Амадео – Ничего личного...-7 (страница 26)

Себастьян хмыкнул и убрал сигареты в карман.

— Уважаю силу воли. Не могу избавиться от этой привычки с пятнадцати лет. — Он наклонился к Ксавьеру и понизил голос. — Скажите, вы считаете, что Амадео… прошу прощения, господин Солитарио мог что-то сделать с Генри Хендриксоном?

— Если бы не считал!.. — сорвался Ксавьер и осекся. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, заговорил уже спокойней. — Амадео не такой человек. Он не станет причинять кому-либо вред.

— А если бы причинил? — Себастьян вертел в пальцах зажигалку. — Разве вы отвернулись бы от него?

— Что за глупости. — Ксавьер взял стакан воды у подошедшей официантки и залпом выпил. — Все совершают ошибки.

Это не повод бросать друга, когда тому нужна помощь, мог бы добавить он, но не стал откровенничать. И так уже наговорил лишнего. Впрочем, Себастьян наверняка все понял — ни для кого не было секретом, что Ксавьер и Амадео друг за друга костьми лягут.

— Все совершают ошибки, — повторил Себастьян. — Вы как никогда правы. Конечно, лучше без них, но не все мы можем контролировать. — Он положил ладонь на руку вскочившего Ксавьера. — Не торопитесь, вряд ли Амадео прямо сейчас избавляется от трупа Генри в кабинете управляющего. Если он здесь, значит, никому ничего не угрожает. Успокойтесь и подумайте, как можете помочь. Вряд ли вы сделаете лучше, если заявитесь к нему в таком взвинченном состоянии.

Ксавьер снова сел. В словах Себастьяна имелось рациональное зерно, но он не мог успокоиться. Грудь сдавливало, воздуха не хватало, и он стянул пиджак и ослабил узел галстука.

Себастьян подозвал официантку и заказал виски со льдом и бокал вина.

— Если не ошибаюсь, алкоголь вы переносите хорошо, и он поможет вам успокоиться. — Он придвинул стакан к Ксавьеру. — Если одной порции недостаточно, закажу еще.

Ксавьер усилием воли заставил себя не опрокидывать стакан разом. Он закрыл глаза и пил медленно, ощущая, как виски жжет язык и скатывается по горлу. Когда стакан опустел, он со стуком опустил его на подставку. Тихий звон льдинок перекрыл мелодичными переливами стоящий неподалеку игровой автомат.

— Мне уже лучше.

Он действительно чувствовал себя спокойней. Себастьяну удалось притормозить рвущуюся наружу злость, и желание сорвать с принца скальп голыми руками угасло. Страх никуда не делся, он угнездился в желудке ледяным комком, но хотя бы перестал беспокойно ворочаться.

— Вот теперь можете подумать, — удовлетворенно кивнул Себастьян. — Знаю, что поступил опрометчиво, позволив Амадео забрать Генри, но чего вы так испугались? Боитесь за вашего друга, опасаетесь, что Генри выйдет из-под контроля? Или, — он выдержал паузу, — боитесь того, что Амадео сделает с…

— Нет, — слишком поспешно перебил Ксавьер. — Я уже сказал: Амадео не такой. Он не похож на меня, не похож на тех, кто пробирается по головам, топча всех, кто внизу, без малейшей жалости.

— Тогда почему он не отвез Генри в полицию?

Ксавьер прижал ладони к глазам. Он не мог сказать Себастьяну правду, не мог рассказать о Флавио, о периодических заскоках принца, о его ночных кошмарах. О его медленном сумасшествии.

— Хочет проучить, это вполне в его характере, — сказал он. — Убивать его он не станет. Просто преподаст урок.

— И вас беспокоит способ?

В яблочко. Молчание Ксавьера говорило красноречивей его самого. Он отвернулся от Арройо и уставился на крутящееся колесо рулетки. Шарик прыгал туда-сюда, пока наконец не попал в гнездо с номером 17.

Себастьян щелкнул крышкой зажигалки. Табачный дым тонкой струйкой устремился к потолку. Когда от сигареты остался только фильтр, он ткнул окурок в пепельницу и пригубил вино.

— Амадео можно понять. На него столько всего свалилось в последнее время… Так и до нервного срыва недалеко.

— Думаете, я этого не знаю? — отозвался Ксавьер — Кажется, это понимают все, кроме него.

— Если кто и сможет его убедить, так это вы, — убежденно сказал Себастьян. — Небольшой отдых не повредит. Слишком много событий, и далеко не приятных, кого угодно доведут до ручки.

Ксавьер следил за прыгающим по колесу шариком без всякого интереса. Глупейшая игра. Чистый шанс, ни малейшей возможности повлиять на выигрыш.

Он ненавидел это. Невозможность что-то сделать. Невозможность повлиять на исход событий. Всю жизнь он рассчитывал исключительно на свои силы, не доверяя слепой удаче, не доверяя чувствам, только хладнокровному расчету, но встреча с принцем, который слишком часто полагался на интуицию, загнала его в ловушку. Он научился доверять его ощущениям, и уже не критиковал необдуманные на первый взгляд действия.

Но он не позволит, чтобы слепое доверие сгубило его единственного близкого человека.

— Прошу прощения, — сказал он Себастьяну. — Мне нужно позвонить.

Киан вскочил из-за компьютера, едва завидев Ксавьера, но даже не подумал остановить.

— У господина Амадео совещание, — коротко предупредил он, и только.

Ксавьер, не взглянув на телохранителя, беззастенчиво распахнул дверь.

— …и уже в четвертый раз поступает жалоба на неправильное бронирование номера. Шейла, что у тебя по этому вопросу?

Ксавьер прислонился к дверному косяку и вперил в принца свой самый убийственный взгляд. Амадео, конечно же, заметил его, коротко кивнул в знак приветствия и вернулся к совещанию.

— Мы еще разбираемся с этой проблемой, — говорила строгая брюнетка лет сорока в очках в тонкой оправе. — Но пока неизвестно, произошло это по ошибке персонала, или же система дала сбой.

— Систему проверит техническая служба, работайте в направлении человеческого фактора. Выясните, кто был на ресепшене и тщательно проверьте запись разговора.

— Разумеется. Перешлю вам данные. — Шейла поднялась и, стуча каблуками, удалилась.

Амадео поднял ладонь, говоря Ксавьеру немного подождать, взял телефон и набрал короткий внутренний номер.

— Мисс Белл, подготовьте ВИП-приглашения на благотворительный вечер, их нужно отправить сегодня. И не забудьте…

Ксавьер быстрым шагом пересек кабинет и, выхватив трубку, нажал кнопку отбоя. Амадео изумленно уставился на него.

— Что, черт возьми, ты вытворяешь?!

— Лучше скажи, что вытворяешь ты. — Ксавьер вернул телефон на базу. — Где Хендриксон?

— Ты поэтому ворвался в мой кабинет, прервал деловой разговор и вот-вот достанешь пистолет? — Амадео фыркнул. — Надо же, я думал, бизнес для тебя — святое, а ты только что помешал моему.

— Не играй со мной, принц, иначе я на самом деле приставлю ствол к твоей голове! — повысил голос Ксавьер. Он считал, что смог обуздать злость, но, увидев принца, вновь распалился. — Что ты сделал с Хендриксоном?

— Ничего. — Амадео в упор смотрел на друга. — С чего ты вообще взял, что я что-то с ним сделал?

Ксавьер заставил себя успокоиться. Он не видел в глазах Амадео пугающей пустоты, принц говорил спокойно, но не равнодушно, в голосе звучали эмоции, никакого сходства с роботом, каким он становился перед тем, как ринуться в пропасть безумия. И уж точно не нервничал и не находился на грани слез, будто только что убил человека.

Либо он чертовски хороший актер.

Мысль только мелькнула, как Ксавьер сильным пинком отправил ее подальше. Нет, Амадео не убил Генри. Он просто не мог. Но рациональная часть требовала допустить и такую вероятность, несмотря на то, что вид принца говорил об обратном.

— Мне позвонили из полиции, — Ксавьер запустил пальцы в волосы и шумно выдохнул, — и сказали, что ты увез Хендриксона в неизвестном направлении. У них есть запись с камеры видеонаблюдения. Твой мобильный был выключен, до телохранителя я тоже не дозвонился…

— И решил, что я повез его убивать? — тихо закончил Амадео.

— А что еще?! — взорвался Ксавьер. — Мне плевать, сдохнет Хендриксон или нет, да пусть его хоть шакалы обглодают! Но я только и думал о том, что тебе предстоит после того, как придешь в себя! Что ты можешь сделать с собой, когда узнаешь, что натворил! Я, дьявол тебя возьми, испугался за тебя так, как никогда в жизни!

Он замолк, тяжело дыша, руки, стискивающие спинку кресла, дрожали. Амадео, открыв рот, таращился на него. Ксавьер зажмурился, коря себя за вспышку ярости, но злость еще не улеглась, и он едва не отшатнулся, когда Амадео подошел к нему и обнял.

— Прости, — шептал он, гладя друга по спине. — Прости, что тебе пришлось переживать из-за меня. Я не тронул Генри, хоть и собирался преподать ему урок.

По всему телу прокатилась волна облегчения, и Ксавьер зажмурился. Ноги стали ватными, он упал бы, не держи его принц.

— Ты чертовски меня напугал. Как ты вообще посмел? Принц, — он крепко притиснул Амадео, — ты просил меня помочь. И я действительно вижу, что тебе нужна помощь. И нужен отдых.

Амадео, нахмурившись, отстранился.

— У меня нет причин отдыхать!

— Ты едва не убил Хендриксона. Это не причина?

— Я не собирался убивать его! Кто тебе это наплел?

— Когда он похитил Матео, я не сомневался, что ты сделаешь это, как только найдешь его. Иначе ты не просил бы помощи ни у меня, ни у Цзиня.

— Я не убил Генри, — упрямо повторил Амадео. — Я дал слово Томасу, что не трону его.

— Я видел твое состояние, — тихо проговорил Ксавьер, — когда Флавио прислал то видео. И когда нашел тебя в аптеке. Ты размозжил бы ему голову молотком, если бы я тебя не остановил.

Амадео отстранился, взял со стола стакан с водой, едва не расплескав, — до того тряслись руки — и сделал глоток. Зубы звякнули о стекло.