Амелия Борн – Меня предавать нельзя (страница 2)
Она снова молчала… Пришлось сделать несколько рваных вдохов, призванных привести в порядок расшатанные нервишки Токарева.
Жена ведь знала, как никто другой, насколько важна ему именно эта конференция! И именно сейчас решила так подшутить?
— Варя… Ты, наверное, что-то напутала, — начал он, но она неожиданно жестко его оборвала:
— Знаю я твои конференции! — отчеканила холодно жена, и случилось это столь внезапно, что Влад даже трубку от уха отнял, чтобы убедиться в том, что говорит именно с Варварой. — Ульяна с третьим размером. А впридачу к ней Мишель с четвертым! — безжалостно продолжила супруга, называя имена тех, кого он когда-то брал с собой в поездки с определенной целью.
Но откуда она все это выяснила? Какая сволочь поведала его жене, что у него бывают бабочки-однодневки, которых он имеет в разных позах?
— Занимайся детьми, Токарев! Мне же теперь нужно как-то обустраиваться в жизни, раз ты свою уже организовал!
Она положила трубку, и Владлен замер. От шока даже почувствовал, что у него вот-вот случится несварение. Теперь хотя бы стала понятна та подстава, на которую пошла Варя. Она намеренно отдала указание Ангелине Юрьевне притащить детей в его офис, решив, что хоть так сможет ему поднасрать.
Что ж… Это ерунда. Он найдет, как разобраться с этой ситуацией. Но куда же запропастилась чертова секретарша?
Вернувшись в кабинет, Токарев взглянул на часы, чтобы убедиться в том, что в аэропорт он почти опаздывает. Посадочный фигня — распечатает на стойке, ну или в аппарате. Если стартовать прямо сейчас — он успеет.
— Папа, когда мы поедем в парк? — спросила Аня.
— Тут у тебя скучно, — скривила личико Маша.
Токарев сделал вдох-выдох.
— Сегодня никак не получится, девочки, — проговорил он, широко улыбнувшись. — Сейчас я позвоню вашей бабушке, она за вами приедет, а пока побудете с тетей Ветой.
Он начал названивать сначала секретарше, которая к его удивлению не взяла трубку, затем набрал мать.
— Даже не думай, Влад! — заявила она, не успел Токарев и слова сказать. — Я не буду сидеть с Аней и Машей! Я знаю, что ты гуляешь от Вари чаще, чем осенью идут дожди. Я на ее стороне, и будь добр уже займись детьми, пока наша девочка от тебя отдыхает!
Она выдала эту заготовленную тираду таким голосом, словно вот-вот готова была залезть на броневик и возглавить революцию. А Токарев нащупал рукой стул, подтащил его к себе и тяжело на него опустился.
Они обложили его со всех сторон, причем сделали это намеренно. Выход у Влада был один. Дождаться Вету, дать ей задание побыть с близняшками ближайшие дня три и улететь. Потом, правда, придется вернуться раньше времени, но это ерунда по сравнению с тем, что конференцию, возможно, придется пропустить.
— Вета, черт побери, немедля в офис! — рявкнул он в трубку, когда позвонил секретарше, но вместо ее голоса услышал механическую фразу автоответчика.
Он просто запаниковал. И чем острее становилось понимание, что Варя обо всем узнала, тем больше тревог порождалось в душе. А сейчас Токареву требовался светлый ум и трезвость мысли.
Итак, мать заодно с Варей, про тещу с тестем и говорить нечего. Вета опаздывает, что для его секретарши совершенно нетипично. Но представлять, что еще и его доверенный человек встал на сторону жены, было слишком.
— Папа! Да поехали уже в парк! — заканючила Аня.
— Мы устали ждать, — подхватила Маша. — Бабушка сказала, что ты сам все это придумал и хочешь провести с нами время!
Он перевел взгляд на дочь, ее нижняя губа дрогнула, и Маша посмотрела на отца с обидой. Аня держалась более стойко, но и она была уже очень сильно расстроена.
Внезапно в голову Токарева пришла чудесная мысль. А что если немного перенести поездку? Сдвинуть вылет на пару часов, за которые он успеет обзавестись билетами для дочек. У него ведь даже заграничные паспорта Ани и Маши хранятся прямо здесь, в сейфе! А потом они улетят втроем за границу, как и планировалось, и просто прекрасно проведут там время.
Си Лун обязательно поможет ему с тем, чтобы организовать детям досуг, пока он занят делами. А свободное от работы время Токарев проведет с близняшками. И на аттракционы свозит, да еще какие! Не чета тому парку, который находится в центре их города.
Эта мысль успокоила и приободрила.
— А у меня для вас еще более крутой сюрприз, — проговорил он, подходя к сейфу. — Мы прямо отсюда летим в другую страну в супер-офигенский луна-парк!
Девочки переглянулись. Их глазенки загорелись предвкушением. Вообще просто отличная идея пришла ему в голову! Он давно уже подзабил на детей, так что теперь наверстает сразу за все те дни, что должен был быть рядом.
— Вот это да! Ура! — вскинула руки Аня.
— А куда? — забеспокоилась Маша. — Мы ведь даже не взяли с собой одежду…
— И зубных щеток!
— И даже зарядки!
Они наперебой стали перечислять все то, без чего не представляли поездок куда бы то ни было, так что пришлось прервать этот поток:
— Спокойно! Купим все, что надо! Устроим шоп-тур!
Говоря это, Токарев испытывал просто невероятный подъем и желание уколоть Варю. Заставить жену понять, что решать все в своей жизни будет только он и никто другой. А сам параллельно заказывал билеты — себе и детям.
Когда же забрал Аню, Машу и приготовленный в поездку чемодан, сел в такси и они втроем направились в аэропорт, Владлен едва не танцевал танец победителя. Он щелкнет Варвару по носу! Сделает все так, как ему нужно! И вообще девочек посадит в отеле и обязательно найдет себе развлечение на ночь, хоть и не собирался на этот раз ни с кем трахаться.
Мстить так по полной!
Однако длилось это состояние недолго. Когда они прибыли в аэропорт и попытались зарегистрироваться на рейс, оказалось… что на вылет девочек за рубеж наложен нотариальный запрет со стороны Вари.
Твою мать!
Владлен выдохнул раз, другой. Закрыл и открыл глаза, но девушка за стойкой регистрации, смотрящая на него с дежурной улыбкой, никуда не исчезла. Она не бросилась все же оформлять документы, как он на то и рассчитывал. Она действительно сказала, что Варя наложила запрет на вылет девочек за рубеж с отцом!
Рядом с ним переминались с ноги на ногу встревоженные донельзя Аня и Маша. Этого добивалась Варя? Этого хотела, когда оформлять эти сраные ограничения? Чтобы ее дети страдали?
— Повторите, пожалуйста, еще раз, — попросил он девицу на премиальной, между прочим, стойке регистрации.
Он же не зря участвовал в этих дурацких программах приоритетных полетов, чтобы сейчас выслушивать все это?
— Вашим детям запрещен выезд из Российской Федерации без согласия их матери, Токаревой Варвары Андреевны.
Она вернула им документы и собиралась уже позвать следующих пассажиров, когда Влад не выдержал. Перегнулся через стойку и потребовал ответа:
— Как его можно снять?
Она пожала плечами.
— Здесь — никак. Этим вопросом должна заняться ваша жена.
И девица все же взяла и позвала на регистрацию следующих людей из очереди!
Пришлось отойти. В голове Влада появлялись картинки того, что он сделает с Варей, когда до нее доберется. Они тут же исчезали, но лишь для того, чтобы замениться новыми, еще более жестокими.
— Папа, что случилось? — спросила Аня.
Она чуть не плакала и постоянно переглядывалась с Машей.
— Мы никуда не летим, — обронил Владлен. — Скажите спасибо вашей маме!
Он отвел дочерей в сторонку, лихорадочно соображая, что делать с этим дальше. Приехали они в аэропорт с запасом, если сейчас кого-то вызвонить, чтобы этот «кто-то» забрал девочек, у него будет возможность все же улететь.
— Подождите здесь, — велел он Ане и Маше, оставив им под присмотр чемодан. — Я сейчас.
Отойдя в сторонку, Токарев принялся звонить Илье Чернованову. Это был его старинный приятель, юрист-акула, который сейчас иногда помогал Владлену в делах фирмы. Он подошел не сразу, и это даже породило совершенно дурацкое предположение, что и Илья в одной лодке с Варей. Как и Вета, с которой Токарев еще даже не разобрался — эта дурында нарывалась на увольнение, но данный вопрос он решит позже.
— Я слушаю, — раздался в трубке голос Чернованова, и Влад выдохнул.
— Варя наложила запрет на выезд наших детей за рубеж! Сними его! — рявкнул он в трубку, срывая злость на Илье.
В ответ раздалось молчание. Оно показалось Токареву гнетущим и тяжелым, как многопудовые гири.
— Это невозможно, — ответил Чернованов, и два озвученных слова стали отражением той действительности, в которой он пребывал целых два часа.
Это невозможно.
Однако факт оставался фактом. Новая реальность погрузила Владлена в себя и, что самое жуткое, он не понимал правил игры, чтобы начать вести в счете.
— В каком смысле невозможно? — вопросил Токарев.
— В таком. Я не могу просто куда-то пойти и что-то снять. Тут только суд.
Чернованов помолчал и добавил: