Амадео – Ничего личного...-4 (страница 31)

Амадео проснулся от стука в дверь. Выпрямился и потер затекшую шею — он опять уснул за столом. За окном уже светало, наручные часы показывали седьмой час утра. С началом всей этой кутерьмы Амадео практически забыл, что такое спокойный сон — дела "Азар" шли все хуже и хуже, и каждый день был чреват новыми неприятными сюрпризами.

Он помедлил, прежде чем ответить, пусть и понимал, что оттягивает неизбежное.

— Войдите.

Голос был хриплым после сна, и Амадео откашлялся.

— В чем дело?

— К вам Нико Мариано, господин Амадео, — доложил Киан. — Пропустить?

Нико Мариано? В голове все еще стоял сонный туман, и Амадео безуспешно пытался вспомнить, слышал ли это имя раньше. Нет, не слышал. И кому понадобилось встречаться с ним в такую рань?

— Я не знаю этого человека.

— Он утверждает, что лично вы никогда не встречались, но говорит, что пришел по важному делу. Я проверил — он не журналист.

— Пригласи его через пять минут, — Амадео потер глаза, прогоняя остатки сна.

Телохранитель кивнул и скрылся. Амадео воткнул в разрядившийся телефон зарядное устройство, затем поднялся и прошелся по кабинету, разминая задеревеневшее тело. Роза ворчала, что ничего хорошего от ночных бдений не будет, бессмысленно так себя изводить, но Амадео не мог все бросить. Ответственность за "Азар" лежала на его плечах, и только он мог вытащить компанию из ямы, куда она неожиданно рухнула. Больше нет никого, кто мог бы поддержать его: ни Ксавьер, ни Ребекка, ни акционеры — они теперь ему ничем не обязаны.

Он должен справиться сам. Или Кристоф Солитарио ошибся, когда назначал Амадео своим преемником. Даже если и дальше придется тянуть мертвую карту, он не опустит руки и будет сражаться до последнего.

Зеркало отразило полный хаос, и Амадео не сдержал усмешки. Волосы растрепались, на щеке алел небольшой рубец — он уснул на карандаше. Под глазами залегли глубокие тени, губы побледнели. Такими темпами он скоро станет живым мертвецом. Он потер щеку и потянулся за расческой.

Спустя несколько минут в кабинет зашел невысокий горделивый человек. Пышная шевелюра была тщательно уложена, дорогой костюм с иголочки отутюжен, в ясном взгляде ярких голубых глаз сияло дружелюбие и неиссякаемая энергия. Амадео снова усмехнулся, представив, как он выглядит на фоне этого несомненно преуспевающего бизнесмена.

— Приятно видеть вас таким жизнерадостным, господин Солитарио, — отреагировал на улыбку Мариано, стараясь не показать, насколько он обескуражен. — Несмотря на положение, в котором сейчас находится "Азар", вы не теряете оптимизма.

Невероятно, но Солитарио действительно улыбался. Вся его жизнь висела на очень тонком волоске, а он улыбался! Впервые у Мариано мелькнула мысль, что он недооценил его. Даже глава наемников предупреждал, что с некоторыми людьми связываться не следует, но какое это имело значение для Нико? Однако сейчас его уверенность пошатнулась. Несмотря на то, что по пути сюда Мариано был уверен в победе, сейчас муха беспокойства зазудела где-то в левом ухе — что, если у красавца Солитарио все еще есть шанс?

Да брось, оборвал он себя. Суд уже завтра, и завтра Амадео Солитарио потеряет все, что имеет. Его сын отправится в детский дом, а он сам — в тюрьму. И на этот раз с ним там обойдутся далеко не ласково.

Он отбросил посторонние мысли и сосредоточился на бледном, но по-прежнему очень красивом лице.

— Здравствуйте, господин Мариано, — Амадео предложил гостю присесть. — Кто вы и зачем пришли?

— Это правильные вопросы. Я тоже предпочитаю сразу перейти к делу, — Мариано по-хозяйски расположился в кресле напротив, рука скользнула в карман за зажигалкой. Вряд ли на Солитарио подействует подобный фокус, но щелканье уже стало неотъемлемой привычкой. — Насколько мне известно, у вас крупные неприятности с налоговой службой. В случае если вы не сможете расплатиться, вас ждет банкротство и тюремное заключение, впрочем, — усмешка искривила губы, — тут вам не привыкать.

Если замечание задело Амадео, он никак этого не показал.

— Вы сказали, что сразу перейдете к делу, господин Мариано, — он наклонился вперед и сцепил пальцы перед собой. — Мое время дорого, так же, как и ваше.

— Ничего, скоро у вас его будет в избытке, — Мариано захлопнул крышку зажигалки. — Продайте мне "Азар".

Амадео не поверил своим ушам.

— Что?

— Вы прекрасно меня слышали, господин Солитарио. Продайте мне контрольный пакет акций "Азар", и я решу все ваши налоговые неурядицы одним махом.

— Это каким же образом?

— Расплачусь с долгами вместо вас. Вы избежите тюрьмы и сможете тихо и спокойно нянчить сынишку. Больше не придется чувствовать вину за то, что уделяете ему мало времени.

Глаза Амадео едва заметно сощурились.

— Это все?

— Да.

— В таком случае, покиньте мой кабинет, господин Мариано. И в ваших же интересах сделать это как можно быстрее.

Мариано не удивился. Около девяноста процентов так поступали, но уже во вторую или третью встречу вели себя как шелковые.

— Подумайте, господин Солитарио, — сказал он, поднимаясь. — Это ваш единственный шанс избежать тюрьмы. Учитывая сумму, сидеть вам придется минимум лет двадцать. Ваш сын уже университет закончит, если, разумеется, поступит. В наши дни без связей даже знания приобрести нельзя.

От такой наглости Амадео опешил. Да кто этот человек? Почему так бесстрашно предлагает немыслимые вещи?

Он поднялся, но дал о себе знать недосып, и Амадео покачнулся, смахнув со стола несколько листов. Карандаш брякнулся на пол и укатился к стене. Мариано не двинулся с места и издевательски чиркал зажигалкой.

Возьми себя в руки, одернул себя Амадео. Кто бы ни был этот тип, слабаков он чует на раз.

— Я раньше не слышал о вас, господин Мариано, — он прислонился к столу и скрестил руки на груди. — Чем вы занимаетесь?

— Тем же, чем и вы — азартными играми, — тот снова опустился в кресло, рассчитывая на продолжение переговоров. — Я владею многими заведениями, возможно, вы о них слышали: "Козырный туз", "Токен", "Две тройки"…

— Погодите, — прервал его Амадео. — Насколько мне известно, эти компании принадлежат другим людям.

— Принадлежали, Солитарио, — Амадео едва не поморщился от фамильярного обращения, но ничего не сказал. — Теперь они мои. Я могу и дальше перечислять, но думаю, в этом нет нужды.

— Каким образом вам удалось заполучить их?

Амадео и правда не понимал. Перечисленные компании были вовсе не подвальными игровыми клубами, а респектабельными казино. Про "Токен", производителя атрибутики для игровых залов, владельцем которой был Роберт Доусон, и говорить не стоило. И Амадео решительно не мог придумать ничего, чем можно было запугать маститых воротил игорного бизнеса.

Мариано вздохнул и скромно поправил галстук.

— Все дело в моей доброте. Видите ли, я просто не могу пройти мимо, когда великолепная крепкая компания испытывает трудности, — в глазах сверкнула насмешка. — Мне так и хочется предложить свою помощь.

Амадео начал догадываться, куда тот клонит.

— И после вашей "помощи" они вынуждены отдавать свои компании вам? В таком случае, на доброго самаритянина вы не тянете.

Мариано вскинул руки в деланном возмущении.

— Что вы! Я никого не заставляю, это добровольный акт. У них есть выбор: продать убыточное предприятие или мотать срок за неуплату налогов. Что выбрали бы вы?

Амадео изумленно таращился на гостя. Затем расхохотался, заставив того вздрогнуть от неожиданности. Мариано недовольно поморщился — терпеть не мог, когда его заставали врасплох.

— Да вы не человек, а сущий дьявол! — сквозь смех проговорил Амадео. — Загонять предпринимателей в ловушку, а потом предлагать свою же помощь — право, гениально!

Он снова зашелся смехом. Напряжение, копившееся последние несколько месяцев, вырывалось наружу, и он никак не мог остановиться. Мариано начал злиться, но Амадео все хохотал и хохотал.

Резкая боль в животе заставила его умолкнуть. Амадео вытер мокрые от слез щеки.

— Я и подумать не мог, что все происходящее в последнее время — ваших рук дело. И вот что я вам скажу, Мариано: "Азар" вам не видать, как своих ушей, — он любезно улыбнулся.

— Подумайте хорошенько, я такие предложения дважды не делаю, — Мариано щелкал зажигалкой, стараясь скрыть охватившую его нервозность. Все шло совсем не по плану.

— Я уже дал ответ. Вы что-то недопоняли? Мне казалось, я ясно выразился.

— Прошу прощения, что прерываю, господин Амадео, — Киан застыл на пороге, не глядя на гостя. — Кристофер Уильямс, журналист, требует срочной встречи. Я отказался его пропускать.

— Все верно, Киан, — ответил слегка сбитый с толку Амадео — имя показалось смутно знакомым, но он не мог вспомнить, где раньше его слышал. — Ты же знаешь, что я не разговариваю с журналистами. Скажи остальным, если придет снова, сразу давать от ворот поворот. Что с вами, Мариано? Вам нехорошо?

У того кровь отхлынула от лица, и на мгновение он стал даже бледнее, чем Амадео. Но, быстро взяв себя в руки, проговорил.

— Ничего. Все в порядке, у вас тут жуткая духота.

Амадео оглянулся на открытое окно и пожал плечами.

— Раз так, почему бы вам не выйти на свежий воздух? Уверен, полегчает сразу же.

Нико сделал вид, что не заметил подколки.

— Это вы не понимаете всю тяжесть положения, в котором оказались, — он выпрямился в кресле и поправил пиджак. — Если не выплатите предъявленную вам сумму, то прямым шагом отправитесь в тюрьму, а ваш сын — в детский дом. И не думайте, что Санторо вам поможет — он больше вам не друг…