максима. Он был просто друг семьи, самый близкий и дорогой. Но в последнее время что-то изменилось. Она чувствовала это на уровне интуиции, хотя не могла это описать словами. Возможно, это было просто усталость, думала она.

Через несколько минут все уже сидели за столом, наслаждаясь свежими круассанами и ароматным кофе. Разговоры лились непринужденно, смех Софии звенел, как колокольчик.

– Пап, а когда мы полетим в космос? – спросила София, откусывая кусочек круассана.

– О, это непростой вопрос, – ответил Андрей, отставляя чашку. – Нужно сначала построить космический корабль, и я думаю, что у меня, как у архитектора, есть шанс его спроектировать.

– А я буду космонавтом! – заявила София, гордо расправив плечи. – И первая отправлюсь на Марс!

– Ты обязательно полетишь, – пообещал Андрей. – А мы с мамой будем тебя ждать здесь, на Земле.

– И дядя Максим тоже будет ждать! – добавила София, глядя на дорогу. – Он же тоже хочет полететь в космос, правда, дядя Максим?

В этот момент раздался звонок в дверь.

– Вот и он, – сказала Елена, чувствуя, как внутри все сжимается.

Андрей встал из-за стола, поправляя воротник рубашки.

– Я открою, – сказал он. – А вы пока доедайте.

Он вышел на улицу и через минуту вернулся в сопровождении Максима. Максим, как всегда, выглядел безупречно: легкая рубашка, брюки песочного цвета, дорогие часы на запястье. Его каштановые волосы были аккуратно зачесаны, а глаза, всегда такие открытые и приветливые, излучали тепло.

– Привет, мои дорогие! – произнес он, улыбаясь. – Ну, как тут у вас дела?

– Дядя Максим! – закричала София, бросаясь к нему на шею.

Максим подхватил ее и покружил в воздухе.

– Привет, маленькая непоседа! – сказал он, опуская ее на землю. – Ты сегодня просто красавица!

– А ты принес мне что-нибудь? – спросила София, заглядывая ему в глаза.

– Конечно, принес, – ответил Максим, доставая из кармана небольшой пакетик. – Вот, держи.

В пакетике оказался яркий пазл с изображением сказочных единорогов. София захлопала в ладоши и тут же принялась его рассматривать.

– Спасибо, дядя Максим! – сказала она, сияя от радости. – Он очень красивый!

Максим посмотрел на Елену, и их взгляды встретились. В его глазах промелькнуло что-то такое, что заставило ее сердце пропустить удар. Он улыбнулся, и в этой улыбке было что-то…другое, чем всегда. Что-то личное, адресованное только ей.

– Доброе утро, Елена, – произнес он, стараясь говорить непринужденно. – Вы сегодня особенно прекрасны.

– Доброе утро, Максим, – ответила Елена, отводя глаза. – Рада тебя видеть.

– Ну вот и все в сборе, – сказал Андрей, возвращаясь к столу. – Давайте поскорее доедим, и я покажу Максиму наброски нового проекта. А вы, девочки, потом можем сходить погулять в парк, как и планировали.

– Отличная идея! – воскликнула София.

Они закончили завтрак, и Андрей с Максимом перешли в кабинет, а Елена с Софией остались на террасе.

– Мама, а дядя Максим тебя любит? – внезапно спросила София, разглядывая пазл.

Елена замерла. Этот вопрос застал ее врасплох.

– Конечно, любит, – ответила она, стараясь не показывать своего замешательства. – Он любит всех нас. Он же наш друг.

– Но по-особенному, – протянула София, задумчиво глядя на мать. – Как папа.

– Нет, солнышко, – Елена обняла дочь. – Дядя Максим любит нас всех, как друзей. Это совсем другая любовь. Ты еще маленькая, чтобы это понять.

София нахмурилась.

– Но я все равно вижу, что он на тебя смотрит по-другому, – сказала она. – Как будто он хочет тебя…

– Ну все, хватит разговоров, – перебила ее Елена. – Давай лучше собираться в парк.

Она быстро отвела взгляд, чтобы скрыть свое волнение. Слова дочери, простые и наивные, задели ее за живое. Она понимала, что ребенок подметил что-то важное, что-то, чего она сама боялась себе признаться.

В то время как Елена и София ушли готовиться к прогулке, Андрей и Максим обсуждали планы нового жилого комплекса. Кабинет Андрея был его святилищем – просторное помещение с большими окнами, выходящими на сад. На столе лежали чертежи, эскизы и образцы материалов.

– Знаешь, Максим, я думаю, что мы можем сделать этот проект чем-то особенным, – говорил Андрей, показывая Максиму наброски. – Современный, функциональный и, в то же время, гармонично вписанный в окружающую среду.

– Ты как всегда, Андрей, – ответил Максим, с интересом разглядывая эскизы. – У тебя отличный вкус и видение. Я уверен, что этот проект ждет успех.

– Спасибо, друг, – улыбнулся Андрей. – Твоя поддержка для меня очень важна.

– Ты знаешь, что я всегда тебе помогу, – ответил Максим, и в его голосе послышалась особая теплота. – Ты для меня больше, чем просто друг. Ты – мой брат.

Андрей положил руку на плечо Максима.

– Я тоже это чувствую, – сказал он искренне. – Наша дружба – это что-то особенное.

Они еще некоторое время обсуждали детали проекта, строя планы на будущее. Андрей чувствовал себя счастливым и уверенным в себе. Рядом с ним были любимая жена, дочь и верный друг, готовый поддержать его в любой ситуации. Он даже не подозревал, какие темные тайны скрываются за этой идиллической картиной.

В это время Елена с Софией гуляли по парку, наслаждаясь теплой погодой и пением птиц.

– Мам, а ты любишь папу? – неожиданно спросила София, качаясь на качелях.

Елена замерла. Этот вопрос опять застал ее врасплох.

– Конечно, люблю, – ответила она, стараясь звучать убедительно. – Папа – мой муж, и я его очень сильно люблю.

– А как ты его любишь? – продолжала допытываться София. – Как дядя Максим?

Елена не знала, что ответить. Вопрос дочери был слишком откровенным, слишком близким к тому, что она старалась задвинуть как можно глубже.

– София, давай не будем больше об этом, – сказала она, стараясь перевести тему. – Посмотри, какие красивые бабочки!

Она указала на порхающих в воздухе бабочек, и София, отвлекшись, тут же побежала их ловить. Елена вздохнула. Она понимала, что игра в притворство становится все сложнее. Слова дочери, ее проницательность, проникали сквозь все ее защитные барьеры.

Когда они вернулись домой, Максим уже собирался уходить.

– Спасибо за отличный день, – сказал он, глядя на Елену. – Я был рад провести его с вами.

– И мы тоже были рады, – ответила она, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Ну что, завтра снова встречаемся? – спросил Андрей, провожая Максима к двери. – Завтра закончим проект?

– Обязательно, – ответил Максим. – Завтра буду у вас с утра.

Он обнял Андрея и затем, поймав взгляд Елены, задержал его на мгновение, словно прощаясь с ней не только на словах. Потом он развернулся и ушел. Елена стояла у окна, наблюдая, как он удаляется. В ее душе бушевали противоречивые чувства. Она любила Андрея, но в то же время ее неумолимо тянуло к Максиму. Она чувствовала, что ее жизнь разделилась на две параллельные реальности, и она была заложницей обеих.

Андрей обнял ее сзади.

– Ты чего загрустила, любимая? – спросил он, целуя ее в шею. – Все хорошо?

Елена прислонилась к нему, стараясь успокоиться.

– Да, все хорошо, – ответила она, обнимая его в ответ. – Просто немного устала.

Она не хотела его обманывать, но не могла сказать правду. Правда была слишком горькой и болезненной. Она продолжала жить во лжи, не зная, чем это закончится. И чем дальше она шла, тем сильнее вязла в этой запутанной паутине.

Вечером, когда София уже спала, Елена и Андрей сидели в гостиной, читая книги. Тишину нарушал только тихий шелест страниц и потрескивание дров в камине.

– Как хорошо, когда мы все вместе, – сказал Андрей, откладывая книгу. – Семья – это самое важное в жизни.

Елена кивнула, но ее мысли были далеко отсюда. Она думала о Максиме, о его взглядах, его прикосновениях, о тайне, которая сжигала ее изнутри. Она понимала, что их связь – это бомба замедленного действия, которая рано или поздно взорвется, уничтожив все на своем пути. Но она ничего не могла с этим поделать. Она была пленницей своих чувств, и каждый новый день приближал ее к неизбежной катастрофе.