Амарант – Тушите свет! или Гостья из грядущего (страница 30)

В операционной ярко горел свет. Вокруг стола с пострадавшей столпилась целая бригада во главе с заведующей. Эту операцию она решила делать сама. Ассистировать – ее зам Лебедев. Рядом стоял врач-анестезиолог. И все трое интернов. Случай сложнейший, пусть учатся. Девушка незадолго до этого пришла в себя и испуганно взирала на происходящее, морщась от боли. Она была "одета" в белую простыню, на ногах такие же белые тапочки-бахилы. Все было готово, ждали только распечатку с противопоказаниями по анестезии.

Вдруг девушка прошептала:

– Я боюсь.

Ее тут же стали успокаивать. – Все будет хорошо…

– Я не за себя боюсь. За ребенка. Мне кажется, что я умру. Может не надо?

– Ну как не надо? У вас внутреннее кровотечение. Его надо срочно остановить.

Девушка попыталась улыбнуться. – Я понимаю, но… мне страшно.

Открылась дверь и в помещении возник Хоршев. Тоже в маске, как и все остальные. Он тяжело протопал к заведующей и протянул листок бумаги. – Вот…

Ирина посмотрела текст и кивнула.

– Можешь идти. Делаем комбинированный наркоз. Тиопентал-натрий в вену и фторотан ингаляцией. Приступайте.

Анестезиолог стал готовить шприц. Хоршев мельком глянул на девушку и повернулся к выходу. Но вдруг замер. Снова посмотрел на пациентку, а точнее на ее лицо. Чуть прищурил глаза и хотел идти. И опять остановился. Женя смотрела прямо на него. Их глаза встретились. Девушка с трудом прошептала:

– Я умру. Помогите мне…

Хоршев медленно кивнул. – Да, верно.

Анестезиолог уже растирал вену ваткой, готовясь к инъекции. Услышав эти слова, изумленно посмотрел на парня.

– Ты что несешь?

Тот протянул ладонь, отодвигая врача от больной.

– Операцию делать нельзя. Она умрет…

Наступила всеобщая тишина. Все были в шоке. Первой опомнилась Ирина. Рванулась к Хоршеву.

– Выйди отсюда! Быстро!

Он чуть качнул головой. – Я не дам делать операцию… Затем обратился к девушке. – Иди в отказ или умрешь…

Та как-то по-детски скривила губы. – Я поняла. Не надо меня резать! Я против!…

В кабинете заведующей собралось немало народа. Практически все высшее руководство больницы. Во главе с главврачом, Виктором Аркадьевичем Шаповаловым и его обоими заместителями – по медицинской части и хирургической помощи. А также сама заведующая и ее зам. Лебедев.

Такого "форс-мажора" еще не случалось в стенах больницы за все время ее существования. Произошедшее было таким диким "беспределом", что… просто нет слов, одни междометия. Сам виновник события сидел на стуле напротив заведующей, угрюмо уставясь в одну точку. Ирина с ненавистью смотрела на его невозмутимое лицо.

– Ты можешь объяснить или нет?

– Могу. Она умрет.

– Да отчего???

– Не знаю. Сделайте анализы.

– Какие именно?

– Не знаю…

Открылась дверь, в комнату зашел Селезнев. Обреченно развел руками.

– Отказывается наотрез. Говорит, что верит ему.

Вмешалась Ирина Валерьевна Смирнова, зам по хирургии. – Вы сказали, что он не врач и что у него просто юмор такой странный?

– Да все сказал! Бесполезно. Говорит, пусть он сам придет и скажет что пошутил. Бред какой-то!

Шаповалов обратился к Хоршеву:

– Послушайте, вы кажется не понимаете глубины своего поступка. Москвиной нужна операция. Срочная! У нее внутреннее кровотечение. Вы можете что-то конкретно объяснить?

– Не могу. Сделайте анализы.

– Да какие именно? На что?

– Не знаю…

Ирина почувствовала, как поднимается кровь к голове. Вид этого упрямого быка был просто невыносим.

– Так. Вот что. Или ты сейчас идешь к больной и говоришь, что пошутил. Или пиши заявление по собственному. Понятно? И еще спасибо скажи, если мы на тебя в суд не подадим.

Хоршев чуть призадумался, затем молвил:

– Ладно. Дайте ручку-бумагу.

Окружающие ахнули. Ничего себе… Ирина вынула из стола листок и уже из последних сил сдерживаясь, швырнула на стол. – Пиши! Ручка на столе.

Хоршев придвинул листок и быстро написал несколько строчек. Ирина не глядя сбросила лист в ящик стола. Затем он встал и прошел к своему шкафчику. Собрал вещи в пакет. Все завороженно наблюдали за его действиями. Вдруг он остановился и посмотрел на заведующую:

– Можно наедине поговорить? Это быстро.

Присутствующие затрясли головой – Не надо!… Ирина вспыхнула и окончательно сорвалась на крик.

– Что? Свернешь мне шею и скажешь что муха на щеке??? Очень быстро? Не выйдет! Хрен тебе, циклоп чертов! Убирайся отсюда! Пошел вон!!!

Хоршев даже бровью не повел. Молча пошел к выходу. У самой двери обернулся. Медленно поднял руку и дважды коснулся пальцами лба.

– Вот…

– Чего вот? Чего ты нам тут показываешь? Вон пошел!

– Отсюда к ней смерть придет. От головы…

Затем толкнул дверь и вышел…

В коридоре собралось почти все отделение в полном составе. Врачи, медсестры, санитары и санитарки… Люди стояли вдоль стен, возбужденно переговаривались и слушали доносящиеся из кабинета начальницы звуки. Когда дверь открылась, все притихли.

Хоршев медленно двинулся к лестнице, держа в руке пакет с вещами. Как будто сквозь "коридор позора". Медики усмехались ему вслед и качали головой. – Ну и ну…

Лена стояла рядом с другими двумя интернами. Когда Хоршев проследовал мимо, Сахно хихикнул и быстро показал средний палец. И Лена… сама не понимая зачем, поддавшись какому-то самопроизвольному порыву, вытянула правую руку и сотворила двумя пальцами "козла".

Вдруг Хоршев чуть замедлил шаг и резко обернулся. Секунду он смотрел прямо в глаза обомлевшей девушки. Затем отвернулся и пошел дальше. Вскоре он исчез в лестничном проеме.

Когда за уволенным закрылась дверь, в кабинете с минуту стояла тишина. Все вдруг как-то осознали, что происходит неладное. Что-то тут не то… Главврач первым нарушил молчание.

– Зря вы так, Ирина Сергеевна.

Она сидела, вся дрожа от стресса. – Сама не понимаю как вышло…

– Этот Хоршев, он вообще… как у него с юмором?

– Вообще никак. Он разговаривает-то еле-еле.

Шаповалов покачал головой. – Не нравится мне это…

Вмешалась зам. по хирургии. – Мне тоже не нравится. Что он там про голову? Уж не менингит ли?

– Надо срочно люмбальную пункцию делать!

Ирина измученно посмотрела на шефа. – Думаете у нее пневмококки?