Амелия Брикс – Мы так близко (ЛП) (страница 61)
Мне нравится, что он не может без меня так же, как и я без него.
Ян действительно укладывается в пятнадцать минут. Как только я открываю дверь — он сразу же впивается в мои губы страстным поцелуем. Похоже, что сегодня нас двоих опять ждет бессонная ночь.
Глава 27
29 октября
Ян
— Значит, ты мутишь с нашей Викусей? — спрашивает Рома, пока мы идем в аудиторию.
Останавливаюсь. По моему взгляду он понимает, что ляпнул не то.
— Ладно, не кипятись, — поднимает руки ладонями вперед.
— Для тебя — Виктория Валерьевна, — сухо произношу я.
— Хорошо, — смеется.
Продолжаем путь. Его не было на парах эти два дня, но он уже меня раздражает. А его расспросы по поводу нас с Викой выводят из себя.
— Черт! Немой, ну ты реально крутой чувак. Дай пять.
Снова останавливаюсь.
— Бля, ты тупой что ли? Хватит об этом. Забудь, что видел нас.
— Ты понимаешь, что такое невозможно забыть?! — восклицает он.
— Если я узнаю, что ты проболтался кому-то…
— За это не переживай.
Киваю и захожу в аудиторию.
— А что за тип был с рыжей? — плюхается на стул тощий.
— Мой шеф.
— Немой, ты серьезно? Когда ты стал таким скрытным? У тебя появилась подруга и работа…
Сокурсники оборачиваются, услышав его слова.
— Заткнись, — цежу сквозь зубы.
Раздается звонок. Все устремляют взгляд на преподавателя.
Спустя десять минут в аудиторию заходит мой отец. Жестом руки просит сесть нас. Сказав несколько слов преподавателю, смотрит на меня.
— Ян, выйдите, пожалуйста, — просит преподша.
За три года учебы отец ни разу не приходил на мои занятия. Сердце отбивает ритм. Мысли лихорадочно крутятся. Что могло произойти? Однозначно что-то важное, иначе отец не пришел бы. Не в его правилах показывать наши родственные связи. Надеюсь, это не касается мамы и Глеба. Выходим в коридор.
— Что-то случилось?
— Да, — трет затылок.
Нервничает.
— Мама?
— Нет-нет. Маришка.
В висках стучит.
— Она в клинике. У Маришки опухоль гипофиза, — я вижу боль в его глазах.
Ком подкатывает к горлу. Мне хочется кричать от злости, но я лишь сжимаю кулаки.
— Может, врачи ошиблись?
— К сожалению, нет. Янчи, она прошла полное обследование. Это окончательный вердикт, — отец отводит взгляд.
Ему, как и мне, сложно держать себя в руках.
— Это лечится?
— Я больше ничего не знаю, — возвращает взгляд, — мама позвонила и рассказала о диагнозе. Родители Маришки уже у нее в клинике. Отвези маму туда. Я не могу поехать. Никак не могу вырваться с работы, а мама не может сесть за руль: у нее поднялось давление.
— Конечно отвезу.
Одновременно отходим от двери.
— Позвони мне, как всё узнаешь, — просит отец.
— Обязательно.
— Будь осторожен на дороге: сегодня гололед.
Киваю и иду к выходу.
Беру такси. По дороге отправляю сообщение Грише о том, что не смогу выйти на работу, а затем пишу Вике.
Через пару секунд приходит ответ.
Расскажу ей при встрече обо всем.
Даже через сообщения она успокаивает меня.
Добравшись до дома, застаю маму на кухне. Бросаю на нее взгляд и понимаю, что она плакала.
— Янчи, ты голоден? — как всегда с заботой интересуется она.
— Нет.
— Тогда мы можем ехать.
По дороге спрашиваю у мамы, что сказали родители Маришки, но ничего нового не узнаю. Периодически она подносит платок к глазам. Я еще держусь, но надолго ли хватит моей выдержки? Не знаю. Это все так ужасно, что я отказываюсь верить в этот бред. Маришка не может нас оставить. Сжимаю руль. Слеза скатывается по щеке. Вот и предел моей выдержке. Всю оставшуюся дорогу мы молчим, но наши мысли крутятся вокруг одного человека, ради которого мы сделаем всё возможное и невозможное.
Припарковавшись, направляемся к зданию клиники. Каждый шаг эхом отдается в висках. Мама хочет пойти к ресепшену, но я указываю в противоположную сторону.
— Ты знал, — утверждает она.
— Я привез ее на обследование.