Амадео – Ничего личного...-7 (страница 7)

Он упорно гнал от себя мысль о том, что похищение имеет другую цель.

— Мне нужно поговорить с мальчишками до того, как полиция до них доберется.

— Чего ради? Думаешь, они вот так сразу раскроют тебе, с кем якшались?

— Полиции они скажут и того меньше. Позвоню позже, мне нужно идти.

На другой стороне улицы стоял многоквартирный дом. Ему явно не помешал бы ремонт и новые пожарные лестницы. Дверь подъезда противно заскрипела, когда Киан распахнул ее.

Внутри пахло далеко не духами, стены облупились, кое-где краска совсем слезла. Ее отсутствие заменяли вырвиглазные граффити. Вместо лифта зияла черная пустота шахты. Каким образом Ральф Эйкридж попал в школу директора Брейди, гордившегося положением родителей своих учеников в обществе и морщившего нос при слове «задница», оставалось загадкой.

Амадео и Киан поднялись на четвертый этаж. Ближайшая дверь была распахнута настежь, источая запахи горелого масла и застиранной одежды. А еще оттуда неслись проклятия и нецензурная брань в адрес кого-то с именем Ральфи.

Амадео кивнул Киану и шагнул внутрь.

Дорогу ему преградил мужчина в вылинявших спортивных штанах и растянутой футболке. Разило от него, как из помойной ямы, в которой умер алкоголик.

— Ты. — Он ткнул пальцем в Амадео. — Че те надо в моей хате?

Киан схватил мужчину за палец и слегка вывернул. Этого хватило, чтобы тот заскулил и упал на колени.

— Вы чо! — выл он. — Вы чо! Помогите, убивают!

Амадео перешагнул через него и двинулся дальше.

На кухне хлопотала дородная женщина в зеленом фартуке. Похоже, она даже не услышала воплей мужа, а может, не обратила внимания. Обернувшись через плечо, она с хмурым видом кивнула на грязный табурет.

— Вы из школы? Чего опять этот засранец натворил?

Амадео проигнорировал сомнительное приглашение.

— Где ваш сын? Мне нужно с ним поговорить.

Женщина пожала плечами.

— А черт его знает. Прискакал со своим дружком весь в мыле и с дикими глазами, заперся в комнате и даже жрать не идет. Может, уже через окно сбежал, с него станется. Так чего он натворил-то?

— Способствовал похищению ребенка.

Это наконец привлекло ее внимание. Женщина выронила металлическую лопатку, которой скребла по сковородке, и всем телом повернулась к Амадео.

— Ты мне тут шутки не шути, красавчик! — вдруг зарычала она. — Чтобы мой Ральфи кого похитил! Он ребенок еще, а не мафиози какой!

— Я не сказал «похитил». Я сказал «способствовал похищению». И пока здесь не появилась полиция, мне нужно с ним поговорить.

— Господин Амадео, — позвал Киан.

Он держал за шиворот упирающегося мальчишку, который выглядел старше своих восьми лет. Он был на голову выше другого мальчика, которого Киан держал за плечо левой рукой. В отличие от своего друга, вырываться тот и не думал, а виновато изучал пол.

— Пытались сбежать по пожарной лестнице, — сухо прокомментировал Киан испачканную ржавчиной одежду.

— Отлично. Веди их в комнату, я сейчас. — Амадео повернулся к женщине, которая уже подобрала лопатку и держала ее перед грудью, как нож. — Можете присутствовать, если хотите. Но попробуете вмешаться, вам же будет хуже. Решите вызвать полицию — пожалуйста, они тоже не прочь поболтать с Ральфи.

Та осталась стоять столбом, прижимая лопатку к груди, но спустя мгновение ступор прошел, и она последовала за Амадео в комнату, тряся толстым задом. Тон ее из угрожающего стал заискивающим.

— Да чтобы мой мальчик кого подставил, да никогда, вы что, господин… Ну хулиганил в школе, ну оценки у него не фонтан, так не всем же быть гениями…

— Не всем, — согласился Амадео. — Но правил приличия никто не отменял.

Ральф сидел на стуле, косясь на застывшего рядом Киана, и вытирал сопли рукавом.

— Это не я! — первым делом заявил он. — Это Кенни! Я просто там был, но ничегошеньки не делал!

Второй мальчик задохнулся от возмущения, но ничего не сказал. В их компании именно Ральф был заводилой, и перечить ему было чревато неприятностями.

— А у меня другая информация, Ральф. — Амадео присел на корточки перед мальчишкой. — У тебя несколько раз были стычки с Матео, разве не так? И я скорее поверю, что на Луне живут лемуры, чем в то, что зачинщиком был мой сын.

Ральф хмуро смотрел на него из-под неровно остриженной челки, затем губы его задрожали.

— Чего вы на него давите! — крикнула его мать. — Видите, мальчику плохо! Да я на вас в суд подам за грубое обращение!

— Киан.

Телохранитель, ни слова не говоря, вывел вопящую женщину из комнаты.

— Ральф. — Амадео заглянул мальчику в глаза, но он тут же их отвел. — Пропал мой сын. Ты в этом не виноват, просто выполнил чью-то просьбу, не понимая, к чему это может привести. Я прав?

Черта с два, Амадео сам не верил в то, что говорил. Этот мелкий засранец наверняка получил деньги, показавшиеся ему целым состоянием, и привел Тео на место, куда легче всего было проникнуть постороннему. Хотелось дать мальчишке хороший подзатыльник и выбить все, что ему известно, но нечеловеческим усилием Амадео сдержался. Ральф мог замкнуться и вообще ничего не рассказать, как не расскажет полиции. У подобных людей стражи порядка всегда вызывают протест и нежелание сотрудничать.

Мальчишка начал кусать губу. Хороший признак.

— Я прав, Ральфи? — повторил Амадео.

Тот неуверенно кивнул.

— Кто попросил тебя привести Матео за хозяйственный комплекс?

— Это не я! — заявил мальчишка в последнем приступе упрямства. — Это Кенни!

Врет как дышит, но это неважно. Амадео сейчас интересовало только одно — чтобы Ральф дал описание похитителя. На Кенни никакого расчета — он будет молчать, пока не расколется его босс.

— Хорошо, пусть это Кенни, — тот продолжал возмущенно пыхтеть, — но ты тоже там был и наверняка видел того человека. Ведь так?

Снова кивок.

— Как он выглядел?

Молчание, показавшееся вечностью. Ральф облизывал губы, мял засаленную футболку. Кенни переминался с ноги на ногу, пуская пузыри из носа. Амадео стискивал кулаки до боли, подавляя желание схватить обоих мальчишек и трясти, пока не выложат все, что знают.

— Как он выглядел, Ральфи?

Но неожиданно заговорил Кенни.

— Та… такой большой… Громила настоящий… Глаза злые, но денег у него… Дал Ральфу целую свертку купюр, вы представляете, сколько это?! А этот козел, — уничтожающий взгляд на друга, — дал мне только три бумажки.

Амадео кивнул.

— Он дал вам денег, чтобы вы привели Тео?

— Угу. — Ральф всосал выкатившуюся на губу соплю в нос. — Сказал, что он его дядюшка, приехал из другого города и хочет повидаться.

— Ну какой дядюшка! — взвился Кенни в стремлении заработать очки в глазах Амадео и избежать наказания. — Они совсем непохожи…

Вот оно.

— Совсем непохожи? — переспросил Амадео.

— Конечно, у Матео темные волосы, зеленые глаза, а этот белый такой, светловолосый, и глаза голубые, — затараторил Кенни. — Улыбка жуткая, вроде все зубы на месте, а кажется, что нескольких недостает. В чем тут похожесть?

Весь мир почернел, глаза застлала пелена. Амадео, выдавив улыбку, похлопал Кенни по плечу и поднялся.

— Я не знал, что он его похитит! — в отчаянии выкрикнул Ральф. — Не знал! Я думал, он правда его дядя!

Эта козявка, в отличие от своего друга, продолжала врать в стремлении снять с себя вину, но сейчас Амадео это нисколько не волновало. Даже желание надавать мелкой сволочи по заднице бесследно пропало. Все мысли заняло только одно.

Его сына забрал Генри Хендриксон.

Томас полулежал в драном кресле и, приложив ко лбу ледяную банку пива, стонал, будто от невыносимой боли.