Амалия Мо – На один укус (страница 5)
– Доктор Салливан? – медленно произнесла Эбигейл. – У вас всё в порядке? Звук пугает пациентов, – неестественно добавила она, не переставая пялиться.
– Ах, да-да, – мужчина поспешил отключить звуковой сигнал. – Неполадки, да… Эби… Мы нашли решение… – запинаясь, несвязно бормотал он, совсем недавно выглядевший собранным и уверенным. – Истинная кровь… Звони им немедленно!
На лице доктора проступили красные пятна. Он взял мою анкету со стола и внимательно изучил её ещё раз.
– Ступайте, Каяна… Мы свяжемся с вами. Это ведь верные телефон и адрес?
– Да, – рассеянно кивнула я, не понимая, что происходит.
– Ваша кровь… То есть вы… Можете прийти, когда будете чувствовать себя лучше… Нужно отдохнуть, набраться сил… Вы понимаете? – В его глазах читалось безумие, словно от того человека, что сидел тут минуту назад, ничего не осталось.
– Но…
– Эбигейл, заплати госпоже Деваль нужную сумму, – велел он, отворачиваясь к экрану и что-то бормоча под нос.
Стоявшая в дверях блондинка закивала и жестом пригласила меня на выход.
Она выдала мне конверт с сотней сольдов и постоянно пялилась, будто на моём лице вырос третий глаз.
Я поспешила забрать куртку и выскочить на улицу, подальше от этого странного места. В сумочке лежали заветные деньги, а это было тем, что волновало меня больше всего. Больше о корпорации
У меня была нужная сумма, чтобы Эдвин смог найти Логана.
У меня были деньги, а значит, у меня была надежда.
3
Монстр сказал лишь одно слово, а оно словно отпечаталось у меня в груди. Внутренности обожгло болью, будто где-то под кожей орудовал скальпель, старательно вырисовывающий буквы на сердце.
– Что ей дали?
– Амброзия.
– Я велел ничего не давать без моего ведома, – едва не зарычал он.
– До момента клятвы все решения о доноре принимает её опекун. Сомневаюсь, что её вкус изменится после амброзии, – старик поморщился на этих словах.
– Убирайся, – блондин отвернулся от прислужника и направился ко мне.
– Я обязан напомнить, что если с девой что-то случится, то вас ждёт…
– Вон! – больше не сдерживая раздражение, оскалился мужчина, и я наконец-то осознала, что всё это – часть сумасшедшего ритуала, на который меня притащили…
Его верхняя губа приподнялась, обнажая белоснежные зубы и два острых удлинённых клыка… Зелёные глаза накрыла кровавая пелена. Боги, меня опоили чем-то…
Кажется, мы остались в зале одни. Монстр приблизился и протянул руку к лицу. Я попыталась отстраниться, но только сильнее вжалась в холодный камень жертвенника.
Ледяные пальцы всё же коснулись моей щеки, скользнули по линии челюсти и остановились на подбородке, приподнимая лицо. Наши взгляды встретились, и мелкая дрожь пробила всё тело.
Незнакомец молчал и не торопился, он словно наслаждался процессом. Мне хотелось умолять его не делать этого, но я даже рот открыть не могла.
В уголках глаз скопились слёзы, быстро скатываясь по виску вниз. Красные глаза проследили за дорожкой слёз, а его пальцы потянулись, смахивая влагу.
Почему он медлит? Хищник играет со своей добычей? Игрой это сложно назвать. Я даже убежать не могу, просто лежу, ожидая момента растерзания. Будто читая мысли, он отвернул моё лицо, прочертил дорожку от мочки уха до ключицы и наклонился ближе.
Сердце сжалось в груди. Отвар, который старик назвал амброзией, кажется, перестал действовать, иначе почему я чувствую каждое касание?
Мне показалось, что его язык скользнул по коже. Нет. Такое не могло показаться. Он облизал меня. Больной ублюдок…
И стоило мне об этом подумать, как я ощутила боль, острую и пронзающую. Клыки разорвали кожу чуть выше ключицы.
Все ощущения притупились, уступая место мгновенной пытке, которой меня подверг этот клыкастый. Крик разорвал тишину зала. Монстр вжал мои плечи в жертвенник руками, не позволяя дёргаться.
По щекам зазмеились солёные дорожки. Каменное изваяние Сирка словно смотрело прямо на меня. Выражение лица было застывшим, без эмоций, но мне показалось, что на мгновение его губы растянулись в улыбке.
Холод сковал конечности, а горло охрипло от крика. В какой-то момент я перестала бороться, лишь вздрагивая от очередного укуса в новом месте.
Зеленоглазый выкачивал из меня кровь, и я ощущала, как силы покидают тело. Да что там силы, меня покидала сама жизнь.
– Калеб, достаточно!
Мои глаза давно закрылись, и я не видела, кому принадлежал голос. Может быть, это вообще моё подсознание вспомнило имя монстра и решило просить его остановиться.
– Калеб, остановись! Ты убиваешь её!
Что-то произошло, и я ощутила, как зверя оторвали от меня.
– Никто не заберёт её. Она теперь твоя. Успокойся, прошу…
Что-то происходило, но я не могла включиться. Темнота забирала. Я всё ещё чувствовала боль в местах, куда вошли клыки. Он не кусал – он будто отрывал от меня куски плоти.
Теперь понятно, почему никто не рассказал мне о том, что значит быть избранницей Богов… Все утаивали от меня правду, зная, что добровольно я никогда на такое не соглашусь…
В памяти всплыло лицо Логана. Он нежно гладил меня по щеке, что-то шептал, но слов я разобрать не могла.
Его взгляд был тёплым и нежным, словно он улыбался не губами, а глазами. Именно таким я запомнила его в нашу последнюю встречу.
Мы лежали на небольшой кровати в его квартире. Солнце едва встало, но уже ярко заливало комнату, бесстыдно лаская одну половину его лица и рельефный торс.
Я только проснулась и любовалась расслабленным парнем, который казался таким беззащитным. Мои пальцы коснулись солнечного участка кожи, и я увидела улыбку на его лице. Он не спал, я глупо попалась на уловку.
Секунда, и он перехватил мою руку, закидывая её за голову и прижимаясь ко мне.
– Моя хитрая девочка, – мягкие губы накрыли мои, и я застонала под ним.
– Эй, Кая, что с тобой? – он оторвался от меня, а пальцы принялись смахивать слёзы, которые непроизвольно катились из глаз. – Почему ты плачешь? Тебе больно?
– Прости… Логан…
– Когда она проснётся?..
– Это не нормально, что она спит уже больше суток! Вы обещали, что всё будет в порядке…
Сквозь темноту сознания, словно мотыльки на свет, пробирались голоса. Звуки становились всё громче и отчётливее. Я хотела подать голос, но в области горла почувствовалась тупая боль. Во рту пересохло так, что язык прилип к нёбу. Я открыла глаза и тут же зажмурилась от яркого света.
Раздражающий звук исходил из аппарата, показывающего мои жизненные показатели. Прямо от него шли несколько трубок к моим пальцам.
– М-м-м… – боль прокатилась по горлу, лишая голоса.
Я хотела пошевелить рукой, прикоснуться к шее, но конечности задеревенели. Не в силах пошевелиться, я лежала на кровати, и едва могла разглядеть обстановку.
Комната, в которой я находилась, явно не принадлежала мне. Что-то похожее на больничную палату, только более комфортную.
Голова не поворачивалась, но взгляд метался к новым деталям интерьера, пока не зацепился за отца, стоявшего ко мне спиной.
Услышав мои мычания, он мгновенно повернулся.