реклама
Бургер менюБургер меню

Амалия Март – Тайная жизнь Маши Ромашкиной (страница 22)

18

Я наблюдаю за всем этим со стороны и поражаюсь, насколько другой мне сейчас кажется Мышка. Без привычного апломба и равнодушия на лице. Без маски хладнокровной тихони. Простая, беззащитная, настоящая. И самое сильное желание сейчас — просто спасти ее. Схватить под руку и увести отогреваться: горячим чаем и моими объятиями. Раздеть ее и уложить под многослойное одеяло, прижимая к обнаженному телу.

Но пока я размышляю об этом, все решается само собой. Мелкая достигает стойки регистрации и протягивает паспорт. Ещё раз приносит извинение за свое эффектное появление и недовольно косится на меня.

— Нечего так ухмыляться, — зло бросает мне.

А я и не заметил, что все еще улыбаюсь от пришедших мне в голову картинок.

— Я не… — начинаю оправдываться, но меня прерывают.

— Мария Сергеевна, Ваш номер 206. По лестнице направо, второй этаж, спа-зона находится на цокольном этаже, ресторан на первом, вход со стороны улицы, конференц-зал на четвертом. Режим работы вы найдете в буклете на столе в номере. Там же пароль от вай-фай. Приятного отдыха! — рапортует стандартное девчонка за стойкой, но от былой доброжелательности не осталось и следа.

Мышка подхватывает сумку и, оставляя за собой мокрый след, гордо удаляется в сторону лестницы. Я иду за ней, раздираемый мыслью: стукнет она меня, если я помогу с сумкой или нет? Ответ становится очевидным, когда она, резко развернувшись на ступенях, огревает меня мокрым подолом пальто по лицу.

— Ты с какого прешься за мной? — злится.

— Нравится твой вид сзади, — шучу я.

— Ты о харассменте что-нибудь слышал?

— Отличная идея! Давно пора было оставить на тебя жалобу, — подкалываю.

— Вали куда шел, а? — старается не сорваться на меня, но вижу, как вздулась жилка на ее шее. Ужасно сексуальная жилка.

— Я туда и иду.

— Прошу, — отходит она в сторону. — Не буду Вам мешать, господин Че.

Будешь, дорогая. Ещё как будешь, ведь мы в соседних номерах.

*Харассмент — дословный перевод — домогательства. Термин пришел из США и обрел специфический налет, обозначающий конкретно домогательство на работе.

Глава 22

Лучший способ протрезветь — попасть под проливной дождь. Доказано, подписано, утверждено мной.

Стою под струями горячего душа и все никак не прогреюсь. Кожа уже раскраснелась, пар заполнил прозрачную кабинку, а я все так же не шевелюсь, позволяя потоку воды смыть этот ужасный вечер. Не нужно было слушать Юльку, нельзя было поддаваться на ее "ну, один бокальчик!". Тогда я не опоздала бы на электричку, не поехала бы на автобусе, не отказалась бы от такси, не попала под проливной дождь и не опозорилась бы перед носом ненавистного Че.

Из груди вырывается жалостливый стон. Какое позорище. Мой план быть великолепной и загадочной с треском провалился в первые же секунды появления здесь. Никакое платье теперь не спасет меня. Все запомнят меня как девчонку с лужей под ногами. Нелепую, мокрую, странную.

Блин. Локоны, так тщательно накрученные Юлькой на втором бокале портвейна, распустились, едва я сделала шаг из автобуса. Ультрамодный макияж продержался чуть дольше, но и он не выдержал стихии, красочно растекаясь по лицу пятнами Роршаха. А платье, которое должно было сегодня вечером сразить весь мужской пол с Че впридачу, насквозь мокрое и отдает лимонным средством для мытья пола. Да, из того самого ведра.

Останусь в номере. Закажу ужин, включу телек и лягу пораньше. Ну его это знакомство. Делать большую карьеру в маркетинге я все равно не собираюсь, а одного представителя в лице моего извечного мучителя вполне достаточно, чтобы фирма была на слуху. Точно. Так и представляю, как Че ослепительно лыбится, пожимая руку очередному представителю рекламного гиганта. А еще представляю, как позже он угощает бокалом игристого какую-нибудь хорошенькую блондинку, имя которой он даже не собирается запоминать. И посреди ночи меня разбудят громкие стоны из-за соседней стены.

Озноб неприязни и какого-то липкого отвращения пробирает меня похуже холодного ливня. Я не смогу снова наблюдать, как он с другой. Одно дело жить с осознанием, что он неизвестно где, непонятно с кем и не ясно чем занимается, и совсем другое — видеть и слышать это.

Черт побрал того, кто поселил нас с ним рядом!

Гневно выключаю душ, резко открываю дверцу кабинки и с остервенением вытираюсь пушистым гостиничным полотенцем. Ну, уж нет. Никаких номеров. Я глаз с тебя, Че, не спущу. Пока ты здесь со мной, никаких баб в номере, никаких громких стонов за стенкой, никаких…

Никакого удовольствия! Только работа.

Тянусь к чемодану и выискиваю там не пострадавшие вещи. Хорошо, что Юлька уговорила меня закинуть с собой побольше вещей. Например, этот кружевной топ. Как она сама говорит: не просто топ, а магнит для мужиков. Именно в нем она познакомилась с Кириллом. И джинсы совсем не пострадали. И пиджак, огромный, по типу мужского, который я не собираюсь застегивать…

Когда спускаюсь вниз, народ уже вовсю веселится. При входе в патио, где, собственно и проходит вечер знакомств, расположен столик с бейджиками, которые нужно нацепить на себя и пакеты с материалами конференции. Выискиваю бейдж со своим именем и мимоходом проверяю, пришел ли уже мой недруг. Нет. Его пока нет.

Пластиковый прямоугольник с моим именем раскачивается на пиджаке, пока я пробираюсь к бару. На стойке выставлены легкие закуски и бокалы с разноцветными напитками. Я тянусь к соку, но на полпути передумываю, меняю вектор, и беру бокал с шампанским.

— Хороший выбор, — звучит за моей спиной.

Я оборачиваюсь на низкий приятный голос и встречаюсь взглядом с красивыми голубыми глазами. Надо сказать, что и все что к ним прилагается тоже весьма ничего. Высокий брюнет смотрит мне в глаза, а затем его взгляд сползает к моему вырезу. Все понятно. Магнит для мужиков в действии.

— Считаете без алкоголя здесь не обойтись? — вырываю его из грез по моим прелестям и отпиваю шампанское.

— Причем ударной дозы, — возвращает он взгляд выше, наблюдая теперь за моими губами.

— Все так плохо? — начинаю нагло изучать его в ответ.

Хорошо сложен, одет в стильный костюм, дорогие часы, модная стрижка с еще более модной бородкой. Наглая улыбка. Ему нравится, как я его изучаю, он знает, что я не найду изъянов. Интересный персонаж и идеально подходит под мой план. Главная задача — продержать его возле себя достаточно долго, чтобы это увидел Че.

Брюнет становится справа от меня, опираясь локтем о барную стойку и взяв второй бокал шампанского, говорит:

— Уже не так. За знакомство, Маша? — хитро улыбается он, поднимая бокал. Считает себя таким крутым просто потому, что увидел имя на бейджике? У меня такой форы нет, брюнет не озаботился пластиковым прямоугольником. Мистер инкогнито.

— Знакомство пока не состоялось, — игнорирую его поднятый бокал.

Он низко смеётся и выдает:

— Александр. Теперь считается?

— Допустим, — прищуриваюсь я. Поднимаю руку, и наши бокалы встречаются в громком звоне. Мы молча пригубляем искрящуюся жидкость, смотря друг другу в глаза.

Кого-то мне этот человек напоминает. Самоуверенного, наглого, красивого мерзавца. У него на лбу так и написано: берегись, девочка. И я не могу не усмехнуться иронии судьбы, которая упорно подбрасывает мне определенный типаж мужчин.

— Впервые на таком сборище? — интересуется Александр.

— Ага, — тянусь за ломтиком яблока и стараюсь надкусить его аккуратно, не как всегда.

— Здесь все всегда по одному и тому же сценарию, — не отрывает взгляда от моих действий мужчина. — Старые знакомые объединились по группкам, — кивает он на людей, стоящих кружочком. — Они проведут так всю конференцию, не пуская в свой круг чужаков. Одиночки потихоньку тоже собьются в стаю, но не сегодня, сегодня их цель — бар, — переводит он взгляд на меня. — А самая красивая девушка, традиционно, уйдет со мной.

От такого заявления моя рука с бокалом застывает на полпути ко рту. Вот это подкат. Непонятно, то ли радоваться, что я красивая, то ли расстроиться, что меня считают такой доступной. Хотя тут дело, скорее в самоуверенности объекта.

— Фу, какой банальный подкат, Александр Германович, — раздается возле нас.

Поворачиваю голову в сторону знакомого голоса и невольно улыбаюсь. Даже не думала, что так жду его прихода.

Руслан проходит мне за спину, одной рукой берет шампанское, а вторую закидывает мне на плечо.

— Мышка, тебя вообще никуда нельзя одну отпускать! — нагло заявляет он, а я задыхаюсь от такого собственнического действия, ужасно хочу скинуть эту наглую клешню и одновременно прижаться к нему поближе, помечая территорию.

— Руслан Адамович, видел твое имя в списке, надеялся, ошибка, — расплывается в улыбке Александр.

— Конечно, надеялся, — фыркает Че.

— И не один… — брюнет снова кидает масленый взгляд на меня.

— Один, — скидываю я с себя руку наглого Че.

— Не один, — рука Руслана теперь оказывается на моей талии, прижимая ближе к нему.

— О, а сборище становится интереснее, — ухмыляется Александр, забирает свой бокал и растворяется в толпе.

Я тут же скидываю с себя руку чертова Че, и отхожу от него на метр.

— Это что такое было?

— Всего лишь спасаю глупую Мышку от хитрого кота, — пожимает плечами Руслан и отводит от меня взгляд, равнодушно осматривая толпу.

— Я и сама справлюсь, спасибо, — язвительно отвечаю я.