Алёна Рю – Огненный поцелуй для Снежинки (страница 2)
Вот сейчас и посмотрим, как он выкрутится.
– Как вас зовут? – поинтересовался де Норвин, когда парень поднялся на сцену.
– Марко де Аллентайн.
– О, сын лорда де Аллентайна, – архимаг кивнул. – Я хорошо знаю вашего отца.
На мгновение мне показалось, что сейчас Марко все сойдет с рук, его пожурят и отправят к остальным, но де Норвин продолжал удивлять.
– Что ж, расскажите нам о Ледяных горах.
Марко провел пальцами по своим черным волосам, откидывая их назад. Неужели нервничал?
Лекси снова сжала мою руку. Похоже, она нервничала за него.
– В Ледяных горах заточен повелитель демонов, – заговорил Марко. – Пять веков назад он напал на наше королевство с армией чудовищ. Его так и не смогли победить, но ценой тысяч жизней удалось заковать его в вечных льдах. И хотя сам повелитель теперь спит, его демоны продолжают нападать на людей. И поэтому Ледяные горы – идеальное место, чтобы магу повысить свое мастерство.
На последних словах де Норвин скривился.
– Вы так считаете? А вас не смущает, что каждый год в горах пропадают люди, в том числе и студенты?
Марко пожал широкими плечами.
– Возможно, им не стоило подавать заявку.
До того молчавший зал взорвался смехом. Даже Лекси захихикала.
Де Норвин прошелся по нам презрительным взглядом, как косой по траве, и все стихли.
– Что еще расскажете? – сухо спросил он.
– Говорят, в Ледяных горах можно найти духов любой стихии, – ответил Марко. – И, победив хотя бы одного, во много раз усилить свой магический потенциал.
– Это правда, – архимаг кивнул. – Но Ледяные горы не место для гордыни и самонадеянности. Именно поэтому мы не берем всех желающих, а проводим жесткий отбор. Садитесь, молодой человек.
Пока Марко спускался со сцены, ему хлопали. Он был определенно популярен в академии. На мой взгляд, даже слишком.
Когда я сдавала вступительные экзамены, его назначили помогать приемной комиссии. И своим прозвищем – Снежинка – я была обязана именно ему. Вряд ли Марко об этом помнил, зато я не забыла.
Для поступления в академию нужно было продемонстрировать свой базовый дар – первую пробудившуюся магию. У кого-то это было управление огнем или потоками воздуха, кто-то умел зачаровывать животных, кто-то исцелять. А я… я могла превращать воду в снег. И все.
Ничего потом с этим снегом делать не могла. Он лежал на столе белыми комками или таял в руках, не желая ни собираться в форму, ни как-то еще демонстрировать свое волшебное происхождение. Думаю, меня в итоге взяли лишь потому, что я подходила под программу поддержки бедных. Академия получала на таких, как я, деньги из казны, а потому было выгодно меня зачислить.
– Ее тоже запиши, – сказал тогда ректор, когда я закончила с демонстрацией дара, а Марко переспросил:
– Снежинку? – и, подняв на меня свои невозможно зеленые глаза, уточнил: – Как тебя зовут?
Помню, мое горло прихватил спазм, и я не смогла издать ни звука. Чувствовала себя дурочкой, способной только мычать. Пришлось ректору самому смотреть в списки.
– Одри Лайн, – произнес он и махнул мне. – Идите получайте форму, учебники и ключ от комнаты в общежитии.
– Снежинка, похоже, отмороженная, – пошутил кто-то за моей спиной.
С тех пор прозвище и прицепилось.
За воспоминаниями я не заметила, как место за трибуной заняла Линда де Миртайн и теперь рассказывала, как подавать заявку.
Нужно было написать сочинение на тему «зачем мне это надо» и «почему на практику надо взять именно меня». Лекси слушала с напряженным вниманием, а я откинулась на спинку кресла.
В моем случае все было намного проще. Мне это было не надо. Зачем напрягаться и что-то писать, когда ясно, что на практику возьмут только благородных? Да и вряд ли я со своим даром пройду хоть одно испытание. Только выставлю себя на посмешище.
У Лекси тоже была водная стихия. И за семестр, что мы проучились вместе, она освоила, как собирать воду в шары и двигать их. Не боги весть что, но все же лучше, чем мой бесполезный снег.
Да и архимаг де Норвин только что упоминал, что в Ледяных горах опасно. Вот пусть гордецы вроде Марко и рискуют жизнью. Мне же надо спокойно выучиться и получить диплом. Он давал шанс найти приличную работу и главное – оберегал от жрецов.
В Рейнерии к магам относились строго. Любой, кто родился с даром, но не смог его освоить, был обязан пройти ритуал
Так что мне хватало переживаний за учебу, чтобы еще ввязываться в опасные авантюры вроде этой практики.
Де Миртайн закончила с объяснениями про заявку. Слово снова взял ректор и, пожелав всем удачи, завершил собрание.
– Ах, если я попаду на практику вместе с Марко, – вздохнула Лекси, поднимаясь. – У меня наконец-то появится шанс.
– И не мечтай, – фыркнула за нашими спинами Бетси. Похоже, подслушивала. – Зачем ему такая деревенщина?
Лекси обреченно вздохнула, ее верхняя губа дрогнула, словно она вот-вот заплачет.
– Пойдем отсюда, – я потянула ее за руку.
Лучше бы поскорее выбраться из толпы. В коридоре подруге и правда стало легче.
– Вот коза, – выругалась она вполголоса.
– Не обращай внимания, – я отмахнулась. – Бетси лишь бы кого задирать… Ей самой с Марко не светит.
– Мисс Лайн? – вдруг послышалось у меня за спиной.
Я обернулась и увидела ректора. Он отделился от троицы архимагов и, шагнув ближе, проговорил:
– Чуть позже зайдите ко мне.
Ректор де Шарль был солидным мужчиной под пятьдесят с волосами цвета соли с перцем и мягким, обволакивающим голосом.
Когда я вошла в кабинет, он поднялся из-за стола и, обогнув его, присел на край столешницы. Сразу чувствовалось, что беседа предстоит непростая.
– Мисс Лайн, – заговорил он, – боюсь, у меня для вас скверные новости.
Меня пронзило ледяной стрелой, и я замерла.
– Казна урезает расходы, – продолжал ректор. – В том числе и на обучение. Этот семестр для вас последний.
– К-как? – вырвалось у меня.
Ректор наполнил из графина стакан воды и протянул мне.
– Мне очень жаль, мисс Лайн, но если до конца месяца вы не заплатите за следующий год, то буду вынужден вас отчислить.
Я приняла дрожащими руками стакан и нервно глотнула. До конца месяца? Но еще же только апрель!
– Но… Неужели нет других вариантов? Может, в долг?
Ректор качнул головой.
– К сожалению, наши дела не так уж хороши. Вы и сами, вероятно, замечали, в каком состоянии некоторые аудитории. Академии нужен ремонт. И если я разрешу учиться вам, то придется и всем остальным…
– А это значит, что вы не сможете взять больше платных студентов, – догадалась я.
На губах мужчины мелькнула печальная улыбка.
– Я рад, мисс Лайн, что вы все понимаете. Думаю, нет смысла ждать до конца месяца, и вы можете покинуть…
Я не слышала, что он говорил. В голове пульсировало, а в груди начало жечь.
Я пропала, пропала! Где мне взять столько денег?
– А практика? – выпалила я.
– Что? – мужчина запнулся.