Алёна Волгина – Ветер из прошлого (страница 2)
Завидев их с матерью, он выпрямился и поклонился, но это был машинальный, заученный жест человека, привыкшего к светским манерам. Дийна тоже поклонилась и застыла столбом. Донья Лаура пришла ей на помощь:
– Мы бесконечно вам благодарны, дон Альваро.
– Я рад, что сумел помочь, – ответил он вежливо, хотя в его лице Дийне почудился намек на досаду: «И почему я не задержался в дороге хотя бы на полчаса?»
В некотором смысле она его понимала. Он приехал сюда прямо из Коста-Кальмо, только что потерял Васко, и весь этот фарс с женитьбой был ему как кость в горле. Мама советовала быть с ним повежливее… Дийна бы с радостью, но последняя новость разом отняла у нее половину сил. Отец! Как же так? Она так надеялась его увидеть, ради этого проделала путь длиной в тысячу дней – и опять опоздала.
«Неужели я вернулась в прошлое только для того, чтобы еще раз пережить его смерть?»
Все расселись. Разговор вновь застопорился и грозил вовсе пойти ко дну, если бы не Карденас. Его помощь была бесценна. В первую минуту он малость растерялся, не зная, как приветствовать наглеца, который посмел предстать перед графиней в столь неподобающем виде, но в то же время спас ее дочь. Настоящий тупик для этикета. Однако Карденас быстро сориентировался. Потянулась словесная вязь о ветрах, о погоде, о новостях из Аррибы… Это были безопасные, спокойные темы.
Альваро кивал и время от времени вносил посильный вклад в разговор. Дийна была впечатлена тем, что его губы двигались совершенно машинально, тогда как мыслями он явно был далеко отсюда. Всех наследников учили искусству непринужденной пустой болтовни, но ей это никогда не давалось. Альваро же чувствовал себя с чужими людьми свободно, как птица в небе.
И все равно было видно, что каждый из них троих был заперт в своем горе, как в панцире. Пустой разговор хлипким плотиком дрейфовал по гостиной, держась на плаву только благодаря усилиям сеньора Карденаса. Дийна кожей чувствовала звенящее напряжение, нарастающее вокруг.
Донья Лаура не выдержала первой.
– Я оставлю вас ненадолго, – извинилась она. Встала с кресла, прошуршала длинными юбками и исчезла.
После ее ухода нервозность еще усилилась. Не дослушав, о чем говорят Альваро с Карденасом (и плевать, что они оба о ней подумают!), Дийна поднялась и распахнула стеклянную дверь, выходящую на террасу.
Здесь ей стало легче. Каменная терраса, благоухающая геранями, была вся залита солнцем. Вдалеке виднелась синеватая горная цепь, а внизу, в долине, – ровные ряды углублений, в которых зеленели виноградные плети. Такой способ посадки позволял защитить их от холодного ветра. Дийна, зажмурившись, глубоко вдохнула резкий, свежий воздух Ланферро. Как же она по нему соскучилась!
– Не нервничай. Договорной брак – это не так уж страшно, – прозвучало вдруг за спиной.
Вздрогнув, она оглянулась. Сеньор Карденас куда-то исчез, а Альваро стоял на пороге, грациозно прислонившись к косяку, и с усмешкой смотрел на нее.
Против воли она тоже еле сдержала улыбку. Они встретились в прошлом гораздо быстрее, чем она думала, и он ей снова не рад. Совсем как тогда, в Эль Вьенто. Наверное, судьба у нее такая: в каждой реальности попадаться ему на пути.
– Мы подпишем кучу бумаг – и можем еще лет пять друг друга не видеть, – добавил Альваро, безразлично пожав плечами. – Правда, мне придется немного злоупотребить вашим гостеприимством…
– Из-за случившегося в Коста-Кальмо? – сочувственно спросила Дийна.
В первый раз он посмотрел ей прямо в лицо. Только взгляд его был неприятным – колючим и цепким.
– У дона Веласко отличная агентура, – иронически сказал он.
«Только где она была два часа назад и почему не смогла вас спасти?» – слышалось между слов.
Дийна снова отвернулась. Ей хотелось сказать, что она понимает его и сочувствует его горю. Из-за интриг генерала Эльканто он потерял близкого друга и был вынужден уехать с родного острова, чтобы избежать кровной мести. Отчасти поэтому его отец и согласился на их свадьбу, хотя поначалу был против. Она знала все это, так как однажды Альваро рассказал ей о Васко – в колледже, на зимнем празднике, которого в
Вдалеке замаячил оранжевый парус джунты, отважно пробиравшейся к выходу из долины. Дийна затаив дыхание следила за ней. Немногие рискнули бы летать под парусом здесь, на границе Архипелага! Резкие ветры и слабое, неравномерное поле флайра делало такие полеты почти невозможными. Наконец, поймав восходящий поток воздуха, лодка поднялась выше и скрылась за гребнем горы.
Альваро тоже оценил мастерство неведомого пилота:
– Смелый парень. Пари держу, что контрабандист.
«А вдруг это Гаспар?» – мелькнула у Дийны шальная мысль.
– Ты хотел бы так научиться? – спросила она с замиранием сердца.
– Чему? Летать на хлипкой лодчонке? Я же не сумасшедший!
И он рассмеялся – циничным, жестяным смехом. А у нее в памяти вспыхнула мальчишеская улыбка: «Когда держишь парус, чувствуешь себя одним целым с небом, ветром и всем, что тебя окружает…»
«Но тебе это нравилось!» – чуть не вырвалось у нее, хотя она уже понимала, что нет. Не в этой жизни. Это
Теперь стало ясно, что ей придется принести в жертву Ланферро не только себя.
– А я бы хотела летать, – ответила Дийна с печальным упрямством.
Повисло молчание.
– Тогда тебе следовало родиться на Палмере, – снисходительно заметил Альваро. – Там есть все условия для воланте и полно специальных школ. Все наши курьеры родом оттуда. Но у нас с тобой есть дела поважнее.
И этими словами он напрочь отсек от себя другое будущее, наполненное сиянием облаков, ветром, скоростью и радостью борьбы со стихией.
Дийна грустно подумала, что вместо этого они будут сидеть на Ланферро, как два цепных пса, и зорко следить, чтобы он не достался Ордену Хора. Ведь для этого она сюда и явилась. А еще нужно придумать, как им объединить графства, чтобы отбиться от Альянса и Директории. И
Но потерять того, другого Альваро, которого она помнила, было почти так же больно, как узнать о смерти отца.
– Вообще-то я хотел бы осмотреть шахту в Кумбре-Вьеха, если ты не против, – деловито продолжил ее жених. – Какой доход она дает за год? Сколько вы добываете меди? А оливинов?
– Я не знаю, – растерялась Дийна.
«Лопни мои глаза, откуда мне знать?!»
– Ясно, – вздохнул он, состроив красноречивую мину «я так и знал». – Не проводишь меня к сеньору Карденасу? Он, кажется, человек деловой.
Дийна поймала его мимолетный взгляд – с оттенком брезгливой жалости, как будто она была увечным котенком. Мятежный дух, закипавший внутри, так и подстегивал ее заявить: «Да, отец не посвящал меня в тонкости управления островом. Я жила тут, в Фелице, как принцесса в башне из слоновой кости, и понятия не имею, чем живет и дышит Ланферро! Конечно, с Карденасом вам, сеньор, будет гораздо интереснее! С ним вы точно найдете, о чем поговорить!»
– Я сейчас его позову, – предложила она.
Да, и лучше поторопиться. То ли очередной приступ на подходе, то ли ее подростковый мозг совсем не умел справляться с эмоциями. В горле будто застрял комок, на глаза давили горячие слезы. Дийна бегло улыбнулась и выбежала с террасы. Не хватало еще разреветься, и тогда де Мельгары точно решат, что вместо нормальной невесты им подсунули какой-то хлам.
В коридоре ей пришлось сбавить темп, так как от волнения она не сразу могла вспомнить, какая из дверей ей нужна. Все было тихо. Даже Риона куда-то исчезла! Может, она у мамы? Дверь в мамины комнаты была приоткрыта…
В комнате было темно как ночью; плотные шторы и ставни надежно отрезали ее от дневного света. У изголовья кровати горели свечи. На постели лежал человек со сложенными на груди руками, накрытый алым шелковым покрывалом. Лицо его изменилось – черты заострились, кожа казалась желтой, как воск, но Дийна сразу его узнала. Отец! Она едва удержалась от крика. Из коридора было видно, как блеснуло золотое шитье на рукаве сеньора Карденаса, когда он снял нагар со свечи. Затем послышался шепот матери:
– Кто мог знать? Это было известно только семье де Кастро. Если они причастны к этому, тогда… предательства можно ждать откуда угодно!
– Я еду в Гальдару, – ответил Карденас. – Узнаю, о чем там шепчутся и кто чем дышит. Вы же побудьте здесь. Я пришлю сюда своего человека.
Донья Лаура с горечью усмехнулась:
– Как я могу быть уверена, что он от тебя? Кому сейчас вообще можно верить!
– Мне можно. Ты ведь знаешь нашу систему условных знаков?
– Конечно. Это же
Дийна не видела матери, но догадывалась, что она смотрела на отца. В ее голосе слышалась такая тоска… Дон Карденас шепнул еще тише:
– …Если я пришлю белый платок – все спокойно, если красный – значит, время действовать. К сожалению, кое-кто не прочь за нашими спинами сговориться с Директорией или даже с Альянсом. Хотел бы я тебя успокоить, но боюсь, что случившееся сегодня – это только начало наших бед.