Аманда Проуз – Дитя клевера (страница 76)
– Не представляю себе, как она может быть счастливой. Конечно, беременность отвлекает ее от всяких неприятных мыслей, но в целом… Как можно быть счастливой, когда живешь рядом с мужчиной, который не обращает на тебя никакого внимания и все его мысли постоянно заняты другой женщиной? Это же не семейная жизнь, а фарс какой-то! Ее родителям очень хотелось усилить свои позиции и свое влияние на Сент-Люсии. Я, по их мнению, очень подходящее средство для таких амбициозных планов. Наш брак с Ангеликой – это обыкновенная сделка, и только.
– А разве тебе не хочется стать отцом? – прошептала она и чуть не укусила себя за язык. Ибо с уст ее уже рвалось продолжение: «Это будет уже второй твой ребенок. У тебя уже есть сын! Красивый, очень красивый мальчик! Но его у меня забрали…»
– Пожалуйста, не заставляй меня отвечать на этот вопрос!
– Почему?
Сол повернулся к ней лицом и посмотрел прямо в глаза, потом взял ее за руку.
– Потому что я хочу иметь ребенка только от женщины, которую люблю. А эта женщина – ты! Всякий раз, когда я смотрю на ее живот, я мысленно представляю тебя, и в такие моменты моя неприязнь к ней только возрастает. Ведь это она связала меня навечно узами брака. Звучит ужасно, да? Я и сам себе порой кажусь самым настоящим монстром…
– Отвези меня домой, Сол!
Машина тронулась с места. День уже клонился к вечеру. Огромный золотой диск медленно скользил к горизонту, скрываясь постепенно в океане. Дот переступила порог летнего домика и стала зажигать свечи, которые были расставлены повсюду. Комната моментально наполнилась сиянием множества мерцающих огоньков. Дот взглянула на собственную тень, скользнувшую по стене, неожиданно очень большую. Сол между тем извлек из багажника коробку и тоже направился в дом. Он взглянул на сияющую огоньками комнату и улыбнулся своей любимой. Сегодня они вдвоем провели просто незабываемый день.
Он опустился рядом с Дот на диван и взял ее за руку.
– Ты за всю дорогу не обмолвилась и словом.
– Да! Я думала…
– О чем, моя родная?
– Я размышляла о том, что нельзя строить свое счастье за счет других, делая этих «других» несчастными. Это неправильно! Нельзя платить такую высокую цену за собственное желание быть счастливыми.
– А нельзя хотя бы изредка задуматься и о самих себе? Разве мы с тобой, к примеру, не заслуживаем счастья?
– Не знаю, не знаю… Я знаю лишь только то, что люблю тебя. Я люблю тебя так, что это нельзя даже выразить словами… И я знаю, что буду любить тебя вечно. Но разве я могу обидеть Ангелику? Разве я могу причинить зло ее ребенку? Нет! Не могу!
Она отрицательно качнула головой и вдруг вспомнила расстроенное лицо Барбары. Потом перед ее мысленным взором предстала несчастная мать малышки Грейс, Дот вспомнила, как тащили бедную женщину, можно сказать, волочили по земле назад, в монастырский приют.
– Останься со мной! Пожалуйста! Умоляю тебя… Мы что-нибудь придумаем…
– Что?! Что можно придумать в нашей с тобой ситуации? Ты предлагаешь мне всю оставшуюся жизнь прятаться на заднем сиденье твоей машины?
– Зачем ты так? Конечно, нет! Я могу купить дом. У нас был бы свой домик… такой, как вот этот… и мы бы каждую ночь сидели с тобой на веранде и…
– Нет! Замолчи! – Дот поднесла руку к лицу Сола и закрыла пальцами его рот. – Не хочу, чтобы ты и дальше рассказывал мне фантазии, которым никогда не суждено осуществиться! Мало ли, что мы хотим чего-то там этакого! И даже жаждем… Все это пустые мечты… Но если бы ты только знал, как потом больно, когда начинаешь понимать, что все это лишь фантазии и обман.
– Но почему обман? В наших силах сделать наши мечты реальностью. Надо только постараться, что-то придумать…
– Ты будешь метаться между своей женой и мною. Украдкой пробираться ко мне… Это бесчестно! Это недостойно… Мало-помалу она возненавидит свою жизнь. И я тоже! Я не хочу делить тебя ни с кем! Тем более с женщиной, которая носит под сердцем твоего ребенка. Ты начнешь лгать своему ребенку, притворяться перед ним, а кончишь тем, что тоже возненавидишь и себя, и свою жизнь.
– Я и сейчас ненавижу свою жизнь! – Голос Сола сорвался на крик. – Я хочу тебя! Я хочу только тебя! Ну пожалуйста, Кловер! Скажи! Ты просто боишься уезжать из Лондона, да? Хорошо! Пусть будет так! Мне на все здесь наплевать! Начнем все сначала! Я поеду вместе с тобой!
Дот больно стиснула его руку.
– И бросишь своего ребенка? Нет! Я не возьму такой грех на душу! – воскликнула она и мысленно добавила: «И все повторится снова? Два младенца лишатся своего родного отца, и все по моей вине?» – Я все решила, Сол! Я возвращаюсь домой!
«По крайней мере, хоть у этого малыша будет отец!»
– Да, я возвращаюсь домой. И даже постараюсь наладить свою семейную жизнь… Я всегда буду любить тебя. Но ты не волнуйся, я уезжаю домой почти счастливой. Ведь теперь я точно знаю, что ты любишь меня и тоже будешь любить всегда. В каком-то смысле этого мне вполне хватит… Все это время в разлуке с тобой меня убивала неопределенность. Я мучилась от того, что ошиблась в тебе, ошиблась в наших с тобой чувствах. А оказалось, что ни в чем я не ошиблась! Мы действительно любим друг друга. Ведь так?
Сол медленно поднялся с дивана. Она продолжила:
– Какое счастье – знать, что ты не ошибался! Я люблю тебя, дорогой!
В памяти Дот неожиданно всплыли слова матери. Мудрые слова, которые когда-то она встретила в штыки. «Доченька моя! Прислушайся к себе! С чего ты решила, что любовь – это самое важное в нашей жизни? Так вот! Говорю тебе, что это далеко не так! Любовь – это то, что бывает в кино… мимолетная искорка, которая вспыхнет и тут же гаснет. Послушай меня, Дот! Она гаснет!»
Сол встал во весь рост и взял ее за руку.
– Пошли на улицу! Начинается мое любимое время суток. Солнце садится в море, начинает веять прохладой. Пошли! Пусть теплый бриз, дующий с залива, обдаст нас своей свежестью. А потом будем делать то, о чем я тебе когда-то рассказывал. Просто сидеть и наблюдать, как у самой кромки горизонта мерцают огоньки судов, стоящих на рейде в бухте Редюит. Я буду сидеть на веранде, держать твою руку в своей, вдыхать аромат жасмина, которым полнится воздух вокруг. Я хочу провести хотя бы одну ночь здесь, с тобой. И чтобы окна были раскрыты настежь, и чтобы теплый ветерок обдувал наши разгоряченные тела, пока я буду сжимать тебя в своих объятиях. А потом, проснувшись рано утром, мы, как я об этом и мечтал когда-то, выпьем свежий ананасовый сок и насладимся плодами манго. После чего побежим на пляж и окунемся с головой в кристально чистые воды моря, будем плавать, нырять, пробовать на вкус солоноватую морскую воду, ощущать приятное жжение соли на своей коже и загорать или просто лежать, устроившись в тенечке какой-нибудь пальмы. Пожалуйста, Кловер! Умоляю тебя! Не прогоняй меня прочь! Давай проведем хотя бы одну ночь так, как мы об этом когда-то мечтали! Быть может, именно эта одна-единственная ночь поможет мне потом продержаться весь остаток моих дней. Ее я стану вспоминать, когда стану стариком. Что скажешь, Кловер? Ты подаришь мне эту ночь?
Дот потянулась к нему навстречу и осторожно коснулась пальцами его лица. Оно было мокрым от слез.
– Да! Одну ночь!
– Но вначале…
Сол подошел к картонной коробке, которую он поставил на маленький столик у входа, и открыл ее.
– Все эти вещи хранились в нашем доме с незапамятных лет! – Он извлек из коробки граммофон и стал крутить правой рукой ручку. – Когда я танцевал с тобой в последний раз, я еще не знал тогда, что это – наш с тобой прощальный танец. Зато сегодня я это знаю!
Он отодвинул диван в сторону, быстро свернул палас.
– Приглашаю тебя на танец, моя Кловер! Давай притворимся, что впереди у нас с тобой целая вечность…
Послышалось легкое потрескивание иглы, зашуршала старая пластинка. Сол притянул Дот к себе и крепко обнял за талию, другой рукой взял ее за руку, и они оба замерли в ожидании первых звуков мелодии, хорошо зная, какая мелодия сейчас зазвучит. И вот он наконец, бархатный, насыщенный голос Этты. Полились первые слова их песни.
Сол еще теснее прижал Дот к себе. Она положила ему на грудь свою левую руку, а правая по-прежнему была в его руке. Они действительно сейчас слились в этом танце, кружась по комнате как одно целое, под музыку, которая стала своеобразным сопровождением всей их любви.
– Я так люблю тебя! И буду любить тебя всегда! – прошептал Сол ей в волосы. Он говорил с трудом, его душили слезы.
– Я тоже тебя люблю! – тихо проронила Дот, уткнувшись лицом ему в грудь.
– Не отпускай меня, Сол!
Голос ее дрогнул, и она умолкла, не в силах скрыть охватившее ее отчаяние.
– Я тебя никогда не отпущу, любовь моя!
Сол с силой прижал ее к себе, почти припечатал к собственному телу.
– Все будет хорошо, да?
– Да, все будет хорошо, любовь моя!
Дот улыбнулась ему в грудь. Сол запустил руку в ее волосы, любуясь тем, как струится водопад ее кудрей сквозь его пальцы.