Алёна Рю – Пыль у дороги (страница 34)

– Хэ-э, – выдохнула она. – Там на меня... хэ-э… напали.

– Тише-тише, все хорошо, присядь.

Нашта осторожно поддержала ее за локоть. Эри с усилием выдохнула, стараясь успокоить стучавшее, как барабан, сердце.

Когда она добралась до Ланкаса, было около полуночи. Улицы обезлюдели, но окна в домах еще светились. Она брела по переулкам, еле передвигая ноги. От света фонарей на стенах домов плясали кривые тени. Перекрестки сменялись темными подворотнями.

Миновав еще несколько проулков, Эри остановилась. Ей показалось, что эту статую она уже видела.

– Заблудилась? – послышался из-за спины мужской голос.

– Да, – она обернулась. – Вы не скажете, далеко до таверны «Орлиный глаз»?

Незнакомец оказался на голову выше нее, с взлохмаченной темной шевелюрой и кольцом в левом ухе, блестевшем на свету.

– А тебе туда не нужно, – он покачал головой и облизнул губы.

– Нет, мне очень нужно, – постаралась не испугаться Эри. Может, сумасшедший? Потому и кольцо носит.

– Отдавай кошелек, и можешь идти куда хочешь.

– Что? – Эри попятилась.

– Глухая, что ль? – крикнул он. Уши больно кольнуло.

– У меня ничего нет, – протараторила она.

– Может, мне самому поискать? – он выбросил вперед руку и схватил ее за горло.

Эри закашляла. Брыкаясь, вцепилась ему в запястье, попыталась оттащить.

Разбойник прижал ее к стене и принялся шарить по карманам. А она даже закричать не могла. Только беспомощно хрипела, чувствуя, что вот-вот потеряет сознание. Мужчина бесцеремонно похлопал ее по груди и выудил из-за пазухи мешочек с монетами – всё, что она честно заработала у Элисон. От обиды внутри все заклокотало.

Разбойник вскрикнул и, выпустив ее, отшатнулся. Его левый рукав пылал огнем. Он попытался сбить пламя и, швырнув ей обратно кошелек, убежал в подворотню.

Эри услышала поток ругательств, в котором явно разобрала только «ведьма». Неужели это опять произошло?

Напуганная не меньше разбойника, она рванула прочь от этого места. На этот раз таверна нашлась на удивление легко.

– Слушай, ты эту свою беготню прекращай. Тебя неделю не было, – пожаловалась Нашта. – Я чуть с ума не сошла. А теперь вот по переулкам шляешься. Хорошо, что легко отделалась.

– Вообще-то, – возразила не без гордости Эри, – я смогла за себя постоять.

– Ага, конечно, – усмехнулась кухарка. – Скорее поверю, что этот пьянчуга еле на ногах держался...

– Знаешь что, – вмешалась Нашта. – Тебе надо ванну принять, и вообще пошли наверх, – она потянула Эри за рукав.

Та открыла было рот, но рыжеволосая не сдавалась.

– Пойдем-пойдем! – забыв об отбивной для Загира, она прихватила с полки бутылку и увлекла за собой на второй этаж.

Сколько Эри видела, в комнате Нашты никогда не было порядка. На двуспальной кровати валялся скомканный плед. Шкаф в углу был приоткрыт, из-за поцарапанной дверцы торчал краешек платья. Прикроватный столик был заставлен баночками и пузырьками, между которыми, как ящерица меж камней, притаилась одинокая перчатка. Справа от двери стояло овальное зеркало в раме, с которого свисали бусы и подвески на шнурках. Стекло было пыльное, в точках, как будто в него каждый день плевали. Одна штора на окне была задернута, другой недоставало нескольких крючков. Но вечером, в свете канделябра, комната казалась даже уютной, обжитой.

Эри скинула ботинки и взгромоздилась на кровать. Так хорошо дать ногам отдохнуть.

– Ну что, успокоилась немного? – Нашта налила в кружку вина и протянула ей.

– Да, спасибо, – Эри осторожно понюхала содержимое. Резкий сладковатый запах.

Красотка насмешливо тряхнула рыжими кудрями:

– Девственница как есть. Пей, не отравишься!

Эри сделала глоток. Вино обожгло горло и на вкус оказалось кислым.

– Анжела говорила, что выпивка разрушает человека, – сказала она, возвращая кружку. – Да и невкусная она...

– Не будешь, что ль? – Нашта забрала вино и махом осушила. – Это-то, конечно, разрушает. Но ты что, собралась жить вечно?

Эри обвела комнату взглядом и осторожно спросила:

– А за что ты себя не любишь?

Нашта отставила кружку на столик.

– Не люблю? – удивилась она.

В зеленых глазах Эри были сосредоточенность и внимание. Она не шутила.

– Нет, я не… – возмутилась было девушка, скрестив руки. – Ладно, я пью, да. Как и папаша мой. Но что с того?

– Живешь в пыльной комнате, заваленной вещами, – пояснила Эри. – Нужными, лишь чтобы привлекать мужчин, которые тебе даже не нравятся. И потому пьешь, чтобы беспамятствовать. Разрушаешься.

Нашта ласково улыбнулась:

– Не, Риа, все не так плохо. Во всем есть свое удовольствие. Нравиться людям, мужчинам… Наряжаться, отдыхать. Я люблю такой образ жизни.

– Не верю, – Эри качнула головой.

– Не знаю, может, я и сама не верю, – Нашта усмехнулась и, хлопнув себя по бедрам, перевела тему. – Где ты пропадала-то?

Эри отвела взгляд.

– Не могу сказать.

– Ладно, – не стала настаивать Нашта. – Главное, что жива-здорова. Есть хочешь?

– Еще как...

– Тогда подожди, я на кухню спущусь.

Когда Нашта вернулась, Эри уже спала, уткнувшись носом в подушку. Волосы разметались по плечам. Стопы свешивались с края, словно она собиралась вот-вот встать.

Рыжеволосая красотка накрыла ее пледом и, чуть задержавшись в дверях, все же отправилась на ночную работу.

Эри снилось разодранное тело Куини. Кости со свисающими ошметками мяса, кровавая лужа прямо посреди таких же, словно окровавленных колосьев. Безупречное небо казалось выше, чем обычно. Не дотянуться.

Эри сидела на корточках и не отрываясь смотрела в мертвые глаза лошади. Здесь не было Корда, который засыпал бы их землей.

– Не понимаю, – проговорила с горечью Эри. – Почему эта дурацкая магия не спасла тебя?

– Я думал, ты знаешь, – послышался голос человека, окруженного сиянием.

– Про слабость духа? – она посмотрела на свои ладони.

Окровавленные пальцы. Как после разделки той туши оленя.

– Ты знаешь, где мы, Эриал? Это участок границы. Твой участок.

– Границы? – переспросила она.

– Между той стороной и этой. Еще ее называют миром снов.

«Ну надо же», – усмехнулась про себя Эри. Заснуть, чтобы узнать, что ты в мире снов. Но Корд правильно сказал – надо разведать.

– Почему я здесь? – спросила она.

– Прячешься, – пояснил человек.