Амелия Брикс – Сон (страница 6)

– Котова! Ты что творишь? Вернись немедленно! – орет тренер.

Знаю, что на следующей тренировке Антон Романович устроит мне разнос, но сейчас я не могу остаться здесь. Мне необходимо успокоиться, иначе Музыкантов легкими приемами не отделается.

Дома хотелось покоя и тишины, но как назло у нас гости. Состроив веселое лицо, здороваюсь с подругами мамы, которые сидят за столом. Мама тут же начинает хлопотать, чтобы покормить меня.

– Натусик, присядь, я сам накормлю Алену, – дядя Федя включает роль заботливого отчима.

Вот только его театральной игры мне не хватало для полного счастья. И так все раздражает, еще он решил устроить свое излюбленное шоу. При посторонних он у нас отец года, только медали не хватает для полноты образа.

– Мамуль, иди к гостям. – Подхожу к маме и приобняв за плечи, целую в щечку.

– Я там тебе шоколадку купила. – Мама глазами указывает на полку, где хранится сладкое.

– Люблю тебя. – Прижимаюсь щекой к щеке мамы. Наливаю зеленый чай, беру белый шоколад и ухожу в свою комнату.

Пока наслаждаюсь любимой сладостью, размышляю о том, что происходит в последнее время в моей жизни. Слишком много событий для привычного образа жизни. Слишком много новых и одновременно неприятных знакомств. Неужели Музыкантов и после сегодняшнего инцидента на тренировке не отстанет от меня? Видеть его больше не могу и всю его компанию!

– Расселась, корова! – в мои мысли врезаются оскорбления, появившегося в комнате отчима. Вот это уже больше похоже на правду. Роль отчима-тирана не заставила себя долго ждать. – Не дай Бог увижу хоть одну крошку на кровати. – Окинув меня презрительным взглядом, захлопывает дверь.

Сегодня явно не мой день. Оторвав взгляд от двери, переключаю внимание на шоколад в руке. Да пошли они все! Откусываю кусочек и закрываю глаза от удовольствия.

***

– Кошка! Ты богиня! – Алла стоит в противоположном углу репетиционного зала и с нескрываемым восторгом смотрит на меня. – Мы столько лет с тобой дружим, а я первый раз увидела, как ты танцуешь.

– Я тебя тысячу раз приглашала на репетиции, а у тебя всегда какие-то дела. – Улыбаюсь, напомнив Алле ее отговорки, и иду к аппаратуре, чтобы забрать свой диск.

На музыкальном центре лежит диск компании Музыкантова. Слишком часто я на них натыкаюсь за последнюю неделю. Они конечно еще те самовлюблённые кретины, но надо отдать им должное – танцуют они действительно круто. Чего-чего, а этого им не отнять, особенно Майклу, самому ненавистному мне человеку в их компании.

Мой взгляд падает на диск, который оставил здесь Музыкантов. Не знаю, зачем я это делаю, но беру диск и включаю песню "La Tortura" под которую они готовят танец.

Закрываю глаза и на память воспроизвожу движения. Танец завораживает меня своей энергетикой. Целиком и полностью отдаюсь ему, не замечая ничего вокруг. А потом начинаю импровизировать. Каждое слово отражается в плавном движении рук, ног, изгибе тела, повороте головы. И только когда звучит последний аккорд, я возвращаюсь в реальность.

Громкие аплодисменты заставляют распахнуть веки. Компания Музыкантова во главе с ним, хлопая в ладоши, стоит возле двери. Это худшее что со мной могло произойти! Зачем я поддалась порыву и начала танцевать? Если бы я вовремя ушла, то не столкнулась бы с ними. Сердце бешено колотится, готовое выпрыгнуть из груди от волнения. А затем мой взгляд наталкивается на изумленное лицо Руслана. На нем четко читается вопрос: Как такое может быть? Эта девушка не способна так красиво танцевать.

– Ну что я тебе говорил! – Лева легонько бьет Майкла по подбородку, чтобы тот прикрыл рот.

– Да ну нафиг! – Руслан выходит из оцепления и направляется в мою сторону.

Вот только еще одного преследователя мне не хватало! С меня хватит этих сталкеров. Беру свой диск и иду к выходу.

– Постой, – Руслан хватает меня за локоть, прося остановиться.

Бросаю многозначительный взгляд на его руку, которой он вцепился в меня. Кожа полыхает от его прикосновения, готовясь сжечь меня дотла. Он убирает руку и, улыбнувшись, заявляет мне то, чего я не ожидала услышать от него:

– Ты нам нужна… как воздух.

Выпрямляюсь и, собрав всю свою храбрость, напоминаю его слова:

– Ты же не танцуешь с серыми мышками.

Его зрачки расширяются от удивления. Взгляд мечется от меня к Леве и обратно. А потом на губах появляется соблазнительная улыбка, которой он, по-видимому, всегда кадрит девчонок. Но со мной этот номер не пройдет.

– Прости, был не прав. Беру свои слова обратно. Ну что, станцуем? – Подмигивает мне.

Не могу сдержать смех. Такой простой. Думает, я вот так возьму и прощу его, стоит ему только улыбнуться мне? Нет! Ни за что! Не на ту нарвался.

– Извини, но мне неинтересно твое предложение. Найди себе другую партнершу. Удачи в поисках.

Улыбка сползает с его лица, на котором сейчас читается недоумение. Еще один мальчик, который не привык к отказам. Но это его проблемы.

Мы с Аллой идем к выходу, но дорогу нам преграждает Музыкантов.

– Девчонки, куда вы так спешите? Предлагаю пойти в кафе и спокойно обсудить наше предложение. Что скажешь, киса? – обращается он к Алле.

– Еще раз назовешь меня киса, и я расцарапаю твою мордашку, – медленно проговаривает каждое слово подруга.

– Киииса, – растягивает слово Лева.

Алла не долго думая, пробегается своими длинными ногтями по щеке Музыкантова, на котором после красуются четыре красных полосы.

Лева проводит ладонью по царапинам, смотрит на следы крови на руке и усмехнувшись, пропускает нас.

– Счастливо оставаться, бурундучок, – на прощание говорит Алла и мы, наконец, выходим из зала, воздух в котором накалился до такой степени, что чиркни спичкой и пожара не избежать.

***

Ситуация после репетиции очень усложнила мою спокойную и размеренную жизнь. Теперь Музыкантов на пару с Майклом поджидают меня после пар, тренировок, репетиций. Я случайно, а может и не случайно, встречаю их в торговом центре, кино, аптеке. На мой телефон днем и ночью приходят от них сообщения с просьбой встретиться и обсудить деловое предложение. Только я нисколько в нем не заинтересована. Иногда, в голове проскакивает мысль поговорить с братом или с Витей по этому поводу, но я же привыкла сама решать свои проблемы. И я решу. Потому что мне порядком надоело, что меня караулят за каждым углом и не понимают слово «нет».

Прежде чем зайти в Дом культуры, пропускаю грузчика с огромной коробкой. По пути встречаю бабу Машу. Поздоровавшись с ней, интересуюсь, что происходит.

– Ой, Аленка, не спрашивай. – Вскидывает руки. – С утра бегаю, как угорелая. Аппаратуру новую привезли и инвентарь. Вот смотрю, чтобы в целости разложили и расставили.

– Новая аппаратура. Неужели директриса достучалась до министерства культуры?

– Да какой там. Спонсор у нас появился, – шепчет она. – Ты куда, окаянный, несешь? – крикнув грузчику, оставляет меня одну.

Пожав плечами, иду переодеваться, но меня останавливают слова бабы Маши, сказанные мне в догонку:

– Аленка, чуть не забыла. Тебя директриса просила зайти к себе.

Интересно, зачем она хочет меня видеть? Стучусь в дверь и услышав «войдите», захожу. Директриса тоже носится по кабинету, перешагивая через коробки.

– Здравствуйте.

Оглядываюсь по сторонам. Да уж, беспорядок еще тот.

– Алена, здравствуй, проходи, – улыбается приветливо и приглашает сесть.

– Что-то случилось? – насторожено спрашиваю ее. Не каждый день меня вызывает в своей кабинет директор Дома культуры.

– Нет, хотя, оглянись. Видишь? Это новый инвентарь. Через день-два все установят. Алена, – мечтательно произносит женщина. – Десять лет я оббивала пороги, чтобы нам купили новую аппаратуру, а зеркала ты видела в зале хореографии? Мутные, с трещинами. – Наклоняется ко мне, сцепив руки. – И никого это не волнует.

К чему эта прелюдия? И почему она исповедуется мне?

– И вот, наконец, все новое, современное.

– Здорово, – мямлю я, не зная, что еще сказать на эти душещипательные излияния.

– Алена? – Небольшая пауза. – Ты сколько лет занимаешься у нас?

– Четыре года.

Чувствую, что неспроста она меня вызвала.

– Четыре года, – что-то обдумывает. – Алена, у меня к тебе будет небольшая просьба. Надеюсь, ты не откажешь мне в одолжении. – На ее лице играет лучезарная улыбка. – У нас временно репетирует группа "Street boys"…

Мои уши будто закладывает, как только я слышу о группе Музыкантова. Конечно, как я сразу не догадалась, откуда ноги растут? Значит, решил подкупить директора, и надавить на меня. И как мне теперь поступить? Хлопнуть дверью и гордо уйти? Но тогда о выступлении можно забыть. За месяц я не успею найти нового хореографа. Что делать? Согласиться? Но как переступить через себя? Как проглотить обиду? Не смогу. А есть ли у меня вообще выбор? Выступление через четыре недели. Мой танец продуман до мелочей. Бросить труд, на который я потратила несколько месяцев?

– Мы договорились? – директор смотрит на меня в ожидании.

– Я… Я не могу. Извините.

– Как не можешь? – ошарашенно смотрит на меня. – То есть, как не можешь? Я же объясняю тебе. Это всего лишь одно выступление. Через месяц ты будешь самостоятельно заниматься, а аппаратура и инвентарь останутся у нас навсегда. Но если ты откажешься, они все заберут сегодня же, – дрогнувшим голосом поясняет женщина. – Я думала, ты не откажешь мне. Я же для вас всех стараюсь, чтобы у нас было все лучшее, а от государства мы и следующие десять лет не дождемся материальной помощи.