Алёна Рю – Пыль у дороги (страница 46)

Вжав голову в плечи, мужик как будто ощетинился и выхватил из-под сиденья нож. Пружиня, он спрыгнул на снег.

– Прочь, прочь! – истошно заорал он, размахивая руками.

Денни замер. Брибо криво улыбнулся и сплюнул.

– Ну попробуй, давай, – он выступил вперед.

Мужик отвлекся на Брибо, а тем временем Джерри с ловкостью кошки запрыгнул в телегу с другой стороны и в одно движение перерезал ему горло мечом.

Денни смотрел на брызги крови, как завороженный.

– Вот дурила-то! – усмехнулся Брибо, со злорадством наблюдая, как бездыханное тело сползло по краю телеги в снег.

Джерри убрал меч в ножны.

– Эль, посмотри, что в мешке.

Он вздрогнул и послушно подошел ближе. В глазах мужика застыл испуг. Денни спешно отвел взгляд и, стянув зубами перчатку, схватился за край мешка. Пальцы дрожали, и веревка не поддавалась.

– Да ножом ее, малыш, – подсказал Брибо.

Собственные руки казались Денни чужими. Лезвие перерезало веревку, и на розовый снег высыпалось несколько яблок.

– Так, в других, наверное, то же самое, – сказал Джерри, забираясь на телегу. – Значит, Брибо и Эль, спрячьте труп. Еще кто-то один пусть отправится с добром в лагерь. Остальные за мной, посмотрим, не едет ли кто еще. И вы двое не задерживайтесь, похорон устраивать не будем.

Брибо снял с мужика тулуп и сапоги.

– Так, я за ноги, ты за руки, – скомандовал он Денни. – Чего стоишь? За дело!

Парень безвольно наклонился и взял мужика за руки. Тело было тяжелым, и нести его было неудобно. Денни старался смотреть в сторону и ни о чем не думать. Один раз он споткнулся и едва не выронил ношу, отчего спина покрылась испариной. Мужик был еще теплым, по серой рубахе расплывалось алое пятно.

– Давай тут, – Брибо остановился возле небольшого овражка.

Тело сбросили вниз, после чего забросали снегом и опавшими ветвями. Денни двигался, словно во сне, а когда все закончилось, он упал на колени. Его несколько раз вырвало.

– Вше, малыш. Единожды замаравшишь, беленьким уже не штанешь. Но обешаю, шо временем будет легше. И даже вешелее.

Денни вытер рукавом подбородок и сел, стараясь справиться с собой.

«Этой же ночью бежим, – мысленно решил он. – Второго такого дня не выдержу».

Но, перевалив за середину, злосчастный день и не думал заканчиваться. Спрятав труп, Денни и Брибо догнали остальных и снова устроились в засаде. На этот раз парень не сомневался, что дрожит совсем не от мороза.

– Ну, шего ты, – прошептал Брибо и хлопнул его по плечу.

– Ничего, – шмыгнув носом, ответил Денни.

Джерри повернул голову, внимательно посмотрел на него, но ничего не сказал.

С дерева сорвался желтый лист и, кружась, упал на снег. Денни наклонился за ним и повертел в руках. Такой чистый, красивый и… мертвый.

Вспомнилось, как он впервые увидел ее. Ему тогда было лет двенадцать, он копал огород у своего домика, когда мимо ехал Натаниэль Ксандр с дочерью. Золотистые волосы на ветру, красное платьице, глаза как васильки. Она посмотрела на него, а он смущенно отвернулся. Потому что понял, что никогда не будет ее достоин.

А когда они повзрослели, она почему-то выбрала Грионта. Рыжую змею без чести и достоинства. Но рано или поздно она должна понять. Да, после всего она поймет. Он спасет ее, и она поймет.

– Кто-то едет!

Денни прислушался. Лошадь. Но уже не плетущаяся кобыла.

Выбрасывая снег из-под копыт, по дороге галопом скакала лошадь с всадником в плаще. Джерри знаком велел оставаться на местах.

– Почему мы не нападаем? – шепотом спросил Денни, высовываясь из кустов.

– Куда ты полеж?! – Брибо схватил его за плечо и оттолкнул назад. – Это Охотник.

– Из тех, кто спасают нас от эльфов?

– Ага, и от шамих шебя. Шиди тихо.

«Вот бы кто нам сейчас помог», – в отчаянии подумал Денни.

Небо затянуло облаками. Поднялся ветер.

– Джерри, может, на сегодня будет? – осторожно спросил один из разбойников.

Денни обрадованно обернулся.

– Хочешь домой? – голос главаря был еще холоднее, чем погода.

– Нет, просто… – разбойник осекся под тяжестью взгляда.

Денни вновь погрузился в мрачные мысли. Наверное, у того мужика была семья, которая уже никогда больше не увидит его и даже не сможет похоронить. И останется он под снегом до самой весны. Если до того падальщики не съедят. Жутко.

Он снова подумал о матери, представил, как она сидит у окна и ждет. И если что-то случится, она тоже не сможет его похоронить.

* * *

Эри снились волки. Они окружали, а она не могла бежать, не могла шевелиться. И только мысль о том, что можно проснуться, спасала.

«Проснуться. Я могу проснуться».

Выныривая словно из вязкого болота, Эри убеждала себя, что сон нереален. Ничего этого нет. А она есть. Только положение немногим лучше.

Разлепив наконец глаза, она сощурилась от света. В палатку вошел Лео.

– Прривет, как ты? – спросил он.

– Можно мне попить? – попросила Эри.

Леонард поднес флягу с водой. Она жадно глотала, ловя себя на том, что все еще боится смотреть на него. Гоблин не был ей противен, но все в нем было настолько не так, что к этому не удавалось привыкнуть.

– Спасибо, – поблагодарила она и, испугавшись, что снова останется одна, попросила: – А расскажи, как ты стал разбойником.

Лео задумался.

– А, это я могу, – он пододвинул к столу табурет. – Тебя, наверрное, удивляет, что я с ними. Но Кррасные Лисы совсем не плохие рребята, прросто живут, как хотят, и, если задуматься, не самое главное зло в этом мирре.

– Они людей убивают, – напомнила Эри.

– Как и корроли с их налогами и войнами, – парировал гоблин и вдруг, посерьезнев, спросил: – Скажи, ты мне верришь?

– Верю.

– С тобой здесь не случится ничего плохого. Обещаю.

Эри в этом сомневалась, ведь Лео не был главарем банды. Но возражать не стала.

– А почему вы называете себя Красными Лисами?

– Ну, это в шутку. Знаешь эльфийскую рразведку? У них синие плащи с ворротом из волчьего меха. Врроде Синие Волки. Вот Джерри и собррал себе шайку Кррасных Лис. Но наверрняка я, признаться, не знаю. С ними только два года.

– А раньше?

– Рраньше это долгая история.

– А мы куда-то спешим?

– И то веррно, – Леонард задумчиво посмотрел вверх. – Я рродился в Арргоне, мать была эльфом, ррабыней одного зажиточного оррка. Он и стал моим отцом и отцом еще многих дрругих, чьи матерри были его наложницами. Говоррили, что он был еще не самый плохой хозяин. Но в один прекррасный день, веррнее ночь, я все рравно сбежал. Один ррванул, оставив всех. Потом скитался несколько лет. С таким лицом, сама понимаешь, было несладко. И только Джерри меня принял.