Алёна Цветкова – Старшая сестра его величества. Власть. Шаг 2 (страница 3)

Я вздрогнула. Слова Гирема, как наждачная бумага, оставили на сердце множество царапин.

– А еще, – он ничего не заметил и продолжал рассказывать свое видение прекрасного будущего, – Туз обещал посодействовать перед его величеством, но позже. Когда все забудется. Все же Тузеныш протащил документы и лично подписал их у короля. Нехорошо будет, если король будет казнить и миловать одного того же человека одновременно.

– Тузеныш?! – ахнула я и отстранилась. – Это все устроил Адрей?!

– Ага, – рассмеялся Гирем, – твой мерзавец-муженек решил пойти против отца. И у него почти получилось. Но он не учел, что быть приятелем короля – слишком мало для того, чтобы сместить советника. Его величество пару раз подписал документы, которые Тузеныш ему подсунул, а на третий – передал их Тузу, чтобы тот сам разбирался.

Мы замолчали. Не знаю, о чем думал Гирем, а я радовалась трем вещам:

Что я не успела признаться ему, что я принцесса Елина.

Что Адрей смог обмануть своей наигранной глупостью не только меня, но и своего отца. Не только я недооценила эту сволочь. И это неожиданно оказалось приятно.

Что Гирем прямо сейчас обнимает меня… Сердцу не прикажешь. Несмотря ни на что, я любила его – человека, который работал на моего врага.

Глава 3

Из Беломорья я уехала только через две седмицы, и все эти дни мы с Гиремом были вместе. Раны, нанесенные Адреем почти зажили. От синяков, ссадин и следов от укусов на теле очень быстро не осталось и следа. Больше времени заняло врачевание моей души.

Я сама не заметила, как изменилась за эти полтора месяца. Раньше я никогда и ничего не боялась, несмотря на все те беды, которые свалились на меня восемь лет назад. А сейчас я вздрагивала от неожиданного прикосновения, а резкое движение или громкий крик рядом со мной непроизвольно заставляли пригибаться и вжимать голову в плечи.

Сейчас я прекрасно понимала, что Адрею почти удалось сломать меня, причем так, что я сама этого даже не заметила, пока не стало слишком поздно. Но теперь я могла проанализировать все, что произошло. Смогла увидеть те крючки, на которые он подвесил меня, лишая опоры и желания постоять за себя.

И первым была наша брачная ночь. Неизвестно, как все повернулось бы, если бы мой план удался, и Адрей всю ночь предавался бы любовным утехам с воображаемой Елькой. Но все вышло так, как вышло. И утро я встретила измученная физически и опустошенная морально из-за того, что мне пришлось провести ночь с человеком, которого я ненавижу.

Пусть заслуги Адрея в этом событии не было, но вот его последствиями он смог воспользоваться в полной мере.

Насилие в дормезе, которое впервые случилось в то же утро, пока я не пришла в себя и не могла сопротивляться; словесные оскорбления, которыми Адрей сыпал, не давая мне времени ответить или хотя бы придумать ответ; заверения, что я никому не нужна, что за меня никто не заступится, чтобы он со мной не сделал; постоянные угрозы физической расправы… у меня просто не было ни единого шанса остаться собой. Мне просто повезло, что мы приехали достаточно быстро, чтобы я не смирилась окончательно с таким положением вещей; что Адрей должен был уехать и не мог больше давить на меня; и что я встретила Гирема, который помог мне прийти в себя и избавиться от кошмарных воспоминаний. Если бы хотя бы что-то из этого не сработало… Когда я представляла такой вариант развития событий, под ложечкой холодело. У меня не было бы ни единого шанса.

Потому, несмотря на желание вернуться домой, к детям, как можно быстрее, я задержалась в Беломорье так надолго.

Но все когда-нибудь заканчивается. И утро, когда мы с Гиремом должны были расстаться, настало. Я отправлялась в Ясноград, а Гирем – в Аддию. Несколько месяцев назад там всплыли драгоценные камни, которые могли принадлежать только королевской семье Грилории. И Гирем по поручению Третьего советника поехал разобраться с этим делом и найти концы… и, вероятно, удостовериться, что принцесса Елина на самом деле мертва, а камни вытащили на белый свет ее сообщники. Последнее было только моими мыслями, но я нисколько не сомневалась, что Третий советник, даже увидев голову «принцессы», обезображенную жарой Аддийской пустыни, не поверил окончательно в мою гибель.

А я снова порадовалась, что не рассказала правду Гирему. Обманывать человека, которого любишь, не правильно, но я сделала свой выбор уже давно. Мои жизнь и мое счастье – ничто по сравнению с короной Грилории. К тому же у меня еще оставалось время на личное счастье. Пройдет еще немало лет, пока я наберу достаточно сил, чтобы свергнуть Грегорика и посадить на трон Фиодора.

– Госпожа Еляна, – окликнул меня слуга, отвлекая от так некстати накативших мыслей, – ваша лошадь готова.

– Елька, – Гирем, к которому я прижималась прямо в общем зале харчевни, не обращая внимания на всех остальных посетителей постоялого двора, в котором мы остановились, – ты уверена, что хочешь поехать одна, без охраны?

– Уверена, – улыбнулась я. – Мои люди ждут меня в постоялом дворе под стенами Беломорья. Я же тебе рассказывала про Тайку и Южина. Дальше мы поедем втроем. И, Гирем, это гораздо быстрее и безопаснее, чем тащиться в карете. Вот тогда придется нанимать целую армию, и мы будем слишком заметны. А я предпочла бы доехать до Яснограда незаметно.

– Охрана и сейчас не помешает, – вздохнул мой любимый, нежно обнимая меня и дыша прямо в макушку, – я за тебя переживаю, Елька.

– Все будет хорошо, – я прикрыла глаза, стараясь запомнить это мгновение навсегда. – Я справлюсь, ты же знаешь…

– Знаю, – печально выдохнул Гирем и добавил, – иногда мне хочется, чтобы ты была не такая самостоятельная… и не такая целеустремленная… тогда бы мы с тобой давно были вместе.

– Если бы я была не такая, – я рассмеялась, – ты бы не любил меня так, как сейчас. И потом, не такая я уж и самостоятельная. Вот команду я бы без тебя набрать не смогла… Что, вообще, за дурацкое правило, что женщина не может приказывать капитану?

Гирем рассмеялся:

– В Аддии тебя бы и на борт не пустили. Там говорят, что женщина на корабле – к беде.

– Угу, – согласилась я, – а еще там говорят, что рождение ребенка на корабле – к удаче. Хотела бы я посмотреть на беременного мужчину…

Гирем фыркнул, а потом неприлично громко заржал. А вот мне почему-то было не так смешно, как ему. И я только слегка улыбнулась. Да, у нас в Грилории формально было провозглашено равенство полов, но чтобы найти капитана, готового пойти под мое начало, нам пришлось потратить немало усилий. И это при том, что после бури в порт вернулось всего несколько судов, и капитанов, желающих наняться на работу, было гораздо больше кораблей.

Но зато капитан мне достался очень спокойный и благоразумный. Он сразу же отправился на верфь и взял на себя руководство ремонтом. Я пыталась, но после того, как хитро улыбавшийся мастер-корабел выдал мне фразу на профессиональном сленге, в которой я поняла только предлоги, пришлось отступить и передать все на откуп специалисту.

И команду мой капитан набрал такую же, под себя. Спокойную и даже немного флегматичную. Я немного заволновалась… пусть у меня нет опыта морских путешествий, но я примерно представляла, какая суматоха должна царить на корабле во время шторма. Не проспят ли мои флегматики все на свете? Но капитан заверил, что каждого члена команды он хорошо знает лично, и во время опасности они не теряются, не медлят, а действуют быстро. Зато во время спокойного плавания можно не бояться, что команда будет вести себя буйно. В его словах был резон, а значит, мне снова пришлось довериться профессионалу.

– Елька, – Гирем подсадил меня на лошадь и теперь смотрел снизу вверх, – я вернусь не скоро, но обязательно найду способ навестить тебя. Будь осторожна, и никогда не спорь с Тузом. Он мерзавец, Ель… Все же ты зря связалась с ним.

– Как и ты, – кивнула я и улыбнулась, – все будет хорошо, Гирем. Я отправлю весточку, когда доберусь…

Но Гирем отрицательно махнул головой:

– Завтра меня здесь не будет. Я поеду в Аддию. Я и так слишком задержался в Беломорье. Проклятая принцесса! – вырвалось у него, но он тут же замолк, не договорив до конца.

Я согласно склонила голову и тронула пятками лошадь, отправляя ее в путь. И Гирем остался стоять у дороги, глядя мне вслед и даже не догадываясь, что «проклятая принцесса» все это время была рядом с ним.

До постоялого двора под стенами Беломорья я добралась очень быстро. И чем ближе подъезжала, тем сильнее колотилось сердце. Как там мои верные друзья: Тайка и Южин? Как пройдет наша встреча? И останутся ли они моими друзьями…

Когда я покинула их, оставив совсем одних, была как в тумане. Я даже не побеспокоилась о том, чтобы оставить им достаточно денег… Сама не понимаю, почему: то ли, вообще, об этом не подумала, то ли понадеялась на Адрея. Не догадалась, что эта тварь может оставить без средств к существованию не только моих слуг, но и меня.

Мне очень повезло встретить Гирема. Он полностью взял на себя все расходы и отправил полный кошель грот для Тайки и Южина. Он предложил перевезти их сюда, но я сама отказалась. Во-первых, я находилась рядом с Гиремом инкогнито, а во-вторых… во-вторых, я очень боялась увидеть осуждение в глазах моих друзей. В Абргегоринаской империи измена мужу категорически осуждалась и каралась самым жестоким образом. Нет, женщину не забивали камнями, как в Аддии, но лишали наследства, поддержки близких и возможности защищать себя каким-либо способом, фактически отдавая ее судьбу на откуп супругу. А они не всегда поступали по-человечески, иногда их месть была очень изощренной и жестокой, но за это обманутых мужей никто не обвинял, ведь они были в своем праве.