Алёна Вельт – Ладея. Путь Искры (страница 2)
— Я всегда буду носить его при себе, — восторженно сказала я Малеху.
Подаркам я была искренне рада. И это был чудесный день с моими самыми близкими людьми, мы завтракали на террасе, пили ароматный чай и я, как хозяйка застолья раскладывала, испеченный к моим именинам торт, по тарелочкам. И вдруг глаза мои заслезились и все вокруг меня окрасилось в яркие цвета и среди ярких красок я видела темные серые пятна, одно из них было в груди нашей старой кошки-крысоловки Фроськи, единственной ниточкой мамы с прошлой жизнью. Еще подростком она нашла ее слепым котенком в кустах рядом с домом, и тех пор Фроська всегда была с нами. Почти глухая и слепая, но все еще живая, она каждое утро садилась на кресло рядом со столом и грелась на солнце.
— Мама, что это за серое пятно у Фроськи в груди? — машинально спросила я.
Мама резко вскинула голову и посмотрела мне в глаза, затем побледнев, она сказала: «Дея, живо в постель, ни с кем сегодня не общайся и не смотри никому в глаза, я сообщу всем, что ты себя неважно чувствуешь. Все необходимое я принесу тебе в комнату, завтра мы уезжаем в безмагический лес» Её слова и дальнейшие действия смутили и привели меня в замешательство, но я не стала противится, зная, что мама обязательно мне все объяснит при первой возможности. После этого она отвела меня в комнату велев запереться и никому не открывать, затем достав из потайного кармана бутылек с магическим зельем, выпила его. И через двадцать минут ужасала всех проступившими венами, которые подсвечивались изнутри, на лбу выступил пот, и мертвенная бледность проступила на прекрасном лице графини. Зелье вызывало все симптомы магической лихорадки, которая очень опасна для магов и в девяносто пяти процентах приводит к иссушению магии в носителе. Тут же в замке, а затем и во дворце поднялся жуткий переполох, терять мага жизни императору не хотелось. Прибывшие лекаря подтвердили диагноз и дали рекомендации к лечению. Маму направили для лечения в безмагический лес. Это был единственный шанс перенести магическую лихорадку, ведь лишенная какого либо притока магии она сходила на нет, если мага во время увезти в такое место. Маминым условием было то, что я еду с ней. Никому не было дело до девочки пустышки, как все считали вокруг.
Как она и сказала утром, на следующий день экипаж увозил нас в безмагический лес. Мне повезло в одном магия жизни пробудилась во мне, когда ее никто не ожидал. Ведь магия жизни проявляется либо с рождения, либо в восемнадцать лет, как было у мамы. На мне статистика дала сбой. И на мою удачу в момент пробуждения дара, рядом оказались только близкие люди, которые сразу поняли причину, моих странных зрительных открытий.
Магическая лихорадка или ее подлог.
Наутро мама бледная и с трясущимися руками была усажена в экипаж, где ее уже поджидала я, в широкополой шляпе и вуалью на лице. Да, мне было двенадцать, с этого возраста гардероб девочки перестает быть детским, все мои наряды были пошиты заранее и являлись образцом гардероба истинной леди. Только экипаж проехал замковые ворота, мама выпрямилась, сделала неуловимый пасс рукой, и вся ее бледность и тремор мгновенно исчезли.
— Дея, так звала меня только мама и Малех, дочка, я не хочу для тебя такой жизни, что есть у меня, поэтому нам необходимо спрятать твою магию жизни, иначе как только про нее узнают, ты больше не будешь принадлежать себе. К сожалению магия жизни единственная, которая проявляется во внешности. Золотые искры в глазах выдадут тебя любому. Твоя магия скоро проявится, первые ее признаки ты ощутила за завтраком, когда увидела темное пятно в груди у Фроськи, у нее больное сердце, я поддерживаю ее, но она уже очень и очень стара, кошки столько не живут, как только я перестану вливать в нее магию, она уйдет от нас, но я слишком эгоистична, чтобы отпустить единственное напоминание из моей той счастливой жизни. — Вздохнув, она продолжила, — За завтраком я увидела пробегающие золотые искорки в твоих глазах, пока еще не поздно, мы должны принять меры и скрыть твою магию. мы едем в безмагический лес на его границе живет старая ведьма, которая надеюсь нам поможет, в свое время, я вытащила ее единственную внучку и преемницу с того света, и я очень надеюсь она сможет помочь нам-, объяснила мне мама.
А я сидела и в ужасе таращила глаза. Ведьма! Настоящая ведьма! В Илидории, нашем государстве, ведьмы были вне закона, и всякий кто осмелился им помогать подвергался гонениям, но как же моя отважная мамочка решилась на это? Если бы об этом узнали, ее бы просто заперли в комнате и запретили выходить до конца дней.
Глава 5
Ильга, 12 лет назад.
Осень в этом году удалась мягкая. Ковер из желтых листьев укрыл толстым слоем поляну перед домиком. На крыльце сидела седовласая пожилая женщина, когда то волосы ее были огненно рыжие, да много веков уж прошло и вместе с молодостью пропал огонь и из волос и из души, готовилась Ильга вскорости уйти на покой, хлопотно это быть хозяйкой леса. Задумчиво смотрела она в даль: «Вроде все хорошо, дочку вырастила, вскоре та займет ее место хранительницы этого леса. Внучка подрастает, да пока еще малышка, но главное она есть и древний род лесных ведьм будет также охранять этот лес передавая свои знания от дочери к дочери.» Дочь Лукерья, захотела пожить среди людей, хотелось ей испытать простую человеческую жизнь, узнать радость дружбы, человеческого тепла и общения. Да, она также, как и мать лесная ведьма, и сила и знания у нее есть. На совесть ее обучала Ильга и могла бы много пользы людям принести, но нельзя никому раскрывать ее ведьмовскую суть.
— Мама, у меня вся жизнь впереди будет для того чтобы скрыться в лесу и отшельницей в ней жить. Пока же я хочу посмотреть на мир — говорила она Ильге. Хоть, не хотелось Ильге отпускать свою кровиночку, да разве ж молодость слушает старость. Лукерья появилась, когда отчаялась уже старая ведьма подержать на руках своего ребенка, но смилостивились боги, и появилась на свет Лукерья, поздняя и любимая дочь.
— Опасно тебе, дочь, среди людей то жить, прознает кто, что ты ведьма, худо будет — пыталась отговорить ее Ильга. Ведьм в Илидории боялись и ненавидели, закон был не на их стороне. Каждую ведьму следовало сдать страже, а те уж уж в тюрьму, а дальше казнь на площади. Вот так Ильга с дочерью и внучкой оказались последними ведьмами Илидории.
— Да, ладно, у меня ж на лице не написано, что я ведьма. Приедем с Марьянкой в деревню, скажусь вдовой, ну и стану травницей. — продолжала она. Травниц в деревнях уважали, ведь лекари, да знахари только в городах были, а в деревнях люди тоже болеют, вот и бегут к травнице.
— Ну хоть, Марьяну мне оставь, куда тебе с малым дитем мыкаться? — не унималась мать.
— Нет, мы вместе с дочерью поедем, глядишь, ей тоже какая польза от этого будет.
Разговор был завершен и укатила Лукерья с Марьяной в сторону Эльты. А там выбрали небольшую деревушку Конюшево, да там и осели, скоро год уж как будет. И было тяжело на сердце у старой ведьмы, хотя не понимала она причины. Увы не могут ведьмы видеть своей судьбы и судьбы ближайших родственников.
Глава 6
«Не делай добра…»
В это же время. Деревня Конюшево.
— Лукерья, ну помоги, я же ведь знаю, что ты можешь, — канючила Танита, — мне без Петро жизнь немила!
— Ну, а как ему будет с немилой всю жизнь жить? — подняла Бровь Лукерья, — приворот противен богам, не буду я тебе в этом помогать даже не проси.
Уже десять раз пожалела Лукерья, что открылась Таните, но тогда это ей казалось правильным, пожалела она невзрачную девушку соседку. Ей и так Боги при рождении красоты не отсыпали, так еще и косила она на один глаз, хотя девушка была работящей и скромной, и стала бы хорошей женой. Но из-за этого недостатка, Таниту даже на деревенские посиделки не звали. Решилась, помочь она калеке. Сварила зелье, да неделю произносила заговоры над девушкой. Косоглазие ушло, а вместе с ним и вся порядочность и скромность Таниты. Теперь, все разговоры были о парнях, да нарядах. Нет красавицей она не стала, но теперь ее приглашали на деревенские гулянья и девушка решила, что хочет она в мужья Петро, никто другой более не достоин. Сын кузнеца и сам, косая сажень в плечах, был первым парнем на деревне. Да все знали, что занято его сердце красавицей-хохотушкой Илкой. Но не унималась Танита. Не первый ее такой разговор с Лукерьей был, да каждый раз одинаково заканчивался, выставляла ее Лукерья. С такими думами закрыла она дверь за Танитой, поправила одеяло на Марьяне и отправилась спать. А утром она она проснулась от барабанного стука в дверь, она только отодвинула задвижку, как в ее дом ввалилась разъяренная Танита:
— Это все из-за тебя, тварь ты неблагодарная, я тебя в деревне приняла, во всем помогала, во всем советы давала, а ты мне в одной малюсенькой просьбе отказала. Петро сегодня сватов к Илке заслал. Учти, не расстроишь свадьбу Петро с Илкой, пожалеешь, что на свет родилась- и она хлопнула дверью. «И как она себе это представляет? — размышляла Лукерья — Не дело это против счастья молодых идти». И выкинула мысли о злобной Таните из своей головы. Так пролетел месяц, пышно отпраздновали свадьбу Петро и Илка, вся деревня три дня гудела и веселилась.