Амадео – Амарант (страница 14)

— Нет, я!

— Эй!

Отпихивая друг друга, близнецы понеслись в комнату Карлоса. Данте с улыбкой смотрел им вслед. Ох, и влетит же ему за это. Полицейский не позволял детям засиживаться у компьютера, считая, что они должны больше времени проводить в компании настоящих друзей, нежели виртуальных.

Естественно, запреты эти регулярно нарушались.

За прошедшие месяцы ничего не изменилось, и Данте был этому только рад. Он до сих пор не мог взять в толк, почему Карлос тогда решил взять его под свою опеку, ведь полицейскому приходилось очень тяжело. Конечно, Данте по мере сил помогал ему справляться с непослушными близнецами и малышкой Селеной. Но самому Карлосу Гонсалесу приходилось работать за двоих, чтобы прокормить семью, ведь своим наследством Данте мог воспользоваться только после достижения совершеннолетия.

И Карлос прекрасно это знал, когда оформлял опекунство. На вопросы Данте он не отвечал. Именно поэтому Данте до сих пор терялся в догадках. Он мог понять мотивы любого преступника, любого зла, но доброты — нет, как ни силился.

Данте прошел через гостиную и оказался в узком коридоре. Из-за ближайшей к нему двери с наклеенной на ней табличкой «Не входить» доносился девичий голос. Стараясь ступать как можно тише, он подошел ближе и прислушался.

— Нет, Кларисса, ты не понимаешь! Он не станет со мной разговаривать, — Пауза. — И вообще, он все ходит за Меган из параллельного класса. Да, за той самой фифой, — Пауза. — Да ты меня вообще слушаешь?

Данте постучал. За дверью воцарилась тишина, затем тихий шепот:

— Я тебе перезвоню, папа пришел, — и уже гораздо громче. — Войдите!

Данте повернул ручку и открыл дверь.

Окно во всю стену было задернуто шифоновыми занавесками персикового цвета. Небольшой стол был завален учебниками, тетрадками, книгами и прочими мелочами. Заевший дисковод щелкал, пытаясь освободить диск. Стены были увешаны плакатами популярных актеров и певцов.

На кровати, опустив голову, сидела девочка в розовой пижаме. Она усиленно делала вид, что читает учебник, но прикидываться она никогда не умела — длинные каштановые волосы закрывали и лицо, и страницы.

— Тебе не темно? — осведомился Данте, наклоняясь к ней.

Она подняла голову и взвизгнула от восторга. Потом вскочила, обняла его, и тревога окончательно покинула Данте.

— Наконец-то ты пришел! Я так соскучилась! — она отстранилась и уставилась на него своими небесно-голубыми глазами. — Я уж думала, ты обо мне забыл!

— Что ты! Как я мог тебя забыть? Сочиняешь всякие глупости, — он протянул девочке небольшую коробочку.

Селена нетерпеливо развязала ленточку.

— Ух ты, — восторженно выдохнула она. — Какая красота!

Она вынула из коробки круглое зеркальце. На крышке была изображена девушка в длинном белом платье. Она сидела на скамейке, а над ее головой простирались ветви, сплошь усеянные розовыми цветками. По краю зеркальца вились затейливые узоры, сверкавшие вделанными в них крошечными камушками.

— Данте, — Селена подняла голову. Ее глаза подозрительно блестели. — Спасибо. Такой красоты я в жизни не видела.

— То же самое я могу сказать и о тебе, — он легонько щелкнул ее по носу. — Так кто там ходит за Меган, я что-то не расслышал?

Селена покраснела и ударила его в плечо.

— Ты подслушивал!

— Ничего подобного! Ты орала на весь дом.

— Неправда! И вообще, он… он… Да зачем я тебе рассказываю? Ты все равно будешь против!

— Я ведь даже не знаю его. Познакомь меня с ним. Как его зовут?

Селена опустила голову и едва слышно произнесла:

— Джим.

— Он учится с тобой в одном классе?

Она кивнула.

— За ним все девочки увиваются. А он все к этой Меган подлизывается. Он мной даже не интересуется!

— Вот что я тебе скажу, — Данте наклонился к ней. — Не веди себя так, как остальные девочки. Не вздыхай о нем, не обсуждай с подружками по телефону. Сделай вид, что тебе на него наплевать.

— Чего? — Селена удивленно посмотрела на него.

— Вот увидишь, это сработает. Ничто так не привлекает мужчину, как равнодушие, — он хитро подмигнул ей. — Но смотри — если я узнаю, что он тебя обидел…

— Ну что ты! Он вовсе не такой! Если что, я себя в обиду не дам, — торопливо добавила она, заметив, как нахмурился Данте. — Только не говори ничего папе, хорошо?

— Ну что с вами делать, — вздохнул он. — Сейчас у каждого должны быть секреты.

— И у тебя?

— И у меня.

— Расскажешь?

— Когда-нибудь. Но не сейчас.

Селена задумчиво разглядывала зеркальце.

— Ты надолго?

— Нет. Мне нужно забрать кое-какие вещи.

— Жаль, — она вздохнула. — Так скучно стало, когда ты уехал. Почему ты так долго не приезжал?

— У меня были дела. Неубедительная отмазка, знаю, но я и сам жалею, что не навещал вас. Кстати, насчет моих секретов… Не говори о них Карлосу, хорошо?

— Почему это?

— Я знаю, о чем он сразу подумает, и не хочу, чтобы он волновался. Вполне возможно, что я заеду вечером.

— А если близнецы нас подслушивают? — Селена, зная характер своих братьев, покосилась на дверь. — И проболтаются?

— Не думаю, — усмехнулся Данте. — Они полностью в виртуальном мире.

Улицы смерти

Город пролетал за окнами призраком давно умершего человека. Разрисованные вывески, рябившие в глазах яркими пятнами, казались неживыми, люди, бегущие по своим делам, напоминали марионеток, которыми движет опытный кукловод. Всеми кто-то управляет: на работе, дома, в кругу друзей. Мы не можем принимать решения, которые полностью устраивали бы нас, всегда нужно считаться с мнением окружающих. Полностью освободиться можно, только потеряв все, что у тебя есть. Ты будешь свободен, но несчастен.

Всегда приходится выбирать.

Девять лет назад Данте потерял семью и снова нашел с помощью Карлоса. Цену свободы он уже узнал и не хотел покупать ее снова. Свобода — красивое яблоко с гнилью внутри.

— Не стоит покупаться на блестящую обертку, — пробормотал Данте, глядя на залитый солнцем город. Карты в его руках мелькали. Он на них даже не смотрел, продолжая изучать маску жизни, надетую поверх истинного лица города.

Через пятнадцать минут Данте вышел из такси у бара «Цветок лилии». Дальше таксист отказался его везти, и немудрено — сразу за кафе начинались Трущобы. Впрочем, сейчас это было Данте на руку — он хотел взглянуть на брошенный автомобиль.

Хотя до старого, покосившегося дома, с которого официально начинались Трущобы, было еще полсотни метров, Данте уже чувствовал отвратительный запах, исходящий от этого проклятого места. Горы крысиных трупов, блевотина бомжей, вонь их немытых тел, гниющие отбросы — и кровь. Запах крови присутствовал здесь постоянно, перебивая все остальные ароматы.

Данте знал, что более опасное место сложно найти. Однажды он чуть не погиб, наткнувшись на местную шпану, и его спасло только своевременное появление стражей порядка с Карлосом во главе. Тогда полицейский здорово отругал его за самодеятельность.

Но тогда Данте было всего шестнадцать. Позже, втайне от Карлоса он много раз наведывался сюда, и даже завел некое подобие информатора — старого алкаша Роберто, готового продать родную мать за стаканчик спиртного. Роберто жил в Трущобах с рождения и прекрасно знал всех и каждого, кто обитал здесь. Навскидку он мог сказать, кто из трущобской братии совершил то или иное преступление, а вот искать доказательства приходилось Данте или полиции. Чужих он замечал сразу и пристально наблюдал за ними. В прошлом году один из пришлых едва не увел с собой маленького мальчика, но вмешательство Роберто помешало этому преступлению.

Но прежде нужно было осмотреть автомобиль, оставленный перед самым въездом в Трущобы.

От Карлоса Данте узнал, что эвакуатор не вызывают по одной простой причине — прошло слишком мало времени. Дурацкое правило, учитывая стоимость автомобиля и бандитизм района, но закон полиция преступить не могла — на возвращение хозяина давалось три дня. Если никто не объявится, завтра машину заберут.

Вот только Данте сомневался, что ее еще не разобрали на запчасти. Автомобили такого типа редки не только в Трущобах, но и во всем городе. Карета богачей, сыновей богатых родителей и просто любителей покрасоваться.

Она открылась перед ним во всей красе, сверкая на солнце отполированной поверхностью, гладкая, как лед, изогнутая морской волной и совершенно нетронутая. Никто не покусился на это совершенство, блистающее агатовыми боками.

Этот автомобиль имел отношение к тому, что произошло в Трущобах, теперь Данте в этом не сомневался. Человек, которого видел Тейлор Фокс, приехал именно на нем. Но что заставило его бросить свое шикарное транспортное средство? Что произошло там, в Трущобах? Не может быть, что он сбежал только потому, что несчастный пьяный парень его увидел. Раньше подобных инцидентов не было, в этом Данте был твердо уверен — ни одна газетная статья не прошла мимо него.

Можно было попробовать заглянуть внутрь, но вероятность того, что дверь не заперта, равнялась практически нулю, а разбивать чужую собственность Данте не хотелось. Стекла были наглухо тонированы, и разглядеть хоть что-нибудь не представлялось возможным. Но один плюс все же был — теперь он знал, в какую сторону двигаться дальше. Автомобиль принадлежал далеко не бедному человеку, следовательно, навести справки большого труда не составляло. Переписав номер в блокнот, Данте взялся за ручку дверцы.