Амадео – Ничего личного...-4 (страница 23)

Краем глаза он заметил все еще топчущуюся на пороге охрану и выпрямился, как ни в чем не бывало.

— Что еще?

— Мы уже смотрели. В самом доме камер нет, а снаружи пусто, — ответил Ривер. — На записях никого постороннего.

— Я разберусь с этим, — тон Курта Сеймура внезапно стал ледяным. — Вы оба уйдите подальше с моих глаз.

— Либо это кто-то из охраны, либо какой-то призрак, — сказал Амадео, когда охрана покинула комнату. — А в призраков я не верю. Недавно мне пришлось усилить охрану, постороннему сложно пробраться в дом. Других вариантов просто нет.

— Курт с этим разберется, — ответил Жан. — А вам нужно отдохнуть.

Затем он вышел, оставив Амадео с Сеймуром наедине. В отсутствие врача Сеймур по обыкновению разительно преобразился, забыв о своей ипохондрии. Он сцепил пальцы перед собой и наклонился вперед, уставившись ярко-голубыми глазами так пристально, что Амадео стало не по себе.

— Вы ведь понимаете, Амадео, — заговорил он. — Положение очень серьезное. Вас попытались убить в собственном доме, а это повышенный уровень опасности. Что собираетесь с этим делать?

— Найду исполнителя, прежде всего, — Амадео поморщился — горло ужасно болело от сухого воздуха. — А через него выйду на заказчика. Если этот человек настолько глуп, то особого труда это не составит.

— Не лучше ли известить Ксавьера Санторо? Он намного эффект…

Амадео бросил на Сеймура предупреждающий взгляд.

— Нет. Ничего не говорите ему, Сеймур. Незачем ему лезть в мои проблемы, у него наверняка полно своих.

— Но он же ваш друг! — всплеснул руками Курт, задев только что принесенный Жаном стакан с лекарством. — Жа-а-ан! Я обжегся! Обжегся! У меня сейчас слезет кожа!

— Лекарство уже остыло, пока я его нес. Но теперь придется подождать, пока я схожу за новой порцией от твоей мигрени, — не без ехидства заметил врач.

— Я не выдержу, — захныкал тот, уткнувшись в подлокотник кресла. — Что ты за врач такой — так издеваться над пациентом?! Давай иди быстрей, чего застыл?! — как только Жан вышел за дверь, Сеймур поднялся и подошел к кровати. — Амадео, скажите мне одну вещь. Этот конфликт между вами и Ксавьером Санторо… Я уверен, что вы невиновны, но хочу услышать это непосредственно от вас.

Амадео не сдержал вздоха.

— Я не собираюсь…

— Оправдываться, да. С ним ведите себя, как вам заблагорассудится, но я должен знать наверняка. Отвечайте честно.

Амадео посмотрел в небесно-голубые глаза и твердо, не отводя взгляда, произнес:

— За все время нашего знакомства я не своровал ни цента у Ксавьера Санторо и не провел ни единой операции с банковскими счетами без его ведома.

Сеймур сверлил его испытующим взглядом, затем кивнул.

— Я вам верю. Тогда почему бы не объяснить все вашему другу? Он здравомыслящий человек, и…

— Он мой друг, да. Но он еще и рационализатор до мозга костей. В ситуации, когда обычный человек положится на свои чувства, Ксавьер предпочтет логику и здравый смысл, — уголки губ чуть приподнялись. — Не сказал бы, что это плохо.

— Но и не хорошо. Посмотрите, во что это вылилось!

— Именно поэтому я не собираюсь ему что-то доказывать, Сеймур. Бесполезно. Пока он сам не поймет, что здесь что-то нечисто, все приведенные мной доказательства по умолчанию будут ставиться под сомнение.

Амадео откинулся на подушку и поморщился, когда щека соприкоснулась с тканью. Поймав отражение в зеркале, висевшем на стене, мрачно отметил, что кожа сильно покраснела. Заработал ожог, когда отрубился в обнимку с полом. Сколько он там пролежал?

Мелькнула мрачная мысль, что он сказал Киану о том, что идет в бассейн. Да, и Картер, и Ривер стояли в этот момент на посту, но именно Киан узнал первым. Увидев перед этим, как Амадео ищет видеокамеру. Понял, что босс обо всем догадался, и решил устранить его, пока не поздно?

Все больше ниточек сходилось к Киану. И он, как умелый кукловод, управлял ими едва заметными шевелениями пальцев, лишь обозначая свое присутствие, но не выдавая. Да кто же он такой?

— Сеймур, — позвал он. — Кто меня нашел?

Тот налил воды из кувшина и подал стакан Амадео.

— Ваш телохранитель, — ответил он. — Еще мальчишка, сам тонкий, как тростинка, а силы — ого-го. Если бы не он, пришлось бы доставать из сауны ваш горячий труп.

5

Свой среди чужих, чужой среди своих

— Что еще за самоуправство, мистер Доусон? — Амадео постукивал ручкой по столу и сверлил взглядом директора "Токена". — Вы осознаете, во что ввязались сами и во что втянули меня?

— На носу была проверка, — промямлил Доусон. — Вот я и решил, что…

— Решили, что неплохо бы дать взятку заместителю главы Комиссии по азартным играм, — глаза Амадео яростно сверкали, он с трудом держал себя в руках. — Но не подумали о том, чтобы посоветоваться со мной. Кто здесь генеральный директор, мистер Доусон?

Доусон оттянул воротник рубашки. Он обливался потом, хотя в кабинете было прохладно — Солитарио не любил жару. И откуда только мальчишка узнал о том, что Доусон знатно лопухнулся? Как бы там ни было, он по уши в дерьме и увязает все глубже.

— Я спросил: кто генеральный директор "Азар"? — Амадео не повышал голоса, но по коже Доусона пробежал мороз. Ему все меньше нравился яростный блеск глаз босса. — Вы не в состоянии ответить на такой простой вопрос?

— Вы, — еле слышно сказал тот.

— Я вас не слышу.

— Вы! — выкрикнул Доусон, затем оставил в покое воротник и вытер ладонь о брюки. — И я прекрасно знаю, что вы всегда откупались от Комиссии, почему этот случай должен стать исключением?!

— Потому что Линдон Стерлинг — не Аарон Брейди, — отрезал Амадео. — К этому человеку нужен иной подход. Я столько времени искал пути к сотрудничеству, а вы испортили все грубейшим нарушением этики! Мы так не работаем.

— А как вы работаете?! — взорвался Доусон, хлопнув ладонями по столу. — Желаете честно вести дела? Вам это вряд ли под силу, даже ваш отец, мир его праху, был на короткой ноге с Комиссией, благодаря взяткам!

При упоминании Кристофа Амадео едва заметно сощурился. Плохой знак для Доусона, но тот не замечал надвигающейся угрозы.

— Если бы вы лучше знали Кристофа Солитарио и его методы работы, господин Доусон, вы бы не бросались сейчас подобными словами, — ответил он ровным голосом, что означало одно — глава "Азар" был взбешен. — Вам что-нибудь говорит принцип "услуга за услугу", или вы все в этой жизни меряете деньгами? Хотя беру свои слова назад, — Амадео поднялся и отвернулся к окну. — Взяткой вы только зажгли фитиль, но взорвала бомбу попытка шантажа. Кому как не вам знать, что шантаж никогда не дает положительного результата в переговорах, а только обостряет отношения еще больше. Неужели вы с вашим опытом этого все еще не поняли?

Доусон вскинул голову. Откуда этот мальчишка узнал?..

— Шантаж? Какой еще… — сделал он слабую попытку отступить подальше от обрыва.

— Одно дело, когда угрожают на словах, но вы умудрились показать фото, и теперь Стерлинг в курсе, что "Азарино" следит за клиентами. Блистательно, господин Доусон, — Амадео выпрямился и снова сел. Затем бросил Доусону мятую фотографию, на которой Стерлинг сидел в джакузи и обнимал обнаженную блондинку за талию, держа в другой руке бокал мартини. — Это Линдон Стерлинг. Впрочем, полагаю, он вам знаком. Он попросил полной конфиденциальности и отказал в сотрудничестве, когда некто явился к нему и начал шантажировать этим. Все еще будете отрицать?

— Да о чем вы? Я и понятия не имел… — мямлил Доусон, сжимая фото в руке. Он все еще хватался за соломинку, хотя понимал, что его песенка спета. Где он умудрился его выронить? Где? И кто подобрал? Неужели за ним следили? — Мне бы и в голову не пришло…

Врешь, рыкнул про себя Амадео. Врешь и не краснеешь! Если бы не Джо, он бы никогда не узнал причину отказа Стерлинга, а все оказалось настолько банально, что аж скулы сводило. Мало того, бармен нашел и доказательство — фотографию, валявшуюся под стойкой, и теперь в виновности Доусона не оставалось никаких сомнений.

Дьявол, дьявол, дьявол! Амадео знал, что Доусон его не любит, но считал его прямолинейным и честным человеком! Почему тот решил действовать так подло?

Он вдруг почувствовал смертельную усталость. Хотелось просто закрыть дверь и не выходить отсюда несколько дней, пустив все на самотек. Вот только когда он выйдет, вполне может обнаружить, что "Азар" уже не существует.

— И это еще не все, господин Доусон. Потрудитесь объяснить, каким образом после вашей проверки игровых автоматов они оказались перенастроены на полный проигрыш?

Доусон похолодел. Уж эта информация никак не могла просочиться, откуда Солитарио узнал? Один из техников раскололся?

— Полный проигрыш? Но это…

— Невозможно? Хватит корчить из себя дурачка, я прекрасно знаю, что именно вы отдали такой приказ! Вы знаете, что это — уголовное дело?

Конечно знаю, злобно фыркнул про себя Доусон. И под суд пойду вовсе не я, а ты. Ты подписал акт приема работ, значит, должен быть в курсе проведенных манипуляций, и поди теперь докажи, что это не так.

— С сегодняшнего дня вы исключены из совета директоров, — холодно произнес Амадео. — Я потом решу, кто займет ваше место.

— Исключен? — взвился Доусон. — По какому это праву…

Амадео зло посмотрел на него, отняв руку ото лба — голова снова разболелась.

— Вы хотите, чтобы я разъяснил вам вашу же ошибку?