Амари Санд – Помощница антиквара (страница 26)
— Предлагаете мне стать вашей любовницей? — прямо спросила я.
— Я предлагаю покровительство, — поправил он голосом, в котором зазвучали бархатистые нотки. — Ты будешь работать под моим присмотром, в тишине и покое. Тебе больше не придется возиться с черепками Турова. Я обеспечу тебе такую жизнь, о которой ты даже мечтать не смела. Взамен я хочу лишь твоей преданности и того, что ты переведешь для меня все, что я попрошу. Соглашайся, Александра.
— Я отказываюсь, Филипп, — отчеканила, глядя ему в глаза. — Моя свобода не продается.
Клеймор лишь пугающе рассмеялся, словно я только что сказала удачную шутку. Экипаж тем временем въехал в Летний сад. За окнами я увидела нарядные аллеи и статуи, белеющие в тени деревьев.
— Свобода — это иллюзия, которую могут себе позволить только очень богатые или очень отчаянные люди, — Филипп подался ко мне, опаляя горячим дыханием мою щеку. — У тебя нет выбора, дорогая. Ты можешь лишь отсрочить неизбежное. Я дам тебе время подумать, пока ты занята переводом. Но помни: мое терпение не безгранично. Если ты дашь мне то, что я хочу, возможно, я позволю тебе еще немного поиграть в независимость. В противном случае… Ты сама видела, что происходит с теми, кто мне мешает.
Экипаж остановился, лакей распахнул дверцу, и солнечный свет ворвался внутрь, ослепляя меня после полумрака кареты.
Клеймор вышел первым и подал мне руку. Коснувшись его ладони, почувствовала, как пульсирует метка на шее, напоминая о том, что я все еще на крючке.
Летний сад встретил нас тишиной, нарушаемой лишь шелестом листвы и далеким скрипом гравия под ногами редких прохожих. Беломраморные статуи казались безмолвными свидетелями моей медленной казни.
Филипп вел меня под локоть, и его прикосновение обжигало даже сквозь плотную ткань плаща. Он играл роль галантного кавалера, но я чувствовала, как под этой маской пульсирует нетерпение хищника, загнавшего добычу в угол.
— Вы так молчаливы сегодня, Александра, — Клеймор остановился у фонтана, чьи брызги сверкали на солнце подобно россыпи мелких бриллиантов. — Красота природы должна располагать к беседе, а не к хмурым раздумьям. Или вас так тяготит мой скромный подарок? Камни в ваших ушах сияют ярче, чем вода в этом бассейне.
— Подарки такого рода обычно подразумевают обязательства, которые я не готова на себя брать, Филипп, — невольно коснулась рукой сапфиров. — Тишина — мой единственный способ сохранить рассудок после той ночи, которую я провела над вашим фолиантом. Вы ведь привели меня сюда не для того, чтобы обсуждать погоду и украшения?
Клеймор прищурился, и в его глазах промелькнула искра холодного торжества. Он подвел меня к уединенной скамье, скрытой за густыми зарослями сирени, и жестом пригласил сесть.
— Вы правы, я ценю ваш талант, — он понизил голос до вкрадчивого шепота. — Перевод первой главы — это лишь разминка. Мне нужен конкретный ритуал, описанный в середине книги. Он называется «Дыхание бездны». В нем говорится о способах временного подавления магических щитов на больших территориях. Скажите, Александра, сколько времени вам потребуется, чтобы расшифровать именно эти страницы?
— Это опасная затея, — я покачала головой, чувствуя, как внутри все сжимается от дурного предчувствия. — Ошибка в одном символе приведет к необратимым последствиям. Для расшифровки такого уровня мне нужны дополнительные записи или хотя бы неделя покоя в мастерской.
— У вас нет недели, — Клеймор резко подался вперед, его лицо оказалось в опасной близости от моего.
— Но я не машина для перевода! — воскликнула, чувствуя прилив праведного гнева. — Мой мозг буквально плавится от этих древних конструкций. Вы хотите получить работающий инструмент или груду бесполезного пергамента и мой труп в придачу? Если я ошибусь, вы опять прибежите, обвиняя меня во всех грехах? Дайте мне хотя бы три дня, и я сделаю черновой набросок текста.
Филипп сухо рассмеялся. Он поправил перчатку, не сводя с меня хищного взгляда, в котором читалось странное сочетание жестокости и болезненного восхищения. Его рука снова легла на мою ладонь. С трудом удержалась от желания ее отдернуть. Кожа под его пальцами буквально горела от отвращения.
— Три дня — это слишком долго, но я готов пойти на компромисс, если вы скрасите мой вечер, — он поднялся, вынуждая и меня встать. — Сейчас мы пообедаем в одном из лучших заведений столицы. Я хочу, чтобы вы забыли о пыльных книгах и насладились жизнью. А завтра в это же время жду от вас детальный разбор первой части ритуала. Идемте, Александра, экипаж уже подан к северным воротам.
Глава 17
Ресторан «Золотой осетр» поражал роскошью, которая казалась издевательством на фоне моего внутреннего состояния. Позолота, хрустальные люстры и вышколенные официанты создавали атмосферу праздника, в котором я чувствовала себя дорогим трофеем на витрине. Клеймор заказал лучшие вина и деликатесы, не спрашивая моего мнения. К еде я едва прикоснулась.
— Попробуйте эти устрицы, они доставлены сегодня утром из Парижа, — Филипп поднес к моим губам вилку. — Вы слишком бледны, дорогая. Нужно восстанавливать силы. Расскажите, как вам живется у Турова? Старик не слишком докучает своими придирками? Я мог бы подыскать вам жилье поприличнее, если вы согласитесь на более тесное сотрудничество.
— Савелий Кузьмич — мой опекун, и он заботится обо мне так, как умеет, — уклонилась от угощения, сморщив нос. — Предпочитаю независимость вашему щедрому предложению.
— Независимость — дорогое удовольствие, которое вам не по карману, Александра Ивановна. — Клеймор хмыкнул, пригубив шампанское Я — предлагаю будущее.
Когда мы покинули ресторан, сумерки уже начали опускаться на город, окрашивая Неву в багровые тона. Клеймор настойчиво потянул меня к реке. У причала нас уже ждала изящная лодка с гребцом, готовым выполнить любой каприз богатого господина.
Филипп усадил меня на мягкие подушки на корме и сел напротив. Тихий плеск весел и крики чаек создавали иллюзию романтического свидания. Но у меня был далеко не романтический настрой. Клеймор явно планировал особенное завершение вечера, и мне это категорически не нравилось.
— Смотрите, как красиво отражаются огни дворцов в воде, — он указал на набережную. — В этом мире все — лишь отражение истинной силы. Те, кто правит империей, не понимают, что сидят на пороховой бочке. А у нас с вами есть шанс стать теми, кто поднесет фитиль. Вы ведь чувствуете этот потенциал в себе, Александра? Ваша магия создана для великих свершений.
— Моя магия создана для созидания, Филипп, — я поплотнее закуталась в плащ. — Мне нравится возвращать жизнь вещам, которых время обрекло на забвение. Ваше стремление уничтожить мир ради призрачной власти мне глубоко чуждо.
Клеймор резко сократил расстояние между нами, пересаживаясь на скамью рядом. Он обхватил мое лицо ладонями, обдавая волной жара, парализующей мою волю. Он наклонился ко мне, намереваясь поцеловать. Допустить подобное я не могла и замахнулась, чтобы влепить пощечину.
Но Клеймор резко перехватил мою руку и завел ее мне за спину, вынуждая прижаться к нему всем телом. В его глазах разгоралась похоть хищника, который решил окончательно сломать свою жертву.
— Дерзкая девчонка, — прошипел он, властно впиваясь в мои губы подчиняющим поцелуем.
Отвращение переполнило меня, выжигая остатки страха и пробуждая звенящую ярость. Я со всей силы укусила его за губу.
Клеймор взревел и отпрянул, прижав руку к окровавленному рту. Капля его крови попала мне на губы, и в этот момент мир вокруг меня взорвался. Кольцо на мизинце раскалилось, пропуская мощнейший импульс, который оказалось не в силах сдержать блокировку. Контакт с кровью сильного мага сработал как детонатор, пробивая все барьеры и щиты.
Меня затянуло в воронку чужих воспоминаний.
Я увидела тот самый кабинет с ковром из лилий и человека, чей силуэт скрывался за золотистой дымкой. Его голос звучал как рокот обвала в горах, заполняя собой пространство и подавляя волю.
Клеймор стоял перед ним на коленях, низко склонив голову, и я чувствовала его благоговейный трепет, смешанный с ненавистью и животным ужасом перед этим существом.
Видение оборвалось так же резко, как и началось. Я осела на дно лодки, тяжело дыша и вытирая кровь с губ. Перед глазами стоял образ зловещего покровителя. По его приказу Клеймор готовил массовую бойню в самом сердце империи. А мне отводилась роль ключевого инструмента в этом кровавом спектакле.
— Что с тобой? — Филипп хищно прищурился, вытирая кровь платком. — Ты выглядишь так, будто увидела привидение.
Одарив Клеймора испепеляющим взглядом, я промолчала, не в силах вымолвить ни слова.
Покровитель приказал своему псу устроить акцию, но ни словом не обмолвился, каким образом это сделать. Следовательно, мой отказ никак не повлияет на то, что скоро столица утонет в крови невинных людей. Клеймор попросту найдет другой способ, и Канцелярия не сможет все это предотвратить.
Прогулка на воде не задалась. Филипп велел лодочнику плыть к берегу, где нас дожидался экипаж. Забравшись внутрь, я снова оказалась в тесном пространстве наедине с мужчиной, от которого веяло опасностью.