Аманда Луззадер – Зов гармонии (страница 12)

– А что дальше?

– Ну, моя мама договаривалась с их мамами, чтобы меня звали на ночевки, но проходили они совсем не весело. Они шептались обо мне прямо у меня на глазах и вели себя совсем не по-доброму.

Бринн было трудно представить, чтобы с ее мамой плохо обращались. Дана была такая классная, умная и веселая! Кому только могло прийти в голову быть с ней грубым?

– Так чем же все кончилось? – захотела узнать девочка.

– В конце концов я поняла, что не хочу дружить с теми, кто так со мной обходится. Я попробовала заставить их перестать распространять слухи обо мне. Наорала на них и назвала врунами.

– И это их остановило?

– Если бы, – вздохнула Дана. – На деле стало только хуже.

– Такое поведение – одна из форм травли, издевательства, – подключился папа Бринн. – Когда тебя изолируют, распускают слухи о тебе или что-то подобное, синяков, может, и не останется, но это все равно больно.

– Так вы считаете, что Джейд и Присцилла надо мной издеваются? – не поняла Бринн.

– Нет, не думаю, – покачал головой Адриан. – Но иногда дружба просто прекращается по непонятным нам причинам. Люди и отношения меняются, и травля тут ни при чем. А вот бойкот, обзывательства и распространение слухов – это травля.

– Мне не кажется, что они специально хотят сделать мне больно, – проговорила Бринн. – Они не грубили мне нарочно или что-то такое… Просто они как будто все время заняты чем-то вдвоем без меня.

– Джейд всегда увлекалась пением, – заметил Адриан. – Так что это неплохо, что у нее появилась подруга, которая так же сильно его любит. Может, это временное явление.

– И как ты поступила с теми друзьями, которые тебе грубили, мам? – вернулась к рассказу Даны Бринн.

– Ну, сначала думала, что сама во всем виновата. Думала, что те плохие вещи, которые они обо мне говорят, это правда. Но потом поняла, что я – не плохая русалка и у меня есть много хороших качеств. После этого слухи стало легче выдерживать. Я знала, кто я есть на самом деле. Знала, что я – хорошая и достойная. И те, кто по-настоящему меня знал – те, кто имел значение, как моя семья, – знали и правду обо мне. Неважно, что говорят о тебе другие, если ты сам знаешь, как все есть на самом деле. Думаю, тем, другим русалочкам в итоге наскучило распускать обо мне слухи, потому что я перестала на них реагировать. А я благодаря этой истории нашла новых друзей – лучших, – которые всегда станут за меня горой. Я по сей день с ними дружу. Но я никогда не завела бы такой долгой дружбы, если бы так и пыталась наладить отношения с теми русалочками.

– О-го-го, – Бринн почесала в голове. – Так что же, по-вашему, делать мне? Перестать пытаться дружить с Джейд?

– Я этого не говорю, – возразила Дана. – Я просто прошу тебя помнить, кто ты есть, и знать, что в море множество русалочек, которые будут рады с тобой подружиться. Я надеюсь, что между вами с Джейд и даже Присциллой все наладится, но, если нет, с тобой все будет в порядке. Что бы ни случилось, мы с папой всегда на твоей стороне.

– Всегда, – поддержал Адриан. – И этого ничто не свете не изменит.

Тут Талли ткнул Бринн носом в бок, и Адриан рассмеялся:

– Кажется, Талли говорит, что и он тоже за тебя. Уверен, ты вспомнишь и других, на кого можешь рассчитывать, – других друзей, учителей, дедушку с бабушкой.

Бринн покивала. Уилл оставался отличным другом, и с ним было очень весело. И она была уверена, что всегда может положиться на учительницу магии, мисс Мейерс. Дедушка с бабушкой жили далеко, но Бринн знала, что они ее любят. Она может остаться без Джейд, но не в одиночестве.

Бринн шокировало, что у ее мамы в средней школе были проблемы с друзьями, и Бринн удивлялась тому, сколько в них общего с ее неприятностями. Интересно, а с другими русалочками в школе Кристал-уотер происходит что-то подобное?

Адриан с Данной сказали, что в ближайшее время будут забирать Бринн после школы, чтобы увериться, что у нее больше не возникнет проблем с теми, кто приехал в город, но Бринн упросила их не делать этого:

– Никого больше не забирают родители. А потом, офицер МакСкейлз сказал, что в районе расставят полицейских, и они будут следить за мной.

Родителям Бринн это не понравилось, но они с неохотой согласились.

– Тогда после школы сразу плыви домой, – наказала Дана. – И если кто-то будет к тебе приставать – зови на помощь.

Бринн вывела Талли на поверхность и, пока он гулял, думала о своих отношениях с Джейд. У них было столько общих воспоминаний! Бринн вздохнула. Нет, пока она еще не была готова ставить крест на их дружбе.

Глава девятая

Позднее в тот день Бринн сделала нечто такое, от чего у нее всегда поднималось настроение. Поплыла в ламинариевый лес. Там, в гуще близко растущих побегов темно-зеленой водоросли, имелась полянка, которую мирно освещало солнце. Это было отличное место, чтобы расслабиться, подумать и попрактиковаться в магии. Поляна стала одним из особых мест для Бринн – уголком, где она могла укрыться от невзгод.

Стычка с Флетчером немного напугала ее, но на деле Бринн сильнее расстраивалась из-за дружбы с Джейд и того, как изменились их отношения. Девочки подружились еще до того, как толком научились плавать, и Бринн не могла припомнить, чтобы меж ними хоть когда-нибудь с тех пор наступал такой разлад. Ничего похожего еще никогда не случалось. Даже когда миссис Сэндс запретила им видеться, в душе Бринн знала, что они по-прежнему лучшие подруги. А теперь – ладно уж, лучшие: было непонятно, подруги ли они вообще.

Бринн вздохнула и подняла взгляд к верхушкам стеблей ламинарии. Они слабо качались в волнах на поверхности океана, и солнце, пробиваясь сквозь них, посверкивало бликами, как магия. Вид с камня, на котором сидела Бринн, постоянно менялся, всякий раз оказываясь иным.

Девочка снова решила, что, чем терзаться, она лучше откровенно поговорит с Джейд о своих чувствах. Когда солнце стало садиться и сгустились сумерки, Бринн поплыла домой. Мирная атмосфера леса и теплые солнечные лучи привели ее мысли в порядок, и Бринн почувствовала, что готова снова попробовать восстановить дружбу, которая дала трещину.

Джейд больше не ездила на скоростном течении – вместо этого ее каждый день подбрасывало до школы семейство Присциллы. Так что на следующий день, оказавшись в школе, Бринн начала искать подругу. Она заметила Джейд в переполненном и шумном коридоре и подплыла к ней:

– Джейд, можно с тобой поговорить?

– Конечно, – в голосе Джейд послышались нотки колебания.

Бринн поняла, что подруга, скорее всего, вспомнила, что случилось в последний раз, когда они встретились в коридоре, но решила сохранять спокойствие и дружелюбие.

– В чем дело? – нервно спросила Джейд.

Бринн глубоко вдохнула:

– Ну, в последний раз, когда мы с тобой разговаривали, могло показаться, что мы больше не подруги. Ты на самом деле так считаешь?

Джейд тоже набрала в грудь воздуха:

– Нет, Бринн. Просто я взбесилась, потому что мне показалось, что ты пытаешься не дать мне общаться с Присциллой. Мы совершенно точно по-прежнему подруги.

– Это хорошо. Но мы больше не видимся. А то время, которое мы раньше проводили вместе – ездили утром на течении или играли в Русси у меня дома, – ты теперь проводишь с Присциллой. – Было трудно говорить такие вещи, не расплакавшись и не разозлившись, но Бринн старалась изо всех сил. – У меня ощущение, что в последние недели у тебя особо нет на меня времени.

– Все не так, – возразила Джейд. – Я просто действительно люблю петь, и Присцилла тоже любит, а я знаю, что пение – это не твое.

– Так дело только в этом? В пении?

– Ну да. Она классно поет, и нам очень нравится петь вместе.

Бринн подумала: может, она ошибалась и устроила драму на пустом месте? И Уилл, и ее родители пытались объяснить ей, что все будет в порядке. Получается, она слишком бурно реагировала? Она вспомнила свое общение с Присциллой. С ней Бринн была завистливой и язвительной.

– Ты мне по-прежнему нравишься, Бринн. Очень. Мы же целую вечность были лучшими подругами.

– Я знаю, – покачала головой Бринн. – Но сейчас кажется, что все изменилось.

Раздался звонок, и Бринн вздохнула. Ей бы хотелось продолжать разговор до тех пор, пока не полегчает на душе.

– Лучше нам пойти, – заметила Джейд. – Не хочу опоздать на урок.

Но кое-что в словах подруги подало Бринн идею. Так что после того, как уроки окончились, Бринн поплыла в кабинет хорового пения, чтобы поговорить с Сесилией Блю, учительницей музыки, которая вела хор.

– Здравствуйте, мисс Блю. Я хотела узнать, не дадите ли вы мне несколько индивидуальных уроков. Я могу платить вам из карманных денег.

Мисс Блю улыбнулась:

– Я действительно занимаюсь с учениками индивидуально. А откуда такой внезапный интерес?

– Ну не то чтобы у меня правда внезапно появился интерес… – Бринн засомневалась, стоит ли раскрывать настоящую причину, по которой она попросила об индивидуальных занятиях.

Мисс Блю всегда была славной. Она была одной из самых старых учителей в средней школе Кристал-уотер, но Бринн замечала, что морщинки вокруг ее глаз и на лбу направлены вверх, а не вниз, – девочка была уверена, что так получилось из-за многих лет улыбок. На деле мисс Блю напоминала Бринн состаренную версию ее любимой учительницы – Винди Мейерс, которая вела введение в магию. И это сходство позволяло надеяться, что с мисс Блю можно поделиться даже самой страшной тайной.