Аманда Луззадер – Талисман забытых земель (страница 11)

На короткий миг Бринн подумала было, что ее проблемы будут решены, но теперь вернулась к прежнему состоянию – полной безнадежности. Вздохнув, она присела рядом с Талли и заглянула ему в глаза. Потом обняла черепашонка:

– Все хорошо, малыш. Поплыли домой.

Глава седьмая

Позднее на той же неделе, на уроке магии, Винди остановилась у стола Бринн.

– Бринн, – сказала она, – почему ты не практикуешься на уроке?

Губы девочки искривились: она подыскивала подходящий ответ.

– Ну, мисс Мейерс, я просто не очень хорошо себя сегодня чувствую.

Что, по сути, и ложью-то не было. На деле Бринн все последнее время чувствовала себя неважно. У нее то и дело болели то живот, то голова, а мышцы находились в постоянном напряжении. Она была уверена, что это из-за стресса от уроков магии, но просто не представляла, что с этим можно поделать.

– Хочешь позвонить домой? – спросила мисс Мейерс.

– Нет, – ответила Бринн. – Если можно, я просто посижу здесь, посмотрю, и все будет в порядке.

– Хорошо, если ты уверена.

Мисс Мейерс поплыла дальше по ряду, а Уилл наклонился к Бринн через проход.

– Ты обманываешь, – шепнул он.

– Вот и нет, – прошипела Бринн в ответ.

– Уилл? Бринн? – окликнула мисс Мейерс. – У вас там какие-то сложности?

– Нет. Никаких сложностей, мисс Мейерс, – отозвался Уильям.

– Тогда успокойтесь. Сосредоточьтесь на задании.

Уилл занимал соседнее место, и Бринн знала, что он наверняка сообразил, что у нее трудности с уроками. Вероятно, даже понял, что она не может наложить ни единого заклятия.

– Итак, – произнесла мисс Мейерс. – Прежде чем мы разойдемся, давайте поговорим о том, как усилить наши магические заклинания, чтобы они стали мощнее. Есть несколько путей наложения усилительных заклятий. Кто назовет какие-нибудь?

Бринн достаточно слушала и читала, чтобы знать ответы: заклинания можно развить, расширить и усилить множеством способов. Например, пение делает заклятия мощнее. Еще помогает дружба – двое друзей, которые накладывают одно заклятие одновременно, усиливают магию друг друга и могут произвести куда более мощное волшебство, нежели в одиночку. Заколдованные предметы, как недавно выяснила Бринн, тоже можно использовать для усиления румагии. К несчастью, она не понимала, как или почему все это работает, поскольку до сих пор так и не научилась ни одному заклинанию, так что не стала поднимать руку. Какой прок знать что-то о магии, если ты не можешь ее творить?

В скоростном течении, когда Бринн ехала домой с Джейд, Уилл проплыл мимо подруг, чтобы занять свободное место. А усевшись, одарил Бринн фальшивой улыбкой.

– У тебя какая-то проблема, Уильям Бич? – спросила Джейд с резкими нотками в голосе.

– У меня? – Уильям притворился невинной овечкой. – Да нет. Пожалуй, мне просто интересно, попрежнему ли Бринн думает, что магия такая суперлегкая – притом что сама не может наложить ни одного заклинания.

Взгляд Джейд метнулся к подруге:

– О чем это он?

Бринн трусливо пожала плечами, желая, чтобы вся эта ситуация просто как-нибудь растворилась.

– Отстань, Уильям, – сказала Джейд. – У Бринн с магией лучше, наверное, чем у нас с тобой, вместе взятых.

– Да ну? – Уилл подплыл ближе: – Правда? А ты когда-нибудь видела, как она колдует?

– Нет, – выплюнула Джейд. – Но какая разница? Я никогда не видела, чтобы ты ковырял в носу, но готова поспорить, ты только этим и занимаешься. И потом – кто будет просто болтаться после уроков, занимаясь магией? Или геометрией? Или химией?

«Джейд – по-настоящему верный друг, пусть даже она ошибается», – подумала Бринн.

– Конечно же, Бринн может творить магию, – прибавила Джейд. – Ведь так, Бринн?

– Э-э, да, конечно, – выдавила Бринн, чувствуя, как горят щеки.

– Отлично, – сказал ей Уильям. – Покажи нам.

– Она не должна ничего тебе доказывать, – огрызнулась Джейд.

– Ты имеешь в виду – не может ничего доказать, – парировал Уилл.

– Просто сегодня мне не очень хорошо, – объяснила Бринн. – Но я способна на куда более сильную магию, чем ты, Уилл.

– На спор?

– На спор? В каком это смысле?

К этому моменту вокруг них столпились, прислушиваясь, несколько учеников, которым стало интересно, из-за чего весь сыр-бор. Уилл оглянулся на них и заговорил громче.

– Если у тебя так хорошо с магией, – произнес он больше для окружающих, нежели для Бринн, – ты отлично справишься с четвертным экзаменом.

Джейд рассмеялась:

– Я точно знаю, что тебя, Уильям, она переколдует. Она наверняка наберет больше баллов, чем любой из нас.

Бринн очень ценила, что подруга вступалась за нее, но внутри вся сжалась от страха. Нужно как-то съехать с этой темы.

– Да неужто? – протянул Уилл. – Наберет больше всех баллов в классе? О’кей, как насчет такого пари: если Бринн окажется лучшей по баллам, я отдам ей все свои карманные деньги за месяц. Это двадцать пескодолларов. А если нет… – Он оглянулся на окруживших его учеников: – Если нет – она должна будет сплавать на самое дно Скалистой впадины.

Все вокруг ахнули.

Скалистой впадиной назывался длинный глубокий котлован недалеко от Блистательного. Он представлял собой гигантский разлом в океанском дне – говорили, что он доходит до самого ядра Земли. Заглядывать в эту пропасть было все равно что смотреть с края Вселенной – ни единый луч солнца не мог достичь дна. И пугала не только темнота. Во-первых, ходили слухи, что в разломе водятся призраки, – хотя, похоже, никто не знал, чьи именно. А еще из-за того, что вода внизу была такая холодная, плотная и тяжелая – в ней содержалось меньше кислорода, из-за чего было трудно дышать.

Никто даже не знал толком, как глубока Скалистая впадина, и никто не представлял, что водится в ее недрах. Бринн всегда боялась этого места, и родители наказывали ей никогда к нему не приближаться. При одной мысли о впадине ее руки покрылись мурашками.

– Карманные деньги за целый месяц? – изумилась Джейд. – Пф-ф. Считай, они уже ее. Готовься выложить денежки, Уильям.

– Джейд! – прошипела Бринн.

– Заметано, – сказал Уилл.

Он протянул руку Бринн, и той ничего не оставалось, кроме как пожать ее.

– Вы все свидетели! – воскликнул Уилл. – Пари заключено. Увидимся, Бринн. Сейчас моя остановка. – Уилл ехидно улыбнулся им и сошел с течения, а толпа вокруг начала расходиться, возбужденно переговариваясь.

– Джейд! Зачем ты все это говорила?

Подруга посмотрела на Бринн, склонив голову:

– Все же смотрели, Бринн. Я не хотела, чтобы они считали тебя трусишкой.

– Но как же Скалистая впадина? – простонала Бринн.

– Пф-ф, – фыркнула Джейд. – А что Скалистая впадина?

– Ну, я слышала, что она бездонная и внизу живут монстры и еще призраки.

– Ой, мамочки мои, ну да, – отозвалась Джейд. – Все так и есть. Там древние морские чудовища, и водные призраки, и никто-не-знает-что еще. Тебе лучше и близко к ней не подходить.

Бринн снова застонала.

– Но тебе и не придется, – продолжала Джейд. – Ты же лучшая по магии во всей школе – может, даже во всем районе. Так или нет?

Бринн сама загнала себя в капкан. Она не хотела, просто все цеплялось одно за другое – и вот вам, пожалуйста. Она не только вот-вот провалит четвертные экзамены, но еще и проиграет это унизительное пари. Но как можно было признаться во всем лучшей подруге, тем более что та настолько хорошо о ней думает? Бринн не хотела проигрывать и уж точно не хотела, чтобы они с Джейд перестали быть подругами. В этом был ее главный страх. Бринн не могла избавиться от мысли, что если Джейд узнает, насколько она слаба в магии, то не захочет больше дружить с ней.

– Ну не знаю, Джейд. Кому какое дело до того, кто лучший? Может, я вообще хуже всех в школе.

– А. – Джейд только отмахнулась. – Позанимаешься дополнительно. Это не будет так уж сложно, и ты заработаешь на этом двадцать пескодолларов. Что немало – сможем сходить полопать моллюсбургеров с водорослевыми коктейлями.

К тому времени, как Бринн добралась домой, ей было уже очень плохо. Следующие несколько дней она говорила родителям, что слишком больна, чтобы ходить в школу, – и это не было враньем. Но, чем дольше без уроков, тем лучше Бринн себя чувствовала. Живот перестал болеть, и она снова начала находить радость в жизни. Когда в очередной день родители вернулись с работы, они с Талли уже играли в пятнашки.