Аманда Квик – Волшебный дар (страница 5)

Но она ухитрилась скрыть свои чувства очередной улыбкой и скромно опустила ресницы.

– Счастлива это слышать.

Селеста была уверена, что голос звучит, как всегда, весело и беспечно, но сердце по-прежнему билось чересчур сильно. Огромным усилием воли она заставила себя не стиснуть кулаки.

Говард присмотрелся к жене чуть внимательнее, улыбнулся и отвел взгляд.

– Довольно о Лавинии и мистере Марче. Они и в самом деле необычная пара, но их странный бизнес нас не касается.

Когда он снова отвернулся к окну, Селеста облегченно перевела дыхание, словно выпутавшись из невидимого капкана. Нет, нужно успокоиться и взять себя в руки!

Несмотря на внешне небрежное объяснение Говарда, она отчего-то не верила, что одно лишь простое любопытство заставило его известить Лавинию о своем прибытии в столицу. Его наверняка интересует миссис Лейк, и очень. Что же, это к лучшему, по крайней мере ему будет чем отвлечься. Может, хотя бы ненадолго забудет о ней, Селесте, а сейчас, когда ее замысел близок к осуществлению, это особенно важно!

Тем не менее ее не оставляло гнетущее ощущение чего-то упущенного.

Селеста внимательно наблюдала за мужем, изучая его отрешенное, задумчивое лицо. Тревожный признак. Эти странные периоды молчания и замкнутости последнее время участились. А начались с того дня, когда его охватило стремление оставить обычную практику целителя-гипнотизера и заняться тщательным исследованием предмета.

И в этот момент ее отточенное интуитивное понимание мужского пола позволило ей проникнуть в истину. Она увидела эту истину с ослепительной ясностью.

– Ты принял приглашение миссис Лейк на чай, потому что хотел обнаружить, превзошла ли она тебя в искусстве гипноза, – спокойно заметила она. – В этом все и дело, не так ли? Тебе было необходимо знать, действительно ли после стольких лет она способна соперничать с твоим великим талантом или каким-то образом открыла нечто большее, чем удалось тебе?

Говард слегка насторожился. Слегка. Но и этого оказалось достаточно, чтобы подтвердить ее подозрения. Он молниеносно повернулся к ней, и она утонула в бездонной глубине его глаз.

Он ничего не сказал. Но Селеста отчего-то почувствовала, что примерзла к сиденью и не двинется с места, даже если карета загорится. Ей стало страшно. Нет, он не может знать о ее планах! Откуда ему? И каким образом он способен проникнуть в ее замысел? Она была крайне… крайне осторожна!

Говард улыбнулся и этим словно снял с нее заклятие. Гипнотическая напряженность его взгляда ослабла.

– Поздравляю, дорогая, – заметил он. – Ты, как всегда, крайне проницательна. Знаешь, я и сам не понимал всей степени своего любопытства, пока не увидел сегодня Лавинию. Только тогда до меня дошло, как страстно я стремился выяснить, сумела ли она оправдать возложенные на нее ожидания. Она обладала невероятным природным даром. Я сумел увидеть это, когда она была еще ребенком. Тогда я был уверен, что для ее успеха необходимы лишь время и практика.

Селеста глубоко вздохнула и постаралась взять себя в руки.

– Наверное, ты гадал, сумела ли она превзойти даже твое умение?

– Может быть, – поколебавшись, ответил Говард.

– О, это было бы невозможно! – воскликнула она с абсолютной, неподдельной уверенностью. – Лучше тебя никого нет. Даже великий Месмер склонился бы перед твоими талантами.

Говард довольно хмыкнул.

– Благодарю тебя за комплимент, дорогая, но, боюсь, мы никогда не сможем узнать наверняка всю степень восхищения мистера Месмера моим искусством.

– Жаль, что он умер несколько лет назад, так и не увидев тебя за работой. Но заверяю тебя, он был бы потрясен… нет, скорее умирал бы от зависти к вам, сэр. Что же до миссис Лейк… не думай о ней. Она тебе ни в коем случае не соперница – хотя бы потому, что предпочла забыть о своих прирожденных способностях в пользу другого занятия.

– Похоже, ты и тут права. – Он похлопал ее по руке. – Тебе всегда удается поднять мне настроение, дорогая. Что бы я делал без тебя!

Она улыбнулась и позволила себе чуточку расслабиться. Но не забыться. Задача, ожидавшая впереди, была слишком серьезной, чтобы проявлять беспечность. Она и раньше рисковала, но никогда не пускалась в столь опасные авантюры.

Но дело того стоит! Если все пройдет, как она задумала, прибыль будет так велика, что она снова сможет изменить жизнь. Проникнет в светское общество и наконец получит то, чего так долго добивалась.

Единственным препятствием на пути оставался Говард. Но уж его никак нельзя недооценивать! Это было бы невероятной глупостью и роковой, возможно смертельной, ошибкой!

Глава 3

– Ну и денек выдался! Словно специально предназначенный для свиданий с прошлым! – воскликнула Лавиния. – Сначала встреча на Пэлл-Мэлл, потом визит Говарда Хадсона. Но спешу заверить тебя, что в моих глазах оба джентльмена занимают совершенно разное положение.

Они сидели на каменной скамье среди искусственных и очень живописных готических развалин, обнаруженных Тобиасом много лет назад. Архитектор, вне всякого сомнения, предназначал изящное сооружение с элегантными колоннами и очаровательно обветшалыми стенами для уединенных размышлений, но, к сожалению, расположил его в самой глухой, заросшей части парка, куда редко добирались гуляющие. Кроме того, модники и модницы приходили в парк, чтобы на людей посмотреть и себя показать, и не интересовались уединением и тишиной.

Тобиас, бродя по дорожкам, как-то набрел на это местечко и сделал его своим личным убежищем. Лавиния знала, что была единственной, кого он приводил сюда.

Здесь они любили друг друга.

Воспоминание словно заворожило ее, пробудив головокружительные эмоции, о существовании которых до встречи с Тобиасом она не подозревала. Их отношения никак нельзя было назвать простыми или незамысловатыми. С одной стороны, он был самым несносным человеком из всех ее знакомых. С другой – самым волнующим мужчиной на свете. Стоило ему оказаться рядом, и сознание близости становилось настолько острым, что она едва не теряла сознание.

Лавиния пока еще не знала, как относиться к их связи с ее сложным сплетением страсти и бизнеса. Но жизнь уже никогда не будет прежней теперь, когда в нее вошел Тобиас Марч.

– Кто он? – неожиданно спросил Тобиас.

Лавиния принялась старательно расправлять юбки, пытаясь выиграть время. Чтобы собраться с мыслями.

– Это длинная история, – выдавила она наконец.

– Я не спешу.

Как бы поделикатнее начать? Она уже успела познакомиться с Тобиасом достаточно хорошо, чтобы понять: он не сдастся, пока не получит все ответы. Самый несносный и волнующий мужчина был к тому же самым целеустремленным, самым настойчивым и самым упорным.

Так что стоит поскорее все объяснить и покончить с этим. Это единственный способ добраться домой до наступления темноты.

– Помнишь, в беседе с Говардом я упомянула о несчастном случае на севере?

– Да.

– Джентльмен, которого я видела сегодня на Пэлл-Мэлл, имеет к этому прямое отношение. Его зовут Оскар Пеллинг. Я и опоздала домой, потому что была расстроена встречей с этим ужасным человеком. Пришлось зайти в кондитерскую и выпить чаю, чтобы подкрепить силы и успокоить нервы.

– Расскажи мне об этом Оскаре Пеллинге.

– Не вдаваясь в подробности, могу объяснить только, что он обвинил меня в смерти своей жены. – Лавиния помедлила. – Впрочем, он, может быть, и прав.

Последовала короткая пауза, во время которой Тобиас пытался осмыслить это откровенное признание. Чуть подавшись вперед, он зажал руки между коленями и всмотрелся в высокую зелень, обрамлявшую руины.

– Ты пыталась применить месмеризм и это не помогло? – спросил он наконец.

– Да.

– Вот как!

Лавиния на мгновение застыла.

– И что, спрашивается, означает эта реплика?

– Теперь мне стало ясно, почему два года назад ты отказалась от своей профессии и принялась менять одно занятие за другим, чтобы прокормить себя и Эмелин. Боялась, что причинишь вред своим искусством.

Еще одна пауза. На этот раз куда длиннее.

Лавиния глубоко вздохнула.

– Неудивительно, что вы избрали карьеру частного детектива, сэр. У вас определенный талант к дедуктивному мышлению.

– Поведай мне все, и подробно, – потребовал он.

– Джессика, жена Оскара Пеллинга, недолгое время лечилась у меня от нервного расстройства, – пояснила Лавиния и, помедлив, продолжала: – Она казалась очень милой женщиной. Хорошенькой. Немного выше среднего роста. Элегантная. Богатые утонченные дамы ее положения часто очень чувствительны и страдают от обмороков и легких приступов истерии.

– Да, я это тоже слышал, – кивнул он.

– Но мне почти сразу же стало ясно, что состояние Джессики куда хуже, чем предполагалось. Однако она упорно сопротивлялась моему намерению ввести ее в транс.

– В таком случае почему же она хотела у тебя лечиться?

– Возможно, чувствовала, что ей не к кому больше обратиться. Она приходила ко мне всего три раза и в каждом случае была чрезвычайно взволнованна. В первые два визита Джессика настойчиво расспрашивала меня о природе гипнотического транса.

– Может, боялась попасть под чью-то власть?

– Не совсем. Миссис Пеллинг, похоже, больше тревожила вероятность того, что в этом состоянии она может выдать какие-то важные тайны, а потом, пробудившись, не вспомнит об этом. Я поклялась, что в точности повторю ей все сказанное в трансе, но, боюсь, она мне не до конца поверила.