Амелия Брикс – Мы так близко (ЛП) (страница 43)

— Пора домой, — произношу с грустью в голосе.

— Мы еще вернемся сюда, — касается пальцем кончика моего носа.

Возвращаемся мы так же на автобусе. Людей уже почти нет, поэтому мы сидим с Яном вместе на самых последних местах. Кладу голову ему на плечо и переплетаю наши пальцы.

— Не хочу, чтобы этот вечер заканчивался, — признаюсь ему.

— Эй, хватит грустить, или я больше не поведу тебя в любимое место.

— Прости, — натягиваю улыбку, — просто я давно себя так не чувствовала.

— И что же ты чувствуешь?

— Свободу, одухотворенность, целостность…

Держась за руки, доходим до моего подъезда. Замечаю знакомую машину и стоящего рядом с ней Мишу. Что он здесь делает? С субботы мы с ним не разговаривали, я даже не пыталась позвонить и все ему объяснить, так же, как и он.

— Значит, ты все-таки с ним, — сразу же начинает Миша.

— И тебе привет. Зачем ты приехал?

— Я хотел поговорить, извиниться за то, что вспылил тогда, но вижу, что это было небеспочвенно, — не отводит взгляда от Яна и наших рук.

— Забудь сюда дорогу, — вставляет свое слово Ян.

— У какого-то сопляка забыл спросить, — огрызается в ответ.

— Отдыхай, пижон. Твой поезд ушел.

Я не успеваю даже что-либо сказать, как Миша бросается на Яна, отталкивая и едва не сбивая меня с ног. Ян не теряется и наносит сильный удар по лицу Миши — и тут же получает в ответ.

— Прекратите!

Я пытаюсь докричаться до них, но меня словно не слышат. Мой пульс настолько бешено стучит, что отдается у меня в висках и ушах. Глаза застилают слёзы. Я не знаю, как остановить драку. Кажется, что они только еще больше расходятся.

— Пожалуйста, хватит! Остановитесь!

У обоих уже стекает по лицу кровь, но они не собираются останавливаться. Почему никого нет, когда так нужна помощь? Снова пытаюсь разнять их, но только получаю толчок локтем от Миши и едва остаюсь на ногах. К моему счастью, кто-то замечает драку и подбегает, чтобы разнять их. Смахнув слезы, узнаю в спасителе Гришу. Ко мне тут же подбегает Кира и обнимает, пытаясь успокоить.

— Боже мой! Что тут вообще творится?! Вы что, с ума сошли?! — возмущается подруга.

Ян, пошатываясь, подходит ко мне. Пытается вытереть кровь, но только еще больше ее размазывает. Взглянув на его разбитое лицо, начинаю еще больше плакать.

— Тише, — притягивает меня к себе и обнимает.

Зарываюсь лицом в куртку и обвиваю руками его талию. Немного успокоившись, отстраняюсь и перевожу взгляд на Мишу.

— Уезжай. И не надо больше приезжать.

Не дожидаясь его ответа, беру Яна под руку и направляюсь к подъезду.

Ян

Этот дохляк здорово меня отделал. Губа разбита. Бровь рассечена. Из носа хлещет кровь. Мне не раз приходилось драться. Бывало и похуже. Но впервые это было связано с девушкой. Поднимаю глаза на Вику. Она до сих пор плачет, но пытается мне помочь. Аккуратно касается смоченным полотенцем века. Больно. Сжимаю зубы.

— Больно? — всхлипывая, спрашивает она.

— Нет.

В ванную комнату заглядывает Кира.

— Вы как, ребята?

— Жить будем, — пытаюсь улыбнуться, но губа щиплет, поэтому получается уродливая гримаса.

— Справитесь сами? Мы уходим с Гришей. Буду завтра. Квартира в вашем полном распоряжении, — подмигивает.

Смеюсь через боль. Вика укоризненно смотрит на подругу.

— Не скучайте, ребята.

— Иногда мне хочется придушить ее, — Вика смачивает полотенце под краном.

Я наблюдаю за ней. Она уже не плачет, но глаза красные, а лицо порозовело. На подбородке замечаю пятнышко крови. Моей крови. Провожу пальцем. Бросает взгляд на мои разбитые костяшки.

— Никогда не думала, что Миша на такое способен.

Аккуратно стирает запекшуюся кровь с пальцев и снова начинает плакать. А потом неожиданно обнимает меня за шею и шепчет:

— Прости.

— Все хорошо, — пытаюсь ее успокоить.

Притягиваю к себе.

— Это все из-за меня. Мне так стыдно, и я ужасно зла на Мишу, — шмыгает носом.

— Посмотри на меня, — прошу я.

Отодвигается и смотрит мне в глаза.

— Больше он не приблизится к тебе ни на шаг. Обещаю.

Кивает и закусывает нижнюю губу. Это заводит меня. Притягиваю ее лицо и целую. Движения губ Вики нежные: боится сделать мне больно. Но мне плевать на боль. Сейчас существуют только ее губы: сладкие как мед, мягкие как пух. Ее язычок вытворяет что-то невероятное у меня во рту. Мои руки блуждают по ее спине и заднице. Притягиваю ближе, чтобы она почувствовала, как я ХОЧУ ее. Хочу оказаться внутри, хочу видеть ее под собой, хочу целовать каждый сантиметр ее хрупкого тела.

Когда становится невыносимо касаться ее губ — отстраняюсь. Прислоняюсь к ее лбу своим. Мы оба тяжело дышим.

— Хочу тебя, — хриплым голосом произношу я, — позволь мне, прошу.

Она кивает. Бог мой! Она кивает! Ком подкатывает к горлу. Не думал, что от счастья становится тяжело дышать.

— Идем, — шепчет Вика.

Мои ноги становятся ватными. По спине проходит холодок. Это сон! Неужели это сон?

Я плетусь за ней как щенок. Робкий и неуклюжий щенок. Но я не облажаюсь. Она запомнит эту ночь. После этой ночи в памяти сотрутся все, кто был до меня.

Останавливаюсь позади нее. Комнату освещает только свет луны и уличного фонаря. Этого достаточно, чтобы разглядеть ее силуэт. Вика стоит спиной ко мне, на ней топ и джинсы. Она дрожит. Касаюсь губами ее плеча, сплетаю наши пальцы. Медленно мои губы поднимаются от ключицы к шее. Откидывает голову назад, на мою грудь. Выпускаю ее пальцы и обнимаю за талию, касаясь ладонями живота. Медленно провожу по нему. Спускаюсь к ширинке и расстегиваю пуговицу. Доносится вздох. Ее джинсы на бедрах. Коленях. Болтаются на щиколотках. Перешагивает через них. Беру за край топа и оставляю ее в нижнем белье. Глубоко вдыхаю воздух. Мне стоит немалых усилий сдержаться, чтобы не завалить ее на кровать и не войти в нее прямо сейчас. Целую спину. Приходится встать на колени. Разворачиваю лицом к себе. Мои губы на теплом животе. Вкус ее кожи несравним ни с чем больше. Вкусный и сладкий.

— Ян… — ее пальцы путаются в моих волосах, — у меня еще ни разу… — переходит на шепот, — не было.

До меня не сразу доходит смысл ее слов. А когда приходит понимание сказанного, начинается паника, потому что у меня никогда не было девственниц. Встаю на ноги. Я не могу оторвать от нее взгляда. Не могу поверить, что скоро почувствую ее. Кажется, прошло тысячу лет с тех пор, как я впервые ее захотел. И вот сейчас она стоит напротив покорная и нежная, а я оттягиваю удовольствие.

— Неожиданно, — все, что я могу на это ответить.

В ответ она только закусывает губу — это подталкивает меня к ней. Осыпаю ее лицо поцелуями. Мы оказываемся на кровати. Нагло трусь членом у нее между ног. Я чувствую, как ей это нравится. Ее стоны, ее поцелуи, ее руки — все говорит о том, как она ХОЧЕТ меня.

— Не могу поверить, что я буду твоим первым, — задыхаясь, говорю ей на ухо, — ты уверена в этом?

Кивает несколько раз.

— Я готова, — стягивает с меня толстовку и футболку.

Нависаю над ней. Ее глаза бегают по моему голому торсу. Мое сердце бешено колотится. Эта ночь изменит многое.

Снимаю с Вики белье и некоторое время просто любуюсь ее обнаженным телом. Оно идеально. Ее грудь поднимается и опускается так часто, словно ей не хватает кислорода.

— Не бойся, просто доверься мне, — наклоняюсь и оттягиваю ее нижнюю губу.