Алёна Рю – Воин Огненной лилии (Эри-IV) (страница 54)

– Он висел здесь неделю, – возразил первый стражник.

Даррен достал из кармана платок и бережно вытер лезвие меча.

– Что именно ты видел? – спросил он. Мужчина разом воспрянул духом:

– Демона, белого, как дым. Он вселился в мертвеца, и тот ожил.

– А ты что-нибудь видел? – Тигр повернулся к Охотнику.

Лицо парня приобрело зеленый оттенок, словно его вот-вот вывернет наизнанку.

– Я не знаю, что видел, – с трудом проговорил он. – Но знаю, что висельники не оживают спустя неделю.

Даррен обхватил подбородок рукой.

– Ладно, – сказал он после паузы. – Держите ухо востро. Может, это не единственный случай. Но чтобы в городе никому ни слова. Это понятно? Если узнаю, что кто-то распустил язык, оставлю без оного.

Однако внутрь, как сороконожка с улицы, уже заползло жуткое предчувствие.

***

Тропинка петляла меж болот и вела к разбросанным словно детской рукой строениям. Соломенные крыши зияли дырами, будто проеденными гигантской молью. Глина, которой обмазывали стены, местами осыпалась, выставляя напоказ голые прутья. Балки и перекладины почернели, и было удивительно, как еще держали хлипкие кровли.

Из темно-зеленой гущи, растянувшейся полукруглым рвом вокруг деревни, торчали засохшие стебли рогоза. За ними, по колено в вязкой жиже, стоял молодой человек в крестьянской рубахе, кое-как заправленной в кожаные штаны. В руках он держал силок, где уже барахталась пара лягушек. Наклонившись, он продолжал ловить остальных. Пахло гнилью.

На крыльце ближайшего дома сидела женщина, кутавшаяся в коричневую тряпку, словно в шаль. На коленях у неё лежал моток проволоки, из которой она плела сетку. Морщинистые загрубевшие пальцы, казалось, работали сами по себе. Женщина не смотрела за ними, а вместо этого глядела в пустоту перед собой.

Словно что-то почуяв, она подняла голову и, уставившись на приближавшегося к ним гостя, разомкнула пересохшие губы:

– Арго.

Молодой ловец лягушек обернулся к ней и раздосадовано произнес:

– Шон. Сколько раз повторять, меня зовут Шон.

Женщина отложила проволоку в сторону и поднялась.

– Арго, – повторила она и, путаясь в обветшалой юбке, побежала навстречу.

Младший брат только теперь его заметил.

Арго прошёл мимо него. Взяв ладони матери в свои, он поднес их к лицу и поцеловал.

– Сын мой, – слезы засеребрились на её длинных ресницах.

– Матушка, – он обнял её.

– Что ты здесь делаешь? – воскликнул выросший за спиной братец.

«Не помнит, что я уже навещал их», – подумал Арго и, не выпуская ладоней матери, обернулся.

– Никогда не понимал, почему с ней вместе оказался ты, – произнес он.

Когда его армия орков штурмовала Хаарглейд, Шон бежал из города. Арго так и не узнал, что с ним случилось после, как именно, где и когда он умер. Остаток жизни мать оставалась во дворце, и о брате говорила редко. Возможно, и получала от него письма, но молчала.

Шон наморщил лоб и с горечью ответил:

– Если тебя это утешит, то она не узнает меня. И не помнит обо мне ничего, будто я никогда не рождался.

Арго снова посмотрел на мать. Та сжимала его руку, словно это было единственное, что не давало ей утонуть. Возможно, подумал он, в том, что Шон сделал, была и часть её вины. Он был младшим, и по всем правилам должен был оказаться самым избалованным. Но она любила его больше. Как и отец. Шон жил в его тени, и он сам не замечал этого, слишком занятый собой. Может, Шон и предал его лишь для того, чтобы быть, наконец, увиденным.

Серое небо над хибарами рассекла молния. Арго вспомнил, зачем пришёл.

– Послушайте, – заговорил он, – у нас появился шанс на новую жизнь. Скоро откроются порталы в мир живых.

– Что за чушь! – перебил его Шон. – А мы где по-твоему?

– Мы мертвы, – пояснил Арго. – Но теперь можем вернуться обратно. Начать сначала.

– Куда вернуться? – брат скрестил на груди руки.

– Арго, милый, – проговорила мать, – я не понимаю.

Он глубоко вдохнул. Воздух за зеленым рвом заколыхался.

– Вы всё поймете. Шон, – обратился он, – прошу тебя. Прошу, – повторил он с ударением, – бери мать, и идите туда, – он указал на открывающийся портал. – Не бойтесь ничего. Идите.

– А ты? – брат сдвинул брови.

– А я за отцом.

Арго не хотел говорить вслух, но помимо отца, собирался еще раз попытаться найти и Приссию. Прошлые разы не получалось, но теперь у него были силы драконов.

Он вложил ладони матери в руки Шона и слегка подтолкнул брата в спину. Тот, наконец, послушался и легко подняв женщину на руки, словно она ничего не весила, зашагал через болото.

Арго провожал их нетерпеливым взглядом. Справа что-то блеснуло. Повернувшись, он увидел, как из ниоткуда появился мальчишка, приятель Эриал. За поясом у него был меч с золотой рукояткой, чей блеск он и заметил, а за плечами ледяной лук.

Брови Арго нервно дернулись. Вступать в поединок сейчас было некогда, ведь неизвестно, как долго будут открыты порталы. Но в синих глазах паренька читались такая боль и ненависть, что стало понятно, – он пойдет за ним до конца.

Убедившись, что Шон с матерью уже почти у разрыва, Арго развернулся к Рикки. Подняв раскрытые ладони, он пошёл навстречу.

Глава двадцать вторая – Настоящий

– Я не хочу тебя убивать, – громко произнес Арго, развязывая мешок на поясе.

Рикки достал ледяной лук и потянулся к колчану.

– Давай поговорим, – предложил Арго, доставая светящуюся сферу.

Горностай вложил стрелу и, натянув тетиву, выстрелил. Коснувшись невидимого барьера, ледяной наконечник оплавился, а за ним растаяла и вся стрела.

– Я понимаю тебя, – проговорил Арго с как будто неподдельным сожалением. – Но такова судьба Эриал. Само её рождение было частью чужого плана. Что бы она ни делала, ее жизнь должна была закончиться именно так.

Рикки снова зарядил лук и выстрелил. На земле образовалась лужица воды. Арго медленно шагал навстречу, держа перед собой сферу.

– Эриал никогда не ответила бы на твои чувства, – говорил он. – Она приняла бы, что ты даешь, но не смогла бы полюбить сама. И ты это знаешь.

Горностай вытащил еще одну стрелу.

– Её жертва открыла путь тысячам людей и эльфов, орков и полукровок. Теперь у всех появился шанс на новую жизнь. И ты возвращайся. Тебе ведь есть, куда вернуться?

Арго посмотрел на него внимательнее, чем прежде. Затем остановился и, приподняв сферу, стал что-то разглядывать внутри. Рикки воспользовался заминкой и отбросив лук, обнажил меч. Ботинки зачавкали в грязи, когда он ринулся к убийце Эри.

– Никто тебя не ждет, – заключил Арго, отрывая взгляд от сферы. – Ты никому не нужен, поэтому и цепляешься за то, чего уже нет.

Он вытянул руку, и на Рикки обрушился холодный ветер такой силы, что он едва мог двигаться дальше. Согнутой рукой парень защищал глаза.

– Эриал Найт уже давно не наивная девочка из Шадер, – продолжал Арго. – У неё были другие мужчины, ты ведь знаешь об этом? Старше, достойнее и не такие трусливые. Поэтому она и отвергла тебя.

Ветер норовил сбить его с ног, и ботинки проскальзывали в грязи. Напрягшись, как только мог, Рикки замахнулся мечом и рубанул впереди себя. На секунду стало легче дышать. Он замахнулся еще раз. Лезвие словно разрубало потоки невидимой магии.

Арго на мгновение замешкался, но снова использовал сферу. Из грязи полезли зеленые стебли. Змеями они опутали ботинки и поползли выше, обвиваясь вокруг ног. Горностай срезал их мечом один за другим, но стебли продолжали расти.

– Ты мог бы найти своих настоящих родителей, – говорил Арго. – Мог бы перевести их на сторону живых и начать заново.

Рикки сжал от злости зубы. Как бы он хотел, чтобы этот мерзкий маг замолчал. Но отвлекаться было некогда. Зеленые стебли становились толще, и приходилось орудовать лезвием быстрее.