Алёна Цветкова – Южная пустошь. Книга 4 (страница 4)

Аррам хмурился и периодически стрелял глазами в сторону. Я каждый раз, стараясь не делать резких движений, смотрела туда же, но ничего не видела. Улица была совершенно пуста. Интуиция тоненько зазвенела, предупреждая об опасности. Я буквально кожей чувствовала угрозу, которая по всей видимости, исходила от Аррама. И, стараясь действовать незаметно, достала свой кинжал с алой лентой и спрятала в складках покрывал. Если Аррам задумал предать меня, то ему не понравится мой ответный ход.

Но наемник продолжал стоять на месте, по прежнему то и дело оглядывая пустую улицу. И я не выдержала:

– Аррам, в чем дело?

– Ни в чем, ваше величество, – тут же отозвался наемник, выдавая себя с потрохами. С того времени, как мы пересекли границ Аддии, я велела обращаться ко мне по имени. И его оговорка значило только одно: он мне врал.

– Аррам, – холодно произнесла я, – повторяю вопрос: в чем дело? Почему ты все время смотришь назад?

Он не хотел отвечать. Я видела, как на его щеках заходили желваки, выдавая стремление смолчать или солгать снова. Судорожно сжала кинжал в руках, готовясь дорого продать свою свободу.

– Несколько дней назад мы с Амилом заметили слежку, – голос Аррама звучал глухо, – он велел не говорить вам, не пугать раньше времени. Мы не были уверены, что это люди султана.

Я тихо зарычала и закатила глаза, пользуясь тем, что никто не видел моего выражения лица. Ох, уж эти аддийские мужчины!

– Поэтому мы свернули в сторону, – я не спрашивала, утверждала. – И поэтому Амил рискнул пойти к дяде, вместо того, чтобы остановиться в караван-сарае?

– Но почему вы ничего не сказали нам?! – возмутилась Зелейна, не давая Арраму ответить на мои вопросы. Кажется толика свободы, которую она хлебнула после смены статуса, повлияла на бывшую рабыню гораздо больше, чем мне казалось.

– Да, ваше величество, – качнул головой наемник, проигнорировав крик бывшей жены султана. – Амил не хотел тревожить вас раньше времени. Мы могли ошибиться…

– Но… – протянула я, уловив некоторую недосказанность.

– Но сегодня утром эти же люди заехали в тот же караван-сарай, в котором мы провели прошлую ночь. Теперь они знают, что мы в Агарде. И останавливаться в постоялом дворе небезопасно.

– Вашу ж мать! – громко выругалась я, невольно использовав для этого выражение из другого мира.

– Я не понял, что вы сказали, – кивнул Аррам, – но именно так.

– Илнар поможет нам, – убежденно качнула головой Зелейна. – Я уверена, мой брат не забыл, что обязан мне жизнью и сможет отплатить мне тем же…

Глава 3

Амил вернулся через полторы свечи… За это время я успела сполна оценить его заботу. Если бы мне пришлось несколько дней находиться в таком напряжении, я, наверное, сорвалась бы и сотворила бы какую-нибудь глупость. Мне и сейчас нестерпимо захотелось стряхнуть с себя маскировку и принять бой с открытым лицом. Я лучше умру, чем сдамся и позволю людям султана схватить себя. А умереть мне хотелось непременно с высоко поднятой головой, гордой и свободной, а не в цепях и ошейнике. И чтобы сдержать глупый порыв, пришлось приложить немало усилий.

– Идемте, – Амил улыбнулся, – мой дядя Илнар с радостью примет нас. И мы можем оставаться у него столько времени, сколько нужно.

– Ты уверен, что это не обман? – вырвалось у меня, – и твой дядя не сдаст нас людям султана? Вдруг они пришли к нему раньше нас…

Амил бросил свирепый взгляд в сторону Аррама.

– Не смог промолчать?

– Я же говорил, что не стану молчать, если госпожа Елина спросит. – пожал плечами глава наемников. – Я против того, чтобы скрывать от женщин такие важные новости. Пусть лучше бояться, пуганных охранять легче.

– Это не тебе решать, – отрезал Амил.

– А ты мне не указ, – усмехнулся Аррам. – мне платит госпожа Елина, а не ты…

Я переводила взгляд с одного на другого, только сейчас понимая, что все то время между мужчинами шла негласная борьба… И Аррам, который, вообще-то простой наемник, ведет себя с сыном султана, пусть и младшим, так, как будто бы считает его ровней, нарочно провоцируя гнев Амила.

– Хватит спорить, – остановила я обоих. – Если господин Илнар готов принять нас и спрятать от преследователей, то надо пользоваться такой удачей. Надеюсь, мы не пожалеем о том, что приняли его приглашение…

Я пришпорила коня и не обращая внимание на остальных, выехала вперед. Амил тут же пристроился чуть впереди, а Аррам чуть позади. И почему я сразу не заметила, что эти двое не слишком жалуют друг друга?

Господин Илнар встречал нас у ворот. Младший брат Зелейны оказался довольно молодым. Лет на пять-семь старше меня. Одет он был в традиционный аддийский наряд, состоящий из тонкой длинной рубахи и распахнутого халата, которые ничего не скрывали. Он мельком окинул нас взглядом и шагнул к Зелейне, безошибочно определив в закутанной фигуре сестру.

– Зелейна, – улыбнулся он, протягивая руки, чтобы помочь слезть с коня, – я так рад тебя видеть, родная.

– Господин Илнар, – всхлипнула бывшая жена султана, – вы так изменились… Стали таким… таким…

– Взрослым? – улыбнулся он. – Ничего удивительного, сестра. Сколько мне было, когда тебя продали в гарем султана?

– Семь, – всхлипнула она.

Семь?! Ахнула я мысленно. Да он был совсем еще ребенком! Как Зелейна была настолько уверена, что брат, вообще, помнит ее?

– Господин Илнар, – вмешался Амил. Судя по сдвинутым бровям, он тоже не знал об этом небольшом нюансе. – Дядюшка, позвольте представить вам госпожу…

– Подожди! Не сейчас и не здесь! – властно взмахнул рукой дядюшка. – Мой дом ваш дом, – произнес он с улыбкой. – Прошу вас, дорогой племянник. Мои слуги проводят вас в вашу комнату. А ваши женщины отправятся в гарем…

Я чуть не заскрипела зубами. Дурацкие порядки! Я совсем забыла, что женщины здесь не люди. И кажется я зря рассчитывала хорошо отдохнуть в доме дядюшки. В гареме нам точно не расслабиться. Зелейна рассказывала мне, как там встречают чужих рабынь. Новое лицо в гареме – целое событие, и каждая считает своим долгом навестить гостью. Отказаться же от визита постоянных жительниц гарема, значило вызвать их недовольство и гнев. И тогда в твоей чашке легко может оказаться яд…

Нет, уж. Я не хочу в гарем!

– Дядюшка, – Амил не сдвинулся с места, – мне бы не хотелось расставаться со своими женщинами…

Я прикусила язык. Мой братец молодец, быстро сообразил что к чему.

– Ох, молодость, – рассмеялся господин Илнар. – в таком случае, дорогой племянник, я могу предложить тебе небольшой гостевой домик. Там есть свой собственный гарем. Правда он очень мал, но и женщин у тебя немного…

Амил поклонился, принимая приглашение. Я с облегчением выдохнула. Если домик отдельный, значит можно выгнать слуг и снять проклятые покрывала и дурацкий ошейник.

Так и вышло. Гостевой домик словно нарочно был построен для нас. Он находился в глубине огромного сада за высоким забором из колючего кустарника. И, что самое главное, гарем оказался частью строения, хотя обычно для женщин сооружали отдельные помещения, чуть в стороне от дома.

Как только мы с Зелейной остались одни, я первым делом скинула покрывала и сняла ошейник. Потерла сдавленную шею… Как же хорошо!

– А я раньше не замечала, как сильно мешают дыханию покрывала, – Зелейна отбросила покрывала и теперь возилась с ошейником.

– Ваше величество, – в дверь постучал Амил. – мой дядя хочет познакомиться с вами. Если вы пожелаете, то можете присоединиться к нашей беседе.

Я улыбнулась. Определенно, все не просто так. И этот домик, и готовность Илнара слушать женщину – все это было слишком нетипично для среднего жителя Аддийского султаната.

– Я приду через свечу, – не стала отказываться от беседы с таким интересным персонажем. – Мне нужно время привести себя в порядок.

– Разумеется, – Амил не стал спорить, – я вернусь за вами…

– Не стоит, – отказалась я от помощи, – я найду дорогу сама.

– Мы найдем, – подхватила Зелейна. – Скажи Илнару, что я приду тоже. И никто не сможет меня остановить.

– Мама, – начал было Амил, но замолчал…

С тех пор, как Зелейна узнала, что у нее больше нет хозяина, она изменилась очень сильно. И хотя Амилу эти изменения не нравились, он нашел в себе силы принять новую мать.

– Мы будем ждать вас, – вздохнул он и ушел.

– Илнару придется принять то, что я теперь ахира, – решительно заявила мне бывшая рабыня.

Как будто бы я с ней спорила… Я, вообще, старалась как можно меньше контактировать с Зелейной, перемены в ее настроении, нежелание сдерживать чувства и эмоции – все это делало ее слишком непредсказуемой и иногда вызывало раздражение.

Через свечу мы были готовы. Покрывала и ошейники так и остались лежать на полу в гостиной женской половины дома. А мы с Зелейной, одетые в просторные женские халаты, в которых рабыни обычно ходят в отсутствии мужчин, вышли из гарема и отправились туда, откуда слышалась тихая музыка, рассудив, что именно там и должны вести беседу Илнар и Амил.

– Ваше величество, – как только мы вошли, хозяин дома легко поднялся со своего места, подошел к нам и с поклоном подал мне руку и улыбнулся, – очень рад с вами познакомиться. Я так много слышал о вас.

– Я тоже очень рада, – кивнула я, стараясь скрыть свое удивление.

Все было слишком неправильно. Не может аддийский мужчина так свободно относиться к женщине на равных. И куда делать обычная цветистость речи? Аддиец говорил так, как будто бы всю жизнь прожил в другой стране И это невольно настораживало.