Алёна Цветкова – Южная пустошь 5 (страница 10)

А, во-вторых, половина Южной пустоши свободно от моей клятвы. А значит у нас есть возможность собрать там свои силы втайне от Великого отца. Гирем, конечно, может быть против…

Я прикусила губу…

Но у меня есть рычаг давления на него. После того, как он нарушил свое обещание и потащил моих девочек в Аддию, моя клятва Древним Богам, как острый клинок, царапает кожу на его шее… Древние Боги всегда следят за исполнением клятвы. И как бы я ни хотела отказаться от нее и оставить Гирема в живых, мне все равно придется вонзить кинжал в его грудь. Так сложатся обстоятельства даже против моей воли…

Однако, в моей клятве я не оговорила сроки смертоубийства. Я смогу оттягивать его смерть так долго, как захочу. Главное, не отказываться от своих обязательств. И тогда Боги будут ждать, давая мне шанс соблюсти клятву.

А я смогу заставить Гирема сделать так, как я хочу, если вдруг ему не понравится мой план.

Теперь, когда я смогла проговорить свои догадки и проанализировать их, мое настроение, повернутое в пучину предательством Зелейны, значительно улучшилось. Я погладила по голове Олиру пальцами перебирая мягкие светлые волосы девочки, спящей на моих коленях, и улыбнулась. Это еще не конец, мы еще повоюем, у нас все еще ест шанс на победу…

— Мама, — шепотом выдохнула Олира, вызвав у меня грустную улыбку… Я так сильно соскучилась по детям. — Мама?

Она подняла голову и посмотрела на меня мутными после сна глазами, в которых читалась отчаянная надежда… Но, как только девочка смогла рассмотреть меня, она пропала. Бедный ребенок. Проклятый Агор! Черствый, как корка прошлогоднего хлеба, упавшая за печь…

— Олира, — я прижала ее к себе, — мне так жаль…

— Ничего, — всхлипнула девочка. — Вы не виноваты.

Она была права, вот только боль в сердце, которую вызвали ее страдания, меньше не становилась. Если бы я могла как-то ей помочь… Хотя… я могу хотя бы попытаться.

— Я поговорю завтра с Агором, — пообещала я. — Не гарантирую, что поможет, но я хотя бы попытаюсь заставить его отпустить тебя к маме. Хорошо?

— Правда? — Олира вскочила. Потухшие было глаза снова зажглись и теперь сияли от счастья. — Госпожа Елина, вы правду попросите Наставника разрешить мне поехать к маме?

— Правда, — кивнула я. — Но я не могу обещать, что он разрешит. Ты же понимаешь это?

— Да, — кивнула она и вдруг кинулась мне на шею и обняла, прижавшись так крепко, что мне стало трудно дышать. — Госпожа Елина, — жар ее голоса, который я чувствовала на тонкой коже шеи, был влажным от слез, — я никогда этого не забуду. Вы самая лучшая!

Я вздохнула и обняла девочку. Надеюсь, я не сделала хуже, и Агор все же позволит ей встретиться с мамой.

— Я знаю, что наставник может отказать, — прошептала она, все еще прижимаясь ко мне, — но еще никогда никто не делал для меня ничего подобного.

А отец? Я не сказала это слух, просто подумала, но для Олиры, как и для призрачного мага, мысли, которые я проговорила про себя, звучали так же громко, как слова.

— А отец, — ответила девочка, — заставлял Ягурду читать для него старинные книги…

Ягурду?

— Да, — кивнула она. И зашептала на ухо еле слышно, — я расскажу вам, только вы никому не говорите.

И снова, не дожидаясь ответа, продолжила шептать:

— После того, как Живела потеряла магию после призыва второй души, мой отец много лет искал в старинных книгах способ призывать не просто еще одну душу, а душу архимага, чтобы точно усилить себя. Он боялся проводить свои эксперименты на других людях, вдруг они получат такую силу, что уничтожат его в ответ. И поэтому, в следующий раз он решился на призыв только тогда, когда родилась я. В меня вселили душу Верховной жрицы, ее звали Ягурда. Она много лет томилась в артефакте, в который ее заточили маги во время Последней войны…

Она на замолчала на короткий миг, а потом продолжила свои откровения, которые привели меня в состояние шока… Я даже не знала, как на это реагировать. Все мысли разлетелись в разные стороны, как напуганные появлением кошки воробьи, и в голове звенело от пустоты.

— Отец не знал, — хихикнула Олира, — что жрецы и маги отличатся так сильно. Он думал, они такие же, как мы. Ягурда остановила слияние наших душ. И теперь она живет во мне отдельно от меня. Она не очень добрая и часто ругается. Но когда я ее прошу помочь мне уговорить отца, соглашается прочитать старинные книги жрецов, которые лежат в нашей библиотеке. Но отец не знает, что она читает ему не все… Только то, что не несет никакой пользы.

Она снова рассмеялась.

А я держала в руках худенькое тельце и пыталась заставить себя понять и принять услышанное. Мозги ворочались медленно, скрипя от натуги, как старая рассохшаяся телега. Но тем не менее я потихоньку осознавала то, что слышала. И это вызывало во мне противоречивые чувства.

С одной стороны Великий отец в очередной раз предстал в ужасном свете. Проводить эксперименты со своими детьми… Я даже не знаю, каким словом это назвать!

А еще я помнила, как сама чувствовала себя после слияния душ… Елине было восемнадцать лет, а Елене Анатольевне, учительнице из другого мира в три раза больше. И я помню, что после слияния душа пожилой женщины почти подавила воспоминания юной девушки. Первые несколько дней я была больше Еленой Анатольевной, чем Елиной. И только потом, постепенно все пришло в равновесие. Возможно, это произошло благодаря тому, что наш мир был чужим для Елены Анатольевны, и мне волей-неволей пришлось обращаться к памяти Елины, чтобы выжить… А, может быть, всему виной было условие, которое поставила я во время Древнего ритуала. Все же вернуть трон брату, потеряв память принцессы, довольно сложно.

Но Олира была всего лишь младенцем! У нее еще не было ничего своего, ни воспоминаний, ни мыслей, ничего… И призванная душа просто поглотила бы душу девочки без остатка.

— Ягурда говорит, что вы правы. Так и было бы… Поэтому она остановила слияние, чтобы дать мне время вырасти и стать сильной. Вот только моя магия, — вздохнула Олира, — меня совсем не слушается… Кстати, — она подняла голову и заглянула мне в глаза, — Ягурда говорит, что вы не такая глупая, как ей показалось в начале… А еще она сказала, что если вы проболтаетесь о том, что узнали, то она сделает так, что вы об этом пожалеете очень сильно… Иногда она такая смешная, — расхохоталась Олира.

Отпустив мою шею, которая болезненно ныла, после жестких объятий, девочка села ко мне на колени. Для своих четырнадцати лет она была очень легкой, почти невесомой. Моя Анни в свои десять выглядела гораздо старше и крупнее.

— Я никому не скажу, — качнула я головой. — но Агор может прочитать мои мысли…

— Ягурда говорит что вы должны постараться не думать о том, что вам известно о ней, когда будете рядом с наставником. И тогда он ничего не узнает. Ментальные маги могут читать только те мысли, — улыбнулась девочка, — которые человек думает прямо сейчас. Если вы не будете проговаривать их внутренним голосом, то я ничего не смогу услышать.

— Да, я это уже поняла, — ответила я на ее улыбку, — древний архимаг Хигрон не смог прочитать мои воспоминания, хотя очень хотел узнать, что я помню…

— Хигрон⁈ — Олира резко оттолкнулась от меня и спрыгнула с колен. Я в полном обалдении смотрела на девочку, которая вдруг перестала быть юной. Изменился ее взгляд, став из наивного и доверчивого пронзительным, холодным и проникающим в самую душу. Изменились осанка и манера поведения. Несмотря на маленький рост девочки-подростка, та, что стояла сейчас надо мной, казалась выше, старше и сильнее меня… Я невольно ощущала себя слишком маленькой рядом с этой немолодой и мудрой женщиной. И даже черты лица как будто бы поплыли, превращая красивое девичье личико, в покрытое морщинами лицо Верховной. — Откуда вылез этот мерзавец⁈ Я думала он давно сдох⁈

Глава 7

— Ягурда? — пробормотала я, глядя на преобразившуюся Олиру. — Это вы⁈

— Нет, — рявкнула она. — Не притворяйся идиоткой. Я, вообще, не понимаю, почему тебя назвали Верховной? Ты так слаба! Но сначала скажи мне, откуда вылез этот мерзавец⁈ И где он сейчас!

— Кхм, — прокашлялась я. Потрясений, которые я пережила за этот короткий день, хватило бы на целую жизнь. Рассказывать правду про Хигрона мне не особенно хотелось, но пристальный взгляд Верховной жрицы не оставил мне ни единого шанса уйти от честного ответа. — Он тоже заточен в артефакте… как и вы… были. Маги Великого отца пробудили его, а когда мы проходили мимо, я выкопала артефакт. Он лежал в моей седельной сумке, которую украла Зелейна — любовница Великого отца. И сейчас артефакт и сам Хигрон, как я понимаю, в руках Великого отца…

Я думала, Ягурда придет в ярость. Я и сама, в свете новых знаний, понимала, какой подарок сделала Великому отцу, отдав в его руки артефакт с архимагом. Если они договорятся и проведут ритуал призыва и влияния душ, точно такой же, какой был проведен с Олирой, то… меня затошнило, когда я представила результат: непомерные амбиции и злоба Великого отца вместе со знаниями и умениями древнего архимага…

Но Ягурда внезапно захохотала:

— Заточен в артефакте⁈ Так ему и надо! Мерзкий старик! Не рой на пути к дому друга канаву, сам споткнешься, когда будешь возвращаться после посиделок!

Я уже совсем ничего не понимала… Чему на радуется?