Амелия Брикс – Капкан (страница 15)

– Не трогай меня, – шиплю я. Мои слова и тон голоса словно защита от этого противоречивого человека.

В одну секунду он меняется в лице и больше нет в его взгляде заботы и нежности, а только злость.

– Дура! Я же помочь пытаюсь, – выплевывает каждое слово, – иди в дом и продезинфицируй рану, – поднимается на ноги, отходит в сторону, нервно сбрасывая с себя одежду, и идет к озеру. Невольно любуюсь его обнаженным накаченным торсом.

Какая красивая фигура у этого мужчины. Продолжаю сидеть на песке, пока его силуэт не исчезает в воде. И тело, и лицо красивые, а вот душа …. Я больше никогда не попаду в капкан таких парней, как Влас или Марк. Никогда! Обида и злость настолько переполняют меня, что я забываю о ране, поднимаюсь и быстрым шагом иду в сторону нашего домика.

По дороге встречаю Снежану.

– Ты не видела Марка? – спрашивает она. Какой же у нее мерзкий голос.

Мне просто противно ее поведение. Все время вешается на него. Надо же иметь хоть какое-то приличие и чувство собственного достоинства. Молча указываю рукой в сторону озера и продолжаю свой путь.

Ира машет мне рукой и встает из-за стола, спеша ко мне.

– Маш, мы тебя потеряли. Где ты была?

Я опускаю глаза и иду в дом. Ира меня догоняет и разворачивает к себе.

– Маш! Что случилось? Ты плакала?

Я показываю на свою коленку и тяжело вздыхаю.

– Ого, ты что упала? О боже, – Ира смотрит на мою ногу. – Маш, где тебя так угораздило?

– Ириш, у тебя есть аптечка? Надо бы промыть и продезинфицировать рану.

– Да, конечно. Сейчас принесу, ты присядь пока, – заводит меня в свою комнату.

Возвращается с аптечкой и обрабатывает рану.

– На пять минут тебя нельзя оставить, – произносит она, наклеивая пластырь.

– Прости. Иди к гостям. Я только переоденусь и присоединюсь ко всем.

– Хорошо, – сжимают руку, – но если что-то не так, то сразу скажи мне. Я имею в виду… Марка, – серьезно смотрит мне в глаза, пытаясь разгадать мою реакцию.

– Все хорошо, правда. Беги к своему парню, – улыбаюсь.

Мы расходимся с Ирой в разные стороны: она возвращается к гостям, а я иду в свою

комнату. Открываю дверь и застываю в полном шоке. На моей кровати, практически обнаженные, два разгоряченных тела. Юбка Снежаны задрана до пояса, футболки и вовсе нет. Смотрю на мужские руки, блуждающие по стройному телу девушки. Ее дикий стон выводит меня из шокового состояния. Перемещаю свой взгляд от жадно блуждающих рук к карим глазам, но в них нет даже искры затуманенной похоти, а только наглая надменность. Он в упор смотрит на меня, и его рот искривляться в саркастической ухмылке. Меня пронзает волна злости. Какой же он мерзкий тип. Он специально приволок эту девку в мою комнату, на мою кровать. Сжимаю кулаки. К горлу подступает тошнота. Я зажмуриваю глаза. Вдох. Выдох. Разворачиваюсь и выбегаю из комнаты, с грохотом захлопывая дверь. В коридоре встречаю Петровича, который пытается мне что-то сказать, но я не могу сейчас его слушать. Меня тошнит. Бегу к озеру. Не знаю что со мной. Тяжело дышу. Не хочу здесь больше находиться. Ни одной минуты не выдержу рядом с этим гадом. На ходу набираю номер Сережи, и, услышав его тихий голос, умоляю забрать меня отсюда.

– Маша, что случилось? Тебя кто-то обидел? – встревожено спрашивает Сережа.

– Пожалуйста, просто забери меня отсюда, – умоляющим голосом произношу, не отвечая на вопрос.

– Хорошо, хорошо, только скажи, где ты находишься, и я заберу. С тобой точно ничего не случилось? – взволнованно переспрашивает Сергей.

– Точно. Я очень жду тебя, – пытаюсь сдерживать себя, чтобы не зарыдать в трубку.

Диктую ему координаты. Сережа заверяет, что через полчаса заберет меня, и я завершаю вызов. Опускаюсь на песок и обхватываю руками колени, на которые капают крупные капли слез. Я не хочу плакать, но не в силах остановиться. Чувствую себя эмоционально опустошенной. Ненавижу его! Какой же он подлый и мерзкий человек! Он специально выбрал мою комнату для своих оргий! Всхлип. Почему в жизни мне попадаются такие типы? В жизни я всегда пытаюсь стороной обходить таких людей, но их притягивает ко мне, словно магнитом. Всхлип.

– Дочка, – теплая рука ложиться на мои плечи, и я вздрагиваю, – это я, не бойся, – Петрович прижимает меня к себе, и я даю волю слезам. – Поплачь, девочка, поплачь, – нежно и успокаивающе поглаживает меня по спине, – иногда это полезно, выплакать все свои печали и горести. Намного хуже, когда сухие глаза, а плачет душа, уж поверь мне старику, – тяжело вздыхает.

Когда рыдания переходят на всхлипы, я отстраняюсь от своего начальника.

– Простите, я…

– Такие молодые, а уже такие сломленные, – тихо произносит он, смотря на водную гладь.

Да. Сломленная. Как точно он подобрал слово. Я уже никогда не буду цельной. Можно залатать рану, но каждый раз она будет ныть и кровоточить, напоминая о прошлых ошибках.

– Ты не отчаивайся, Машенька, – в груди что-то сжимается от такого родного и по-отечески нежного «Машенька».

– Спасибо, – шепчу я.

– Пока не за что, – добродушно улыбается, – найдешь ты еще свое счастье.

Киваю в ответ, не веря его словам.

– Все будет хорошо, дочка, – будто читая мои мысли, говорит шеф, – у тебя точно оно будет, а на Марка ты не обижайся. Он парень не плохой, но жизнь его потрепала и сломила. Вот в его счастье я сомневаюсь, – обреченно вздыхает.

Не хочу слышать это имя, но факт того, что мой начальник говорит о нем – дает понять – у Марка свое не самое счастливое прошлое. Петрович молчит, а я не расспрашиваю. Так, в полной тишине, мы сидим какое-то время, наслаждаясь красотой раскинутой вокруг и стрекотом сверчков, пока до нас не доносится урчащий звук мотора.

– Решила уехать? – уточняет шеф.

– Да… Так будет лучше, – поднимаюсь, стряхивая с себя песчинки.

– Возможно. Ну, ты беги, а я еще посижу тут немного, – задумчиво говорит Петрович.

По тропинке добираюсь до домика. Вижу Сергея, поддаюсь эмоциям и бросаюсь в его крепкие и родные объятия, утыкаюсь в грудь.

– Ну, что ты, моя хорошая, – проводит ладонью по спине, – я здесь. Я приехал. Давай отвезем тебя домой. Где твои вещи? – я отстраняюсь и киваю головой в сторону домика.

Взявшись за руки, мы проходим мимо людей, с которыми я провела этот день.

– Уже удираешь? – слышу ненавистный мне голос, – а впредь, – Марк выставляет вперед палец, – запомни, воспитанные и взрослые люди стучатся, прежде чем врываются в комнату и прерывают людей на самом интересном моменте, – зло ухмыляется.

От такой наглости я просто теряю дар речи.

– И не надо хлопать дверью. Она здесь не причем, – хмыкает и отворачивается, запускает руку в волосы, тормоша свою шевелюру.

Собравшиеся вокруг нас люди стоят с открытыми ртами, не понимая, что происходит. Я уже не контролирую себя и выпаливаю все, что накопилось за этот день.

– А придуркам, вроде тебя, не надо занимать чужие комнаты, или хотя бы научиться запирать двери, если уж так невтерпёж потрахаться, – срываюсь на нервный крик.

– Да пошла ты… соплячка!

– А ты… а ты… наглый придурочный сноб! – выпаливаю я.

Его лицо становится пунцовым от злости. Между нами встают Ира с Игорем. Краем глаза замечаю, что Сережа ринулся в сторону Марка. Но Игорь успевает встать между ними и уводит своего друга. Я тяну Сережу к машине, а вслед доносится грохот перевернутых стульев и глухие звуки бьющейся посуды…

Ира подбегает ко мне и начинает извиняться за этого придурка. Успокаиваю, говоря, что ее вины здесь нет. Прошу девушку захватить мои вещи, и мы отъезжаем.

По дороге Сережа не досаждает меня расспросами, за что я ему безмерно благодарна. Из динамиков доносится приятный голос Сати Казановой в дуэте с Батиштой. Песня «Чувство легкости» заканчивается, и я прошу Сережу поставить ее на повтор. До самого дома играет одна и та же композиция.

– Сереж, прости, что сорвала твой выходной, – эмоции улеглись, и сейчас мне стыдно за свое поведение. Я не должна была звонить ему и просить приехать.

– Не знаю, что произошло между тобой и этим парнем, расскажешь сама, если захочешь, но знай, я всегда приду к тебе на помощь, поэтому не извиняйся, ты правильно сделала, что позвонила мне, – убирает прядь волос со лба. Наклоняется и нежно касается моих губ.

– Я провожу тебя до квартиры, – шепчет он.

Киваю в ответ. Возле квартиры я не сдерживаюсь и обнимаю его за талию, шепча «спасибо». Целует в макушку и уезжает на лифте.

Тетя удивлена моим возвращением, но разговоры решает оставить до утра. Ложусь спать и как только закрываю глаза, снова вижу их, Марка и Снежанну. Когда-то я была отдана такой же страсти. Воспоминания лавиной накрывают меня…

Глава 10

1 год и пять месяцев назад

Влас рисует пальцем узоры на моем животе. От его прикосновений я чувствую приятное тепло, разливающееся волнами по всему телу. Он всегда нежен со мной, словно я хрупкое стекло.

– После возвращения из дома ты всегда грустная. Почему? – шепотом спрашивает он, хотя в комнате мы одни. Моя соседка приедет только завтра.

Печально вздыхаю. Не знаю, стоит ли ему рассказывать о своем отце. Семья Власа абсолютно другая. Мы будто из разных миров.

– Маша? – дотрагивается до моей щеки и заставляет посмотреть на него, – расскажи мне, что случилось. Я же вижу, что ты чем-то расстроена.